Чтение онлайн

Валета легко «опечатал» Цуренов.

Водителя «Скорой» взял Алексеев, и он же успел обработать водителя «Шевроле».

Ядвига Ланская скрутила двух парней в джипе, собравшихся снять фильм о ликвидации украинского политолога «упырями-кагэбистами».

Парней из фургона «Мороженое» взяли Второй и Третий, не заботясь об их ощущениях и здоровье; били в полную силу, зная, что у кого-то из них может находиться коммандер подрыва взрывных устройств, установленных на «Мерседесе».

Позже оказалось, что второй пакет, подброшенный под машину, представлял собой «улики» – сфабрикованные в СБУ документы с отпечатками пальцев российских омоновцев, пистолет и листовка с угрозой расправиться со всеми «укропами», врагами России.

Из ресторана вышел невозмутимый Свержин, держа задержанного паренька за руку особым хватом.

– Пакуем всех! – приказал Барсов, радуясь, что операция закончилась без единого выстрела или крика. Оглядел поле боя, любопытных прохожих не обнаружил. – Нашли пускач?

– Вот. – Алексеев протянул ему футляр прибора, похожего на мобильный телефон, включающего взрывное устройство.

– Запишите процесс съёма мины на камеру, со всех ракурсов. Уходим. Второй, Третий, Шестой – пасёте клиента до утра. Мало ли какой ещё туз в рукаве припрятан у этих дуболомов.

– Куда доставить упакованных? – спросил Алексеев.

– Пока на базу, в отдельные апартаменты, – ответил Барсов. – Утром разберёмся, кого куда отправить.

Бойцы начали «паковать» задержанных, и уже через минуту возле ресторана не осталось ни одного человека. Захлопали дверцы автомобилей, заработали моторы, машины начали тихо отъезжать от места событий.

Всё произошло настолько быстро и тихо, что охрана ресторана ничего не заметила, хотя одна из телекамер заведения была направлена на стоянку.

Барсов проследил за движением, залез обратно в фургон техподдержки, дал отбой всем службам, принимавшим участие в операции. Затем связался с главой ССО, полковником Гараниным:

– Зэт-главный, концерт окончен, потерь нет, свидетелей тоже, артисты отдыхают. Всех везём на базу. Видеоматериал могу сбросить почтой.

– Я не сомневался в вашей расторопности, – ответил Гаранин. – Клиент ничего не заметил?

– Даже не догадывается, что его хотели замочить, сидит в ресторане с приятелем.

– Проработайте его до конца.

– Как всегда.

– Завтра утром встретимся на базе.

Разговор прервался.

– Куда, товарищ майор? – спросил водитель.

– Вези меня домой, сам вернёшься на базу, – ответил Барсов, окончательно расслабляясь.

В половине девятого утра он уже проехал ворота базы СОБРа в подмосковном Видном на своей серебристой «КИА Спорт».

Специальный отряд быстрого реагирования «Рысь» был создан в системе МВД в тысяча девятьсот девяносто втором году как элита спецназа из тринадцатого отдела тактических операций. Предназначался он для силовой поддержки ОМОНа при проведении спецопераций, задержании вооружённых и особо опасных преступников, а впоследствии и террористов, а также для борьбы с бандитизмом и оргпреступностью. В две тысячи шестнадцатом году «Рысь» перешла в состав сил специальных операций Росгвардии и стала подчиняться генерал-полковнику Сереброву, которого все за глаза называли просто – Директором. Серебров когда-то командовал подразделением личной охраны президента России и слыл компетентным и знающим своё дело специалистом. Через два года его сменил генерал Лавецкий, возглавлявший до этого службу охраны премьер-министра.

Вениамин Барсов попал в ряды спецназа, можно сказать, случайно. Всю свою сознательную жизнь он занимался единоборствами, ещё в институте (учился он на юрфаке Владивостокского универа) стал чемпионом города по боям без правил, его заметили рекрутёры краевого Управления СОБРа, предложили после окончания вуза пойти к ним на «адреналиновую» службу, и Вениамин согласился, в силу молодости, природной жажды приключений и отсутствия какой-либо привязанности. В те годы о семье он не думал, и было ему тогда всего двадцать два года.

Нынче, в свои тридцать пять, он так и не завёл семьи и выглядел брутально спортивным: метр девяносто рост, широкие плечи, мощная шея, крупные ладони, пальцы которых могли выдёргивать гвозди из стен, открытое лицо с широким подбородком, прямой взгляд карих глаз, светлеющих иногда до тигриной желтизны, – и мог пройти любое испытание на выносливость.

Звание майора он получил год назад, уже будучи в войсках Национальной гвардии. Позже, чем рассчитывал. Но о своём решении перейти в службу защиты Родины, как бы пафосно это ни звучало, он не жалел никогда.

К его удивлению, Гаранин – плотно сбитый, кряжистый, с седоватым ёжиком волос, выслушивать его подробный доклад о проведении операции не стал. Выйдя из-за стола в своём кабинете, он пожал руку Барсову и сказал, глянув на часы:

– Едем, нас ждут.

– Кто? – не понял Барсов.

– Тот, кто имеет право, – туманно объяснил Гаранин.

– Куда едем?

– В Управление.

Барсов догадался, что их вызвал Лавецкий, и больше вопросов не задавал.

Центр специального назначения сил оперативного реагирования (ЦСН СР) Росгвардии располагался в Щёлково, на проспекте 60-летия Октября. Длинным названием этой структуры, имеющей в подчинении ОМОН «Зубр», СОБР «Рысь» и АОСН [2] «Ястреб», никто не пользовался, и все сотрудники Центра называли его просто Управлением.

Начальник Управления генерал Лавецкий ждал приглашённых в своём кабинете на первом этаже главного корпуса. Кроме него в кабинете, больше напоминающем зал Центра управления обороной России в миниатюре, за Т-образным столом сидел ещё один человек, в обычном сером гражданском костюме и сером свитере, которого Барсов не знал. Гость был худ, сед, носил очки и выглядел отшельником-аскетом, просидевшим в келье монастыря не один десяток лет. На приветствия Гаранина и Барсова он ответил глуховатым «здравствуйте» и принялся молча изучать Барсова.

– Садитесь, – сделал приглашающий жест хозяин кабинета, разглядывая повёрнутый к нему монитор.

Приглашённые сели бок о бок.

Лавецкий, настоящий гигант, шире Барсова, с шеей борца-тяжеловеса и впечатляющей лепки глыбистой головой, поросшей серо-серебристым пухом, отодвинул клавиатуру, посмотрел на Гаранина.

– Поздравляю с успешным завершением операции, Владимир Силович. Задержанные, по моим сведениям, уже дают признательные показания. Но за паном Салапонько ещё надо присмотреть, пока он не отправится на родину.