Отстрел
Шрифт:
Со второй машины неожиданно передали в подтверждение:
—Сзади джип! Идет очень резво…
Шоссе в этом месте было достаточно просторное и пустое.
Рэмбо оглянулся: джип на большой скорости доставал их справа. Собирались ли их обстрелять… Времени на обдумывание не оставалось. Водитель резко укротил мотор. Скрежет тормозов слился со звуком обдираемых шин. Все дернулись вперед… Одновременно «мерседес» с секьюрити «Лайнса» вклинился между ВИПами и неопознанной угрозой. В нем были готовы создать огневой щит…
—Держись!
«Мерседес» под ВИПами, казалось, резко ушел в загибе вниз и вбок, как на качелях…
«Разворот на месте на сто восемьдесят градусов!»
В джипе не рассчитывали на маневр, проскочили вперед. Не раздалось ни одного выстрела! Машина с секьюрити снова была позади, готовая принять огонь на себя и самой открыть стрельбу на поражение…
Перед Митино погнали тише.
—Вон они!
«Рыбацкий банк» приехал точно. На двух «вольво». Машины развернулись в сторону Москвы. Тихие. Без признаков жизни за темными стеклами.
—Проскочи чуть вперед…
Рэмбо дал команду второй машине, секьюрити припарковались вплотную. Выключили фары.
Утро представлялось туманным.
В крайнем доме стукнуло пустое ведро. Кто-то собирался к корове. Задребезжала колодезная цепь.
От второго «мерседеса» подошел Игумнов.
—Паханов пока нет.
Третья машина с секьюрити «Дромита» стояла темная, в ней словно никого не было.
Шоссе начинало потихоньку оживать.
В машине с аппаратурой секьюрити «Лайнса» сканировали диапазон. Умные приборы мгновенно зафиксировали переговоры находившихся поблизости служб. Игумнов поставил Рэмбо в известность:
— Есть сигнал…
— Что у них?
— Все то же: «монтер», «подстанция», «двигатель»…
Где-то вблизи работала группа Федеральной службы безопасности. Это была их терминология. Менты предпочитали традиционное — «склад», «квитанция», «грузчики»…
Почти сразу в сторону Москвы проскочил короткий ящик на колесах — «газик». Рэмбо заметил: «11-16…»
Водитель мигнул.
—Они! Та же механическая мойка. Грязная цифра в середине!
Тайная структура, опекавшая «Рыбацкий банк», обозначилась…
Рэмбо взглянул на часы:
—Время.
Авторитеты появились внезапно. С грохотом промчал «Харлей-Дэвидсон». Сметана и Серый подошли пешком. Позади, на небольшом расстоянии двигались боевики. Две машины, американская и германская — «Джип-Чероки» и «Мерседес» — катили еще дальше. Бесшумно, словно крадучись.
—Пора…
Как и уговаривались, по трое с каждой стороны двинулись навстречу.
От «Дромита» — Неерия, Аркан и Воробьев.
От «Рыбацкого банка» потянулись трое.
Рэмбо их видел впервые.
Четвертый был, по-видимому, главой службы безопасности банка, а если верить информации Платы, одновременно и одним из деятелей Фонда психологической помощи Галдера. Хмурый, молодой, высокий, в плаще-макси. Рэмбо видел его на Ваганьковском кладбище — во время похорон. Хмурый тоже узнал Рэмбо. Оба сделали вид, что видят друг друга впервые. Сам Рэмбо представлял крышу, заказанную Фондом. Паханов было вначале двое: Серый и Сметана. Тут же, однако, подъехал третий. Ему отводилась роль воровского прокурора в бандитском суде.
—Сущий бардак. — Он поздоровался. — Развели демократию. Воры, если бы им не мешали, давно бы прекратили беспредел и стрельбу в Москве! Это точно: кроме мафии, тут никто не хочет быть арбитром. Им только налог собирать….
Авторитет заводил себя, чтобы естественнее войти в роль.
Серый и Сметана сохраняли спокойствие.
Мотоциклист с «Харлей-Дэвидсоном» занял место позади Серого.
—Разберемся…
Требования «Рыбацкого банка» изложил невидный собой, незаметный человек, назвавшийся его вице-президентом. Он говорил подчеркнуто сдержанно и скорбно:
—Еще свежа могила нашего партнера и моего личного друга Нисана, а мы уже вынуждены беспокоить умершего…
Представитель службы безопасности смотрел в сторону, чтобы не встретиться взглядом. Он был единственный тут, кто по-настоящему интересовал Рэмбо.
«Игумнов, конечно, не преминет сфотографировать. Такой человек по своему положению наверняка относится к верхушке…»
—Брат Нисана, которого мы всегда искренне тоже тсчитали нашим партнером, поставил «Рыбацкий банк» в исключительно тяжелое положение…
Он объяснил:
—Нисан обещал кредитную линию на длительный срок. Новый глава «Дромита» неожиданно, без объяснения причин обязательство дезавуировал. Обратился в прокуратуру. Те наложили арест на наше судно, которое вошло в порт в связи с ремонтом… Мы несем убытки…
Дальнейшее представляло собой обычную демагогию прошлых лет, в которой он, видать, поднаторел в т о й жизни.
—Нетерпимое поведение на рынке предпринимательства, подрыв российской банковской системы…
Он явно забыл, где и, главное, к кому апеллирует.
— Какие доказательства? — спросил третий авторитет.
— Если мы не будем верить устным обязательствам…
— Бумага есть?
Вице-президент «Рыбацкого банка» объяснил:
— Письмо главбуха «Дромита». Я показал вашему юристу…
Была осуществлена предварительная квалифицированная экспертиза. Второй деятель, стоявший рядом с вице-президентом «Рыбацкого банка», посветил фонариком:
—Вот. На официальном бланке…
От «Дромита» отвечал Рыжий: