Чтение онлайн

Там, где улицы уходили дальше, и где зданий не было - там были сделаны самодельные стены из колючей проволоки или бетона. К одной из таких стен из колючей проволоки справа от меня шёл один из рейдеров в кожаной броне, дополненной шипами и металлическими вставками. Там, возле стены, прямо на асфальте, сидели три изнуренных раба. Все они были осунувшимися, жутко грязными и израненными.

– Твои дружки сдохли, - обратился рейдер к бледному рабу, что сидел в середине. Раб смотрел на рейдера, прищурив воспаленные глаза.
– Если не заговоришь, отправишься к ним.

– Я ничего не знаю, - пробормотал раб.
– Я уже сказал, что я ничего не знаю...

Рейдер подхватил пистолет с пояса, и я на секунду зажмурилась, затем быстро скользнула влево и замерла, спрятавшись за деревянными коробками.

– Мы можем сделать это по-хорошему - ты мне просто всё расскажешь, - медленно сказал рейдер, крутя в руке пистолет.
– А можем по-плохому - и тогда я тебе все кости переломаю. Выбирай.

Раб снова покачал головой. Он опустил голову, закрывая глаза.

– Я ничего не знаю...

– Как скажешь, дерьмо мутантское, - зло выругался рейдер.

Он резко подхватил пистолет и тремя решительными выстрелами убил всех трёх рабов. Я в ужасе отшатнулась к кирпичной стене позади меня, закрыв глаза и пытаясь прийти в себя.

Ну и как меня так угораздило! Я вспомнила про школу в Спрингвейле. Вот мне был первый урок общения с рейдерами. Я думала, что продолжения не будет, но, кажется, в моей жизни было задумано две части общения с этими ненормальными.

Кошмар. С рейдеров все мои приключения начались и, чувствую, что рейдерами они и закончатся.

Посмеиваясь и что-то крича, рейдер ушёл, так и оставив у стены трупы рабов. Как только он ушел, я выскользнула из-за деревянных коробок и направилась дальше. Надо смешаться с толпой. Слава Богу, здесь это было возможно и здесь это могло мне помочь.

В центре улицы, где я находилась, была вырыта огромная яма. Внутри ямы была установлена какая-то строительная техника, часть из которой была самодельной - например, там для чего-то стояли балки, держащие на покрышках довоенный автомобиль. Неподалеку стоял огромный металлический ящик, которым оказалась гигантская печь, в которую рабы, что стояли в яме, забрасывали уголь, а после - плавили там металл.

Рабов в яме было не так много - всего трое. Две девушки и парень. Все они были одеты в рабские лохмотья, у двоих из них были огромные бензопилы. Двигатели этих бензопил держались, словно рюкзак у рабов на спинах. Сами пилы рабы использовали, чтобы размельчать самый разный металлолом, который один из них плавил в печи.

Я внимательно огляделась, остановившись возле наваленных возле ямы довоенных автомобилей. Я должна понять, что мне делать - прежде всего, конечно, я должна постараться как можно незаметнее обойти всю территорию, что мне будет доступна и попробовать поискать Рэя. Вернер сказал мне, что среди рабов его точно нет, что у него есть подтвержденная информация, что он где-то в плену у самого Ашура, в Верхнем городе.

Значит, я должна действовать по плану Вернера - у нас с ним совпадали цели. Конечно же, я хотела помочь Вернеру освободить его народ, но, прежде всего, я была здесь из-за Рэя. Я должна найти мужа и спасти его. А так как и Вернеру, и мне самой нужно, чтобы я оказалась в Верхнем городе, то план у нас идентичный - я должна найти некую Медею и поговорить с ней.

– Эй, малыш, ты из новеньких?
– спросила у меня девушка.
– Я Нола. Если тебе надо раны перевязать или подлечиться, ты сразу ко мне беги.

Я в ужасе отшатнулась, посмотрев на девушку. Она была молода, и носила короткую стрижку. У неё были темные волосы и пила за спиной, как у многих других рабов. Но её лицо... Я закрыла рот рукой, но тут же, взяв себя в руки, убрала руку и опустила взгляд.

– Прости...
– прошептала я.

Девушка усмехнулась. Её обезображенное болезнью лицо было просто жутким. Кожа лица была будто бы содрана - её сплошь покрывали кроваво-красные рытвины. Такой же была шея, и руки, и всё остальное тело.

– Ничего, - сказала она.
– Но ты привыкай. Тут много таких среди нас. В общем, обращайся, если что.

Я кивнула, Нола развернулась и направилась вниз, в яму. Я подавила дрожь, но не смогла сдержать слёз. Мне потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. Прекратив плакать, я в бессилии села на землю. Мне было страшно. Страшно за Рэя. Страшно за этих людей. Страшно от того, что я могу заболеть.

Я смотрела на свои руки, на своё лицо - они были слишком чистыми. Надо было что-то делать... Нервным движением я опустила руки в золу и землю и начала с усердием пачкать свои щеки, лоб, руки, шею, ноги...

Теперь... Теперь я хоть немного стала похожа на питтсбургского раба.

С моими царапинами, ссадинами, синяками и грязью. Я поднялась на ноги и, убедившись, что поблизости нет рейдеров, направилась вперёд.

Я потерянно обходила яму, где работали рабы, когда кто-то крепко схватил меня за руку и дернул в сторону, уводя в полутьму между стенами домов. Я в ужасе уставилась на женщину, одетую в холщевое платье, которая затащила меня сюда.

Она сразу же дала мне знак вести себя тише, приложив палец к губам. Я кивнула. Женщина была немолода. Её кожа не была тронута болезнью, карие глаза светились на смуглом, перепачканном в грязи лице. Свои чёрные волосы она убрала под косынку, но несколько прядок выбивались из-под неё.

Женщина выглядела уставшей, но строгой. Она выглянула из переулка, где мы стояли и, убедившись, что за нами не следят, быстро сказала:

– Ты от Вернера, да?
– спросила женщина, и я сразу же кивнула.
– Хорошо. Наконец-то, он кого-то нашел. Я Медея. Я буду помогать тебе действовать по плану Вернера.
– Женщина быстро оглянулась.
– Но нам нельзя встречаться у всех на виду. Приходи ко мне домой, как только сможешь. Там и поговорим. А сейчас иди на завод, к Марко и возьми у него самые простые инструменты - так и скажи ему. Если у тебя его не будет хоть какого-нибудь орудия труда, хозяева сразу же обратят на тебя внимание.
– Женщина нахмурилась.
– Если по дороге кто-нибудь из них спросит тебя, куда ты идёшь, скажи, что я отправила тебя на завод взять инструменты, и что только после этого я буду распределять тебя работы. Ясно?