Чтение онлайн

А я слилась с Основной, позволила Сумеречной распрямить несколько звеньев, удерживающих камень внутри клети, и потянулась к нитям. Фонило стихийной магией, чем-то понятным и достаточно простым: водой или огнем. Казалось, что там не было ничего больше.

Я закрыла глаза и нырнула глубже, потянулась осторожно к нитям, чтобы все-таки найти начало и попробовать расплести, распутать странный клубок без начала и конца.

Не может такого быть, не бывает даже у древних артефактов.

Я вела кончиками пальцев по узорам и линиям, вслушивалась в малейшие отголоски и собственные ощущения, считывала, впитывала в себя узор.

Расскажи мне свою историю, откройся, покажись. Расскажи про своего создателя. Он настоящий мастер, раз смог тебя создать.

С использованными артефактами работать всегда тяжелее: они хрупкие, тонкие. Рвутся и ломаются от малейшего неосторожного движения, а поэтому требуют к себе большего внимания, придельной концентрации.

Я вела и вела по завиткам и изгибам. Снова, снова и снова. Возвращалась, повторяла, ощущая все то же непонятное предвкушение, нетерпение. Мне хотелось разгадать этот камень, понять, для чего он был нужен и что находится в его сердце.

У любого артефакта есть сердце, нужно только до него добраться.

И я пробовала. Опять и опять. Несмотря на усталость и покалывание в самых кончиках пальцев, несмотря на испарину, проступившую на лбу, несмотря на время.

Невероятно тонкая, невероятно искусная работа, она завораживала и гипнотизировала меня. Но сколько бы ни пыталась, я не могла понять, для чего был нужен артефакт, ничего не получалось уловить о его создателе.

Через несколько оборотов руки устали настолько, что пальцы начали срываться с плетения, грозясь разрушить его, а пот струился по спине градом.

Пришлось убрать камень в шкатулку и откинуться в кресле, чтобы немного отдохнуть.

Что в тебе такое? Что ты такое?

Само собой, ответа мне никто не дал. Неслышно и незаметно уснула внутри Сумеречная и заняла ее место Ночная, потягиваясь и наполняя меня новыми силами.

Несколько лучей и я снова склонилась над столом.

Надо бы зажечь все светильники, чтобы было где развернуться…

Я застыла, замерла на вдох, дрогнули пальцы и сбилось дыхание, засосало от предвкушения под ложечкой. 

Развернуться… Вот оно!

Я вскочила с места, схватила со стола шкатулку и метнулась на второй этаж, в спальню. Покорная моей воле Ночная натянула напротив окна простынь, а я зажгла светляк, вытащив изумруд из ларца. Потом еще один и еще. Пока они почти полностью не облепили собой камень.

Я смотрела на молочный шелк, на плетение, проступившее на ткани, на линии.

Сдавило спазмом горло.

Теневые. Это работа теневого…

Алистер, лорд-наместник, герцог Омбрский

Весна в этом году пришла на удивление рано: солнечно, тепло, даже вишня зацвела под окнами…

Сид бы оценила, она любит запах цветущей вишни.

…а мне убивать хочется. Рвать на куски. Куда-то мчаться, что-то делать, сидеть на месте невыносимо, сдерживаться невозможно. Невероятно сложно себя контролировать, сосредоточиться на чем-то другом. Одна проблема – я не знаю, куда мчаться…

Пока не знаю…

Открывшаяся дверь заставила вернуться в реальность и повернуть голову, чтобы бросить взгляд через плечо. На пороге кабинета застыл взмыленный секретарь: волосы в беспорядке, пара расстегнутых пуговиц на камзоле, замызганные грязью сапоги.

Грязь-то он где нашел? Сухо на улице, дождя уже полтора сумана не было. Лиам явно намеревался сделать шаг внутрь, но лишь неловко дернулся и застыл. Полагаю, передумать парня заставила моя хмурая рожа.

– Господин лорд-наместник… - пролепетал секретарь.

– Господин Лиам, давайте в этот раз пропустим официальную часть и ваши извинения, и вы сразу перейдете к делу, - пришлось все-таки отвернуться от окна.

– Простите, Ваша светлость…

– То есть все же не пропустим?

Несчастный совсем стушевался, но не отступил и взгляда не отвел.

– Пришел вестник от короля Эшворда…

– Сожгите, господин Лиам, - не дослушал я мужчину, опускаясь за стол. Злость злостью, весна весной, а кипу бумаг кроме меня никто не разгребет.

– Это уже пятый по счету за этот суман.

– Не понимаю, как количество вестников связано с их способностью к возгоранию, - я сложил руки под подбородком. – Не можете сжечь - потеряйте.

– Ваша светлость, король Эшворд очень настойчив.

– Что ж, у каждого свои пороки, - пожал плечами, пододвигая к себе кипу бумаг. – Лиам, будьте добры, пригласите ко мне советника Крауса и свяжитесь с градоправителем Тарная.

– Да, господин лорд-наместник, - поклонился секретарь и исчез за дверью, унося с собой и послание от человеческого короля.

Я снял камзол, закатал рукава рубашки, окунул стилус в чернильницу, краем сознания отмечая, как скалится на стене сбоку основная. Страх Лиама ее раззадоривал.

Через несколько лучей в кабинете снова появился секретарь с зеркалом связи в руках и с Краусом, нервно маячившим за спиной.

Видимо, сегодня рожа моя была особенно хмурой, потому что и советник по внутренней безопасности, и Рами – градоправитель Тарная, торчащий в зеркале – смотреть мне в глаза отказывались, вообще на меня старались не смотреть. Как дети малые, честное слово.