Чтение онлайн

– Первые боеголовки в зоне досягаемости средств ПРО! Наблюдаются многочисленные ложные цели. Прогноз по уничтожению – восемьдесят процентов.

– Это не окончательный прогноз, – объяснил Сергеев. – Отработали противоракеты, а прорвавшимися блоками займутся перехватчики. Ну и отдельными...

Зал заметно тряхнуло, а спустя десять секунд услышали ослабленный расстоянием и защитой центра гул.

– Ядерный взрыв в тридцати километрах на северо-запад, – отчитался кто-то из офицеров. – Мощность около ста килотонн.

– Это в районе Клина, – сказал Сергеев. – При такой мощности достанется и Зеленограду.

– Все намеченные к уничтожению спутники ликвидированы!

– Отмечаются отдельные взрывы боеголовок в европейской части России. Информация на экране.

– Уже два десятка! – озабоченно сказал президент. – И их число растёт.

– Не страшно, – тоже не сводя взгляда с экрана, отозвался министр. – Стартов с территории США больше нет, их союзники молчат, а уцелевшие подводные лодки уже отстрелялись. Если у противника остались стратегические бомбардировщики, им не позволят прорвать оборону, поэтому эти взрывы последние. Американцам досталось намного сильнее! Фактически война уже выиграна, теперь нужно будет разбираться с последствиями. Вооружённые силы будут оставаться в полной боеготовности, но границу не перейдём. У соседей творится такое, что я не удивлюсь, если они забудут свою неприязнь и дружно переселятся к нам. Почти в каждой семье есть летающий автомобиль, так что это будет нетрудно. В Прибалтике точно не выживут, и сильно пострадает Польша. Вот если побегут немцы, то не к нам, а к французам.

– Мы стреляли не по ним, а по американцам. – Мурадов потёр лицо руками и поднялся с кресла. – Никто не заставлял европейцев делать свои страны плацдармом для нападения на Россию. Ладно, полечу, как вы сказали, разбираться с последствиями.

Глава 5

«Везение это или нет? – думал Дэвид Бенсон, сидя на мягкой лавке убежища базы Рамштайн. – Если бы во время тревоги не оказался рядом с убежищем, распылило бы на атомы, а так смог сохранить жизнь и даже не облучился. Вопрос в том, сможем ли мы отсюда выбраться и что делать потом? Судя по сотрясению и шуму, взрыв был ядерным, значит, базы больше нет. И не осталось ни одной из тех ракет, которыми так восхищался сидящий рядом Деррик. И вряд ли ударили по одной нашей базе, я на месте русских раздолбал бы их все. Следовательно, помощи не будет. Если не завален вход, мы просидим здесь до тех пор, пока не кончатся пайки, а потом наденем костюмы радиационной защиты и попытаемся выйти. Может, даже удастся выбраться к людям, не набрав смертельной дозы. И кому мы там нужны? Немцам? У них было до черта наших баз, и если на месте каждой теперь радиоактивные развалины, то они сами драпанут куда-нибудь подальше. И нам не скажут за это спасибо, запросто могут убить и бросить на обочине. Но пусть даже случится чудо и не будет враждебности, как вернуться в Штаты? Без помощи и денег... Вряд ли получится воспользоваться коммом. Индикатор показывает полное отсутствие связи, наверное, из-за того, что русские уничтожили спутники. Да и будут ли брать доллары, если их удастся достать?».

– Как вы думаете, сэр, нам помогут? – спросил растерявший свой оптимизм сержант. – Я боюсь, что могли обстрелять Штаты. Если дома сейчас рвутся бомбы, вряд ли о нас кто-нибудь вспомнит. И немцам мы не нужны, может, помогут англичане? Говорили, что они послали своих лётчиков в Польшу...

– Молитесь, Деррик, – невесело усмехнулся лейтенант. – Нам сейчас может помочь только Всевышний!

Спаслись два десятка солдат, ну и он, а убежище было рассчитано на полторы сотни человек, так что сидеть они могли долго.

Когда прозвучал сигнал воздушной тревоги, Джон находился на лётном поле варшавского аэропорта. Здесь было небольшое убежище, для служащих, но до него пришлось бы бежать минут десять. Глянув на комм, майор увидел полное отсутствие связи и всё понял. Русские не стали ждать, когда их обстреляют, и сработали на опережение. Почему-то считалось, и он сам придерживался такого же мнения, что они не посмеют этого сделать. Наверняка начали со спутников, а потом ударили по базам. Он не стал гадать, причислят к базам гражданский аэропорт или нет. Русским не составило труда рассмотреть из космоса, какая на нём техника, а раз включили сирену, значит, и для них есть опасность.

Неподалёку стоял «джип», а бросивший его сержант изо всех сил бежал к далёкому зданию аэропорта. Джон быстро очутился в машине, вручную ввёл свой код и получил допуск к управлению. Взлетев, он на максимальной скорости повёл машину прочь от города. Боеголовка взорвалась через минуту, когда Сеймур удалился от аэропорта на четыре километра. Полыхнуло так, что он чуть не ослеп, хоть и смотрел в противоположную сторону. Стёкла «джипа» потемнели, и теперь полёт шёл вслепую. Сбросив скорость, Джон повёл машину вниз. Удар был такой, что он на несколько мгновений потерял сознание. По счастливой случайности «джип» упал в бетонированный поливной канал. Воды в нём было немного, и она не смягчила посадку, но его прикрыла от ударной волны проходившая рядом дорога. Даже ослабленный расстоянием и насыпью удар был страшен. Машину едва не опрокинуло, а стёкла покрылись трещинами. Пострадавший при падении майор опять потерял сознание, на этот раз надолго. Когда пришёл в себя, стёкла восстановили прозрачность, но увиденное не обрадовало. Сильно потемнело, по небу с бешеной скоростью неслись облака, а в стороне города виднелось зарево пожаров. Дозиметр показал, что он получил дозу радиации около двух зивертов. Не так уж много, но если учесть предыдущее облучение и то, что, возможно, придётся добираться до дома через заражённые территории... Джон не был идиотом и не собирался возвращаться к Варшаве. Столице сильно досталось, поэтому полякам будет не до чудом спасшегося майора. И это в лучшем случае, могут ведь и отыграться на нём за свои беды. На базе явно никто не выжил, так что на помощь сослуживцев можно было не рассчитывать. И вообще лучше забыть о службе. Даже если медики помогут и на этот раз, его наверняка уволят по состоянию здоровья.

Осмотрев «джип», Сеймур не нашёл серьёзных повреждений. Стёкла в трещинах, но ещё держаться, и сдох резервный накопитель, но под завязку заряжен основной. Нет связи и не работает навигатор, но есть карта и можно лететь по компасу. В багажнике должны быть четыре продовольственных пайка и бутыль с водой, которых при бережном расходовании хватит на неделю. Проверив турбины на малых оборотах, он поднял машину в воздух.

– Не успели! – с досадой сказал Николай. – Наши уже нанесли удар.

Он увеличил громкость комма, чтобы слышал напарник.

– Русские развязали ядерную войну! – кричал комментатор одного из новостных каналов. – Они превратили в радиоактивные пепелища страны Восточной Европы и взорвали в океане свои фугасы! В результате возникли мегацунами, смывшие целые города! Мы не имеем пока никакой информации из Соединенных Штатов, но из космоса можно оценить масштаб катастрофы! Во многих местах волна ушла на сушу на сотни миль! Специалисты министерства обороны считают, что такая масса воды могла повлиять на разлом Сан-Андреас и вызвать разрушительное землетрясение! Но отвлечёмся от американцев и подумаем о себе. Обратная волна идёт на Европу! Она должна быть меньше, но тоже наделает бед! Всем жителям прибрежных районов нужно срочно их покинуть! Примерное время подхода волны – три часа! Мы сейчас тоже эвакуируемся...

– Выключи этого крикуна, – сказал хмурый Сергей. – Связи с нашими нет, наверное, из-за того, что уничтожили часть спутников. Лондон затопит, поэтому нужно срочно улетать, а у нас только одна машина. Улететь можно и на ней, но будет тесно и может не хватить заряда накопителей.

– Купим или угоним вторую у бельгийцев, – предложил Николай. – Забираем продукты и делаем ноги! Представляешь, что сейчас будет твориться в Лондоне?

Когда они с сумками в руках вместе с Верой выбежали во двор, небо над городом было заполнено машинами. Хорошо, что уцелели обеспечивавшие навигацию спутники и все летели на автопилоте, иначе трудно было бы избежать столкновений. До своей конторы добирались дольше обычного.

– Быстро собирайте всё съестное и бутыли с водой и садитесь в машину! – приказал Сергей. – Олег, потом будешь обниматься с сестрой. У нас война и цунами скоро смоет Лондон!

– Поднимемся выше, а город пусть смывает, – отозвался Меньшов, быстро опустошая холодильник.

– Умник! – сказал Николай. – Это у вас была машина, в которой ты мог отключить ограничения, а у нас обычный «форд». Летает не выше ста метров и не быстрее ста пятидесяти км. Неизвестно, какая будет волна, запросто может не хватить высоты или скорости! Если не копаться, через два часа должны быть в Антверпене!