Чтение онлайн

«Позитивистский тезис «материя исчезла» означает, что мысль осталась. В действительности материя, т.е. объективная реальность, существующая независимо от познающего субъекта, не может исчезнуть, «исчез тот предел, до которого мы знали материю до сих пор.» (ВИЛ, Псс, т. 18, стр. 275.)

Для кого этот предел действительно исчез — стали сомневаться в верности классических материалистических догм. Ульянов этот предел преодолеть не смог, поэтому он продолжал следовать в своих рассуждениях устаревшим представлениям о пространстве и времени.

На самом деле исследователям было в чем сомневаться. Согласно точки зрения общей теории относительности причинно связанные события располагаются на временеподобных линиях соответствующих неевклидову пространству. В части случаев эти линии замыкаются, в результате чего причины и следствия меняются местами, в микромире, на субатомном уровне понятия раньше и позже теряют свой смысл. Сингулярное состояние материи (т. е. сверхплотное) тоже вряд ли совместимо с банальным течение времени из прошлого в будущее. Бессмысленным при условии замкнутого течения времени оказывается и основной вопрос философии, точнее, его марксистская постановка. Что первично: материя или сознание? Ежели система отсчета связана с линией Демокрита, то первична материя, ежели с линией Платона, то первично сознание. А других линий в философии не существует, но не потому что их нет, а из-за того, что «воинствующий материалист» Ульянов-Ленин наложил на них вето, будучи приверженцем двузначной аристотелевой логики. Линия Демокрита у него, видите ли, не может пересекаться с линией Платона, ведь через точку зрения Демокрита можно провести только одну кроваво-красную, прямую линию партии рабского класса, параллельную идеалистически–бескровной линии Платона.

Уважаемый читатель, не создается ли у Вас впечатления, что критикуя воззрения позитивистов, товарищ ВИЛ, страдающий куриной слепотой классического карло–марксизма, не заметил в ванне дискуссий ребенка неклассических теоретических систем и выплеснул его вместе с водой?

Доказательства? Пожалуйста, сколько угодно, сколько хотите.

«18 мая 1910 г. в пробной лекции, предшествующей зачислению Н. А. Васильева в приват–доценты Казанского университета, им было впервые доложено об исследованиях в направлении создания НЕаристотелевой, т. е. претендующей на статус НЕклассической логики. Результаты этих исследований, продолжавшихся в течение ряда лет, опубликованы в объемных статьях «Воображаемая (неаристотелева) логика» и «Логика и металогика» (Подробнее смотрите «Закономерности развития современной математики», Москва, «Наука» 1987 г., стр. 201—208) (А. Бажанов.)

«Васильевым были высказаны идеи, которые ныне расцениваются как предвосхищение крае–угольных положений интенсивно развивающихся, можно даже без преувеличения сказать новаторских разделов неклассической математической логики.

Приоритет Н. А. Васильева в выдвижении новых логических концепций признан в мировом масштабе… Действительно, Васильев заслуженно считается основоположником паранепротиворечивой логики благодаря отказу от принципа противоречия (что придает ей статус НЕаристотелевой логики в ее буквальном смысле.)

Идеи, связанные с обстоятельной критикой еще в 1910 году закона исключенного третьего, делают Н. А. Васильева тем, кто предвосхитил рождение еще одной логики, альтернативной классической, а именно — интуиционистской. Кроме того, он является и родоначальником логики дополнительной к классической — многозначной.» (А. Бажанов, стр. 201—202.)

Далее Бажанов В. А. пишет о том, что «принцип двузначности логических суждений довлел над умами математиков в течение нескольких тысячелетий. Априорно считалось, что каждое суждение может быть либо истинным, либо ложным, а по качеству — утвердительным или отрицательным. К классам утвердительных и отрицательных суждений Н. А. Васильев добавляет в своей воображаемой логике новый класс индифферентных» (колебание между утвердительными и отрицательными суждениями).

Истинное суждение и ложное, утвердительное и отрицательное — это пример диалектических пар аристотелево–гегелевской классически–диалектической логики. Для марксизма–ульянизма далеко не случайно является стремление расколоть весь мир на две противоположные половины. «Ядром диалектики» называл Ульянов-Тулин закон «Единства и борьбы 2–х противоположностей» и приводил в качестве примера в статье «К вопросу о диалектике» ряд диалектических пар (год написания — 1915):

«В математике — плюс и минус; в механике — действие и противодействие; в физике — положительное и отрицательное электричество;

в химии — соединение и диссоциация атомов; в общественной науке — классовая борьба». Для Гегеля — общественные явления имеют триадическую форму отрицания отрицания, являются ступенями развития абсолютной идеи. Для марксизма весь мир, особенно общественные явления, оказываются подчиненными схеме единства и борьбы двух противоположностей.

«Результат отрицания отрицания — это третье не есть, покоящееся третье, а именно это единство (противоположностей), которое есть опосредующее себя с самим собой движение и деятельность…» (Ленин, Псс, т. 29, стр. 211). Вот это «третье не есть» выросло из закона формальной аристотелевой логики «исключенного третьего». Различие между ними состоит в том, что третье в отрицании отрицания исключается на основе синтеза первого, второго и третьего положения, а третье в формальной логике исключается на основе истинности одного из двух взаимоотрицающих высказываний — первого или второго, одно из которых обязательно должно возобладать.

Н. А. Васильев в своей логике отказывается от закона исключенного третьего и заменяет его законом исключенного четвертого, отказывается от противоречия и вводит новый вид отрицания — непротиворечивое отрицание. Намеки на паранепротиворечивую логику имеются у Гегеля, но начисто выхолощены у марксопатов.

«…отрицание отрицания есть третий член, говорит Гегель — если вообще желают считать» — но можно признать его и четвертым… считая два отрицания: «простое» (или «формальное») и «абсолютное».

Различие, мне не ясное, не равно ли абсолютное более конкретному?» (ВИЛ, «Фил. тетр.», стр. 183).

Гегель выдвигает тезис о примирении противоположностей, диалектическом снятии противоречия. Именно в этот момент времени и появляется непротиворечивость. У Ленина–Карпова противоречие, борьба противоположностей никогда не исчезают, поскольку возведены в абсолют.

А что если попробовать привить математическую паранепротиворечивую логику Н. А. Васильева на диалектику науки, природы, общества и человеческого познания? Получится довольно занятное, много объясняющее древо паранепротиворечивой диалектики.

Пример № 1

Пятый постулат Евклида гласит, что через точку вне прямой можно провести лишь одну прямую, параллельную данной.

Две параллельные прямые (а и Ь) задают на плоскости основание трапеции с произвольно выбранными двумя другими сторонами (с и d). Прямые а и b аналогичны двум противоположностям в законе единства и борьбы противоположностей.

По другому обстоит дело с постулатом Римана: через точку вне прямой нельзя провести ни одной прямой, параллельной данной.Получается, что на Римановой поверхности принципиально невозможно построить даже основание трапеции, так как оно образуется двумя параллельными прямыми а и Ь, аналогичными двум противоположностям, следовательно закон единства и борьбы противоположностей на римановой поверхности принципиально невыполним, его просто не существует!