Ожерелье голубки
Шрифт:
Ифлатун [22] рассказывает, что один из царей несправедливо заключил его в тюрьму, и он до тех пор приводил доказательства в свою защиту, пока не стала ясна его невиновность и царь не понял, что он к нему несправедлив. И тогда его везир, который взялся передавать ему слова Ифлатуна, сказал ему: — О царь, тебе стало ясно, что он невиновен, — что же тебе до него? — И царь ответил: — Клянусь жизнью, мне нет к нему пути, но только я чувствую в своей душе тяжесть и не знаю, отчего она. — И эти слова передали Ифлатуну. — И мне стало нужно, — говорил он, — отыскать в своей душе и качествах что-нибудь сходное с его душой и качествами, чтобы противопоставить это ему. И я рассмотрел качества царя и увидел, что он любит справедливость и не терпит несправедливости; такое же качества я различил и в себе, и едва я привел в движение это соответствие и противопоставил его душе это качество, которое было в моей душе, как царь приказал меня отпустить и сказал своему везиру: — Рассеялось то, что было в моей душе из-за Ифлатуна.
Что же касается причины того, что любовь постоянно, в большинстве случаев, возникает из-за красивой внешности, то ясно, что душа прекрасна и увлекается всем прекрасным и питает склонность к совершенным образам. И, увидев какой-нибудь из них, душа начинает к нему приглядываться и, если различит за внешностью что-нибудь с собою сходное, вступает с ним в соединение, и возникает настоящая и подлинная любовь. Если же душа не различает за внешностью ничего с собою сходного, ее любовь не переходит пределов внешности, а это и есть страсть. И поистине, внешность дивным образом соединяет отдаленные частицы души!
Я читал в первой книге Торы [23], что пророк Якуб — да будет с ним мир! — в те дни, когда он пас скот Лабана, своего дяди по матери, вместо приданого за его дочь условился с ним о разделе приплода, и все одноцветные должны были быть Якубу, а все пестрые — Лабану. И Якуб — да будет с ним мир! — брал древесные ветки и половину их очищал, а половину оставлял, как были, а потом он бросал их все в воду, к которой приходил пить скот, и нарочно подсылал в это время к самцам самок, годных для случки. И они приносили приплод не иначе как пополам — половину одноцветными и половину пестрыми.
Про одного чтеца по лицам рассказывают, что к нему принесли черного сына от двух белых. Он посмотрел на черты мальчика и увидел, что он от этих людей несомненно, и тогда он захотел, чтобы его поставили на то место, где родители сходились. И его привели в помещение, где было их ложе, и он увидел на стене, против взгляда женщины, изображение чернокожего и сказал отцу мальчика: — От этого изображения пришел к тебе твой сын.
Стихотворцы из диалектиков часто пользуются этой мыслью в своих стихах и, говоря с видимым во вне, обращаются к познаваемому и скрытому. Это часто встречается в стихах ан-Наззама Ибрахима ибн Сайяра [24] и других диалектиков, и я скажу об этом стихотворение, где есть такие стихи:
Нет причины победы над врагами, которую ты бы знал, и причины бегства от них, когда они обращают нас в бегство,Кроме влечения душ всех людей к тебе, о жемчужина, сокрытая в людях.Те, перед кем ты находишься, никогда не отступят, и ночью идут они к твоему возвышенному свету.Если же ты сзади, душа добровольно обращает люден к тебе, и обычно они отступают.И я говорю об этом:
Из мира ангелов ты или человек? Разъясни мне — бессилие глумится над моей проницательностью.Я вижу человеческий образ, но, пораздумав, нахожу, что тело — вышнее.Благословен тот, кто соразмерил черты своих созданий, так что стал ты прекрасным природным светом!Для меня нет сомнения, что ты дух, который послало к нам связующее подобие душ.У нас нет явного указания на твое появление, по которому мы могли бы судить, кроме того, что мы видим.И если бы взор не падал на твое существо, мы сказали бы только, что ты — возвышенный, подлинный разум.А кто-то из моих друзей называл одну мою поэму — «Постижение посредством воображения». Вот стихи из нее:
Ты видишь, — в нем существуют все противоположности, — так как же ограничишь ты разнообразие свойств?О тело, не имеющее качеств, о явление стойкое, не исчезающее!Ты обратил против нас все стороны рассуждения тем, что стало ясно, с тех пор как ты блеснул.Это же самое обнаруживается и в ненависти. Ты видишь, что два человека ненавидят один другого без основания или повода и тяготятся друг другом без причины.
Любовь — да возвеличит тебя Аллах! — обессиливающая болезнь, и в ней же возникает от нее лекарство, по мере ее действия. Это болезнь усладительная и желанный недуг; больному ею неприятно выздороветь, и страдающий не желает от нее избавиться. Она украшает человеку то, от чего он отворачивался, и облегчает то, что было ему трудно, изменяя его врожденные свойства и первоначальную природу. Но это встретится и будет разъяснено в своей главе, если пожелает Аллах.
Я знал одного юношу из числа моих знакомых, который завяз в любви и запутался в ее силках, и его измучила страсть и извел долгий недуг. И душе его не была приятна молитва Аллаху о снятии того, что было с ним, и язык его не мог ее выговорить — он молился только о сближении и о том, чтобы овладеть той, кого полюбил, несмотря на великое свое испытание и долгие заботы. Что же подумать о больном, который не хочет прекращения своей болезни! И однажды я сидел с ним и, увидев, как он подавлен и молчалив и как ему плохо, огорчился этим. — Да поможет тебе Аллах! — сказал я ему между другими речами и увидел на его лице выражение отвращения. Я скажу о подобном ему такие стихи из длинной поэмы:
Я наслаждаюсь страданьем из-за тебя, о мечта моя, и, пока длятся дни, я от тебя не уйду.Если скажут мне: — Ты забудешь любовь к ней, — нет у меня иного ответа, кроме ляма и алифа [25] .Эти признаки противоположны тому, что рассказывал мне про себя Абу Бекр Мухаммад ибн Касим ибн Мухаммад аль-Кураши, по прозванию аш-Шалаши — один из потомков имама Хишама ибн Абд ар-Рахмана ибн Муавии [26]. Он совершенно никого не любил и не тосковал о друге, уехавшем от него, и не переходил от границ дружбы и привязанности до пределов любви и увлечения, с тех пор как был сотворен.
Глава о признаках любви
У любви есть признаки, которые проследит понятливый и дойдет до них проницательный, и первый из них — долгий взгляд. Глаза — раскрытые ворота души и они сообщают ее тайны, открывают ее сокровенные помыслы и изъясняют сокрытое в ней, и ты видишь как взор, не мигая, движется с движениями любимой поворачивается, когда она повернется, и направляется туда куда она направилась, точно хамелеон за солнцем. Я скажу об этом стихотворение, где есть такие стихи: