Чтение онлайн

Граф д’Артуа, один из самых элегантных и ловких конькобежцев, был в числе первых, приветствовавших королеву, и, быстро пробежав расстояние, отделявшее его от невестки, поцеловал у нее руку.

— Посмотрите, — сказал он ей шепотом, — как вас избегает наш брат, граф Прованский.

И с этими словами он показал на его королевское высочество, который шел большими шагами между занесенными инеем деревьями, чтобы отправиться в обход на розыски своей кареты.

— Он не хочет, чтобы я упрекала его, — заметила королева.

— О, что касается упреков, которых он ждет, — это уж мое дело, и он боится вас не по этой причине.

— Значит, тому виной его совесть, — весело заметила королева.

— Нет, еще что-то другое, сестра моя.

— А что же именно?

— Я вам сейчас скажу. Он только что узнал, что господин де Сюфрен, овеянный славой победитель, должен приехать сегодня вечером, и так как это известие очень важно, то он хочет, чтобы оно осталось вам неизвестным.

Королева заметила около себя несколько любопытных, уши которых, хотя ее присутствие требовало почтения, находились так близко, что могли расслышать слова ее деверя.

— Господин де Таверне, — сказала она, — будьте так добры позаботиться о моих санях, и если ваш отец здесь, то обнимите его: я вам даю свободу на четверть часа.

Молодой человек поклонился и прошел сквозь толпу, чтобы исполнить приказание королевы.

Толпа также поняла намек: она иногда бывает одарена удивительным чутьем. Круг расширился, и королева с графом д’Артуа получили большую свободу для беседы.

— Брат мой, — сказала тогда королева, — объясните мне, прошу вас, что за выгода моему брату не сообщать мне о приезде господина де Сюфрена?

— О сестра, возможно ли, чтобы вы, женщина, королева и его враг, не поняли сразу намерение этого хитрого политикана! Господин де Сюфрен приезжает, но никто при дворе про это не знает. Господин де Сюфрен — герой индийских морей, имеет право на великолепный прием в Версале. Итак, господин де Сюфрен приезжает; король ничего об этом не знает и невольно, ничего не предпринимая, выказывает ему пренебрежение, и вы также, сестра моя. А тем временем граф Прованский, который знает о его приезде, принимает моряка, улыбается ему, ласкает его, пишет в честь прибывшего четверостишие и благодаря тому, что так усердно общается с героем Индии, сам становится героем Франции.

— Это ясно, — сказала королева.

— Черт возьми! — сказал граф.

— Вы забываете сказать только об одном, мой милый газетчик.

— О чем?

— Каким образом вы узнали об этом удивительном проекте нашего милого брата?

— Таким же образом, как я узнаю о нем все. Это очень просто: поскольку граф Прованский считает своим долгом знать все, что я делаю, я плачу людям, и они мне сообщают все, что он делает. О, это мне может пригодиться, да и вам также, сестра моя.

— Благодарю за союз, брат мой. Но король?

— Ну! Король предупрежден.

— Вами?

— О нет, морским министром, которого я к нему послал. Все это, вы понимаете, не касается меня: я слишком легкомыслен, слишком большой кутила и пустой человек, чтобы заниматься такими важными вещами.

— А морской министр также ничего не знал о прибытии во Францию господина де Сюфрена?

— Э, Бог мой! Дорогая сестра, кажется, за те четырнадцать лет, как вы находитесь во Франции в качестве супруги дофина и королевы, вы перевидали достаточно министров, чтобы удостовериться: эти господа никогда не знают самого важного. Ну вот, я и предупредил нашего министра, и он в восторге.

— Еще бы!

— Вы понимаете, милая сестра, что этот человек будет мне признателен всю жизнь, а мне как раз нужна его признательность.

— Зачем?

— Чтобы он дал мне взаймы.

— О! — воскликнула со смехом королева, — вот вы и обесцениваете в моих глазах ваш прекрасный поступок.

— Сестра моя, — сказал с серьезным видом граф д’Артуа, — вам, вероятно, нужны деньги… Клянусь честью сына Франции, я предоставлю в ваше распоряжение половину суммы, которую получу.

— О брат мой, — воскликнула Мария Антуанетта, — оставьте ее у себя!.. Благодарю Бога, мне теперь ничего не надо.

— Черт возьми! Но все же не откладывайте слишком надолго получение этой суммы.

— Почему?

— Потому что если вы будете слишком медлить, то я могу оказаться не в состоянии сдержать своего обещания.

— Ну, в таком случае я постараюсь сама открыть какую-нибудь тайну государственной важности.

— Сестра моя, вы начинаете мерзнуть, — сказал принц, — ваши щеки побелели, предупреждаю вас.

— Вот возвращается с моими санями господин де Таверне.

— Тогда я вам больше не нужен, сестра моя?

— Нет.

— В таком случае прогоните меня, прошу вас.

— Зачем? Уж не думаете ли вы случайно, что мешаете мне в чем-нибудь?

— Нет, но мне-то нужно быть свободным.

— В таком случае прощайте.

— До свидания, милая сестра.

— Когда?

— Сегодня вечером.

— А что у нас сегодня вечером?

— Не предполагалось ничего, но кое-что будет.

— Вот как! А что именно?

— Будет очень много народа на игре у короля.

— По какому случаю?

— Потому что министр приведет сегодня вечером господина де Сюфрена.

— Прекрасно. Значит, до вечера.

При этих словах молодой принц поклонился сестре с той обворожительной изысканностью манер, что была ему свойственна, и исчез в толпе.

Таверне-отец следил взглядом за своим сыном, когда тот отошел от королевы, чтобы позаботиться о ее санях.

Но вскоре его зоркий взгляд снова обратился к королеве. Эта оживленная беседа Марии Антуанетты с ее деверем несколько тревожила его, так как она положила конец дружеской близости, которая только что установилась между королевой и его сыном.