Чтение онлайн

А, в остальном, всё у нас хорошо. Дети ждут тебя. Ну, вот и всё! Теперь ты знаешь все наши новости.

Мария задумалась, повертела ручку в руках, и, зевнув, написала:

— Целуем! Ждем! Мария и твои дети!

Мария опять зевнула, и сонно хлопая глазами, через силу опять дописала:

— Без подарков не приезжай!

ГЛАВА 2.

Светило яркое солнце. Март месяц радовал своим ранним теплом. И хотя деревья ещё не распустились, но трава уже полезла из земли. Ярко-зеленая и сочная, она радовала своей свежестью и новизной. Казалось, что в это прекрасное весеннее утро всё улыба — лось той миловидной черноглазой женщине, что стояла рядом с очень высоким стройным мужчиной, державшим на руках маленький белый свёрток перевязанный скромной розо- вой лентой, казавшимся игрушечным в его огромных руках.

Мужчина ласково улыбнулся женщине, и она прижалась благодарно к его плечу. Смущен- ная улыбка чуть тронула красиво изогнутые губы женщины, и она, не поднимая глаз, сог- ласно кивнула головой на те слова, что негромко произнес мужчина. Видно, что-то интим- ное и близкое только им двоим!

Мужчина был не очень красив. Но что-то исходило от него, от его широких плеч, огромно- го тела, а ростом он был около 2-х метров, от скуластого лица с выразительными губами и решительным подбородком, с характерной ямочкой посередине. Высокие залысины откры- вали внешнему взору выпуклый лоб, что, однако не портило мужчину, а наоборот, прида- вало ему что-то значительное, что в народе характеризовалось довольно просто, "умный мужик". Да, несомненно, от этого человека шло какое- то необычное, магнетическое при- тяжение. Иначе, почему все, кто встречался на пути этой пары, улыбались радостно и при- ветливо. Стараясь сказать добрые слова, останавливались, и поздравляли с пополнением семейства.

— Так кто же у вас народился? — спрашивали многочисленные знакомые.

И услышав в ответ:

— Девочка! — тут — же спрашивали снова:- Как назвали?

— Вероникой! — гордо отвечал молодой папаша и радостно улыбался, увидев как удивлен- но вытягивались лица у любопытствующих.

Видимо для того времени имя было довольно редкое и необычное.

— Значит Вера? — переспрашивали знакомые.

— Вероника-Ника! Это имя означает веру в победу! — гордо вскидывал голову мужчина и шел дальше, с нежностью поглядывая на маленький сверток в своих огромных руках.

Мария молчала и только улыбалась. А что ей собственно оставалось делать? Всё закончи- лось благополучно. Она родила хорошую девочку, здоровенькую. Теперь остается только воспитывать. Сейчас ей уже легче. С ней рядом Антон, и кажется, больше не следует ни о чём беспокоиться.

— Асяляйм алейкум! — радостно поздоровался с её мужем пожилой тощий казах в низко надвинутой на лоб национальной казахской шапочке.

Длинный неровный шрам тянулся через всё худое лицо этого пожилого человека, от пра- вого угла лба до мочки левого уха, разделяя лицо старика на две страшные обезображен- ные половины.

— Здравствуй Айкен! — Антон остановился, и о чем-то стал разговаривать с казахом. Мария прошла вперёд. Она знала Айкена уже много лет, но сегодня её почему-то непри- ятно поразило изуродованное лицо старика. Он был в Керкене знаменитым, и настолько же загадочным человеком. Его молодая жизнь, полная каких-то приключений, загадок и тайн рассказывалась как легенда среди друзей Антона. А Антон и его друзья, люди от-нюдь не наивные. В милиции таким не было места. Порой, собравшись вместе, они с увле- чением пересказывали друг другу всевозможные истории и удивительные байки, о знако- мых и особенно о странном Айкене. Марию совершенно не интересовали все эти легенды, ходившие по селу при живом герое. Хотя она и видела досье старика под грифом " "Секрет- но", когда работала в спецотделе, но ни разу ей даже не пришла в голову мысль, хотя бы на секунду открыть папку, и самой удостовериться в правдивости всех этих историй. Но все — же, почему-то Мария знала, что в молодости Айкен был юношей красивым и храбрым, точно снежный барс, как рассказывают о нём местные легенды. Лучше чем он, никто не сидел на необъезженном скакуне, и никто так часто не побеждал в борьбе, за обладание шкуры барана, на весеннем празднике Наурыз. Именно там, на празднике он встретил свою Карлыгаш, девушку из соседнего аула, и влюбился в неё, а она ответила ему взаимностью. Но мало было иметь в то время красоту и храброе сердце. Нищим был Айкен и безродным. Воспитывала его старая бабушка Асия, да и та умерла, едва мальчугану исполнилось тринадцать лет. С той поры стал Айкен хо- дить наниматься пасти отары овец богатым людям. Вдоль и поперек исходил Айкен гор- ные долины, немало горных вершин покорил он, но зимой обязательно возвращался до — мой, в свой старый покосившийся домик на краю очень большого села, в котором с дав- них пор обосновались и прижились большие семьи переселенцев из далекой, и говорят, очень холодной России.

Кто были родители Айкена? Почему бабушка Асия, хорошо говорила на двух языках, как на казахском, так и на русском? Почему она умела петь странные, и такие удивительно мелодичные песни, от которых иногда начинало щипать в носу, и хотелось глубже за — рыться лицом в подушку. Всё это осталось для него навсегда загадкой, и свой секрет бабушка унесла с собой, в могилу. И теперь уже никто ничего не мог объяснить Айкену, да и нужны ли были все эти разговоры молодому и красивому парню? Нет, он не стыдился своего непонятного родства и происхождения, а его любимой было всё равно, имеет ли Айкен достаточно калыма, что- бы отдать выкуп за невесту, или у него за душой ничего нет…

Была весна, и вся степь покрылась ковром из цветущих маков. Скорее всего, уже почти наступало лето, за которым должна была прийти осень, и именно тогда влюбленные хотели сделать свадебный той. Так решил Айкен, а его невеста лишь только вздыхала, и робко улыбалась, от смущения не смея поднять глаза на своего любимого. Но однажды случилось несчастье. Толи злые люди позарились на чужое счастье и решили его разрушить, толи самому баю попалась на глаза его милая Карлыгаш, но темной августовской ночью украли его любимую, и долго Айкен искал её, пока не узнал, что стала она четвёртой женой старого бая. Попытался Айкен выкрасть Карлыгаш, но был пойман, и жестоко избит. И только из милости был он брошен далеко в степи умирать под летним палящим солнцем. А может, желая продлить его мучения, был он оставлен там, на съедению дикому зверью: волкам да шакалам, стаями рыскающим в степи в поисках пищи.

Нет, он не умер, а был подобран кем-то. И вот с того-то момента вся его жизнь словно в калейдоскопе менялась едва ли не с каждым днем. Наступила революция, и он стал сра- жаться за того, кто помог ему выжить и не умереть в степи от палящего зноя. Тогда он сра- жался за своего нового хозяина. А потом и против него, да и против всех богатеев. Но не черным коварством отплатил Айкен своему хозяину, своему спасителю. Опять же, что-то произошло с неугомонным Айкеном, и опять был он жестоко избит…

Кажется, в тот день он узнал о том, что его возлюбленная умерла. От горя его разум пому- тился, не иначе. С какой бы стати Айкен мог броситься на своего хозяина, когда узнал, что старый бай был его отцом…

А может только лишь за небрежно брошенное слово "слизняк", да за насмешливый взгляд сквозь прищуренные, и словно припухшие веки. Разве из-за этого он кинулся на своего молодого хозяина? Может быть… Всё может быть!

Он ушёл тогда в степь. Отчаяние и ненависть горели неугасимым огнем в его сердце. Бить, крушить, убивать тех, кто повинен в смерти его любимой! Вот, что ему хотелось!

Стал Айкен воевать за Советскую власть, но опять что-то произошло, и вновь он оказал- ся по ту сторону…

А потом судьбе было угодно так распорядиться, что — бы попал он в Китай, растерзанный,

почти разрубленный напополам в жестоком бою, острой как бритва саблей. Но опять же, вопреки всем законам жизни и смерти он выжил, если не из-за своего сильного орга- низма и молодости, то тогда благодаря искусству китайских знахарей и лекарей. Мно- го лет он провел в Китае, но видно судьбе опять не терпелось, и, в конце концов, однаж- ды Айкен появился в Керкене, где его уже никто не узнавал, да и не ждал.