Чтение онлайн

Наймира и король Амадус перемещались по лагерю, вернее, по узкой его части между двумя большими шатрами и ещё одним, поменьше, под руку. Элинин грыз локти, но молчал. Ат Лав сама не знала, откуда в ней это умение светски улыбаться… Большую часть своей жизни она думала о капусте.

– Я беспокоюсь о вас, ваше высочество, - говорил он. Глэдгер на расстоянии руки от них мысленно ему вторил. Элинин шлялся где угодно, но только не поблизости с этой, по его выражению, "сладкой парочкой".
– Каждый раз, когда я смотрю на вас, я думаю, что вам не место в этих отвратительных условиях… Вы должны блистать в залах дворцов… Нельзя будет выразить моей благодарности, если вы посетите, когда закончится эта ужасная война, мой город… Его золото будет лучшей оправой для такого драгоценного камня, как вы.

Наймира глупо краснела, старательно растягивала губы в какой-то страшной ухмылке, Амадус рассыпался в комплиментах. Ну да, конечно же, она приедет в Кастел, когда война закончится триумфом Силы Дня. Она всю жизнь мечтала там побывать.

Никогда Ат Лав не думала, что она такая красавица, что её можно столько времени обхаживать. Элинин конечно любил говорить комплименты, но его было хотя бы приятно слушать. Тут оставалось только делать вид, что ты тащишься от этих бесконечных сравнений. Он бы ещё сказал, что Кастел будет прекрасной вазой для такой розы, как она. Тогда можно было бы попросить Ардата её заколоть.

На самом деле, Наймире хотелось наконец-то вернуться обратно в Небесную Пристань. И вести там совсем некоролевскую жизнь, а как было раньше, до… до Зэрандера.

– Ваше величество, прошу простить меня,… - подошедший дворянчик, из тех, что в бой идут во втором потоке и конными, был видимо повыше многих других, и желал получить внимание короля по какому-то важному вопросу. Может быть, он был каким-нибудь необходимым на войне министром? У Наймиры вяли от политики не только уши, но и сердце.

Амадус рассыпался в извинениях и оставил принцессу одну. Как он обещал, на короткий срок. Ат Лав перевела дух, сердито почесала щёку, которая чесалась в течение последних минут двадцати, но раздирать ногтями кожу при короле Кастела было совершенно неприлично… и вдруг обнаружила, что забыла накидку в шатре. А ведь вечер наверняка будет холодным. А эту белую меховую жилетку, отделанную отборным розовым жемчугом, ей подарил его величество Амадус. Очень некстати забывать её где попало только потому, что всю жизнь считала, что носить на себе белый непрактично.

Слегка сердитая, она велела Глэдгеру ждать здесь - впрочем, он всё равно пошёл следом, словно привязанный к ней невидимой цепью - и отправилась обратно. Погружённая в свои мысли, Ат Лав приподняла полог, юркнула внутрь и внезапно её слух уловил отчётливое:

– Нам скорее всего даже не придётся добивать Ат Лава. Эмералдмор и Уитмон стараются за нас…

Наймира замерла, задержала дыхание. Согнутые пальцы впились в белый мех и замерли. Она постаралась пройти незаметно внутрь вовсе не затем, чтобы подслушивать генерала Бархиса, по сути, она даже не знала имени того, с кем он сейчас говорил… Но куда важнее было, что…

Надо было крикнуть Глэдгера. Немедленно.

– Ардат!
– принцесса схватилась свободной рукой за полог, сама не замечая, что прижимает к себе ту самую белую жилетку, которую она имела неосторожность оставить. Гэс, испугавшись её крика, - это было видно по выражению лица кастельца - отшатнулся от своего собеседника. Наймира подумала, что нужно убираться подальше отсюда.

– Принцесса, - начал Бархис, постепенно возвращая на лицо улыбку, - вы узнали о нашем маленьком сюрпризе слишком рано…

– Ардат!
– Наймира дёрнула ткань, та затрещала. Она почти упала в руки своего гвардейца, тот был вооружён и выглядел весьма угрожающе.
– Они слуги Ночи!
– шепнула она, позволяя Глэдгеру слегка отодвинуть её в сторону.

Бархис свистнул, непонятно откуда взявшиеся руки схватили Наймиру за локти. Она снова закричала, дёрнула рукой, чтобы освободиться, но едва не вывихнула сустав. На глаза навернулись слёзы.

Глэдгер остался внутри шатра против двух противников, Наймиру силой выволокли наружу. Она перестала пихаться только тогда, когда обнаружила, что бросившийся к ним кастельский солдат из охраны был убит метко брошенным ножом.

– Майви, что же ты даже не обернёшься, - пыхтящий голос сзади был без сомнения знаком.

– Батар!

– Я услышал сигнал, и подумал, что это не к добру. А ты чуть меня не забила до смерти, - Элинин рукой обвёл лежащие рядом с шатром трупы. Никто ничего пока не заметил… Хотя нет. Вот к ним торопятся вооружённые люди…

– Им надо сказать…

– Надо бы нам найти Амадуса, - Элинин крепко взял её за кисть и потащил за собой.

– Что с тобой?!
– возмутилась Наймира, едва поспевая за ним. Часть солдат закатилась в шатёр, часть осталась снаружи - озираться по сторонам. Охранять.

– Король тут вряд ли причём. Надо предупредить сначала его, а у нас с тобой двоих шансов нет, - пояснял Элинин на ходу. До королевского шатра было три шага, но он поволок её в обход, за конями, провожаемый взглядами ничего не подозревающих конюхов.

Элинин однажды уже дал Наймире ответ на вопрос, почему и король Гия, и король Кастела оказали ей в общем-то очень хороший, даже радушный приём, причём первый - ввиду того, что Ат Лав легко втянула его в военный конфликт. Очень простой ответ, до которого Наймира, к сожалению, не додумалась сама, а батар сообразил по слухам.

Королю Ат Лаву Клинок дал очень большие полномочия. Одно то, что он в Сэнктиме назначил Хранителя своим словом, уже значит много. Разумеется, все те страны, что выступают на стороне Света, невольно должны согласовывать с ним свои действия, потому что Гаранд Астиан оставил его "за главного", не объявляя это официально, но дав на то все намёки. Немудрено, что союзники Света старались не сильно обижать сестру такого важного человека, даже зная, что она неблагородного происхождения…