Чтение онлайн

— И вы ей помогли?

— Конечно. Я нашел ей квартиру, перечислил деньги на ее счет. Их ей должно хватить до первой зарплаты. Через несколько дней она начнет работать в одном из моих отелей. Остальное целиком зависит от нее. Я помог ей на старте, но не могу за нее добиваться успеха. И потом, надо знать нашу мать. Она сделает все, только бы вернуть Бриттани под свою власть. Я предупредил сестру, чтобы не поддавалась ни на какие родительские провокации. Надеюсь, у Бриттани хватит сил.

— Как здорово, что ей было к кому обратиться за помощью. Я так поняла, до этого ваши отношения складывались не лучшим образом?

— Это еще мягко сказано. Я уже привык, что в родительской семье подрастает новая гадюка и со временем она будет бросаться на меня вместе с матерью. Сейчас я понимаю: у сестры была сломлена воля. Она копировала поведение матери, иначе та съела бы ее. Мне хочется верить, что сестра действительно решила начать новую жизнь. Если это действительно так, я сделаю все, чтобы ей помочь. Мне наплевать, как к этому отнесутся родители и братья.

— Братья старше вас?

— Да. Обоим за сорок. И оба иждивенцы, потому и управляемы. Пляшут под родительскую дудку и целиком зависят от финансовых вливаний деда. Не представляю, как их дети могут уважать таких отцов.

— Печально слышать. А как вам удалось вырваться? И не просто вырваться, а достичь таких успехов?

— По-моему, сейчас опять моя очередь задавать вопросы. Я вывернул себя наизнанку. Но что я знаю про вашу семью? Только то, что ваш отец повел себя как жалкий трус, а мама умерла, не выдержав второго сражения с раком.

— Давайте так: вы ответите на мой вопрос, а потом зададите свой.

— В таком случае я задам два, чтобы сравнять счет.

Джоузи недовольно закусила губы:

— А вам не кажется, что скучно превращать беседу в подобие спортивной игры? Мы так и будем попеременно сравнивать счет?

— Считайте, что я неудачно пошутил. Хорошо, я отвечу на ваш вопрос. Но потом будет ваш черед.

— Договорились.

— В колледже я подружился с двумя парнями: Гейбом Хэмилтоном и Джейсом Крестуэллом. Радости жизни интересовали нас больше учебы. Вечеринки, ухлестывание за девчонками. Не знаю, как сложились бы наши судьбы, если бы родители Джейса не погибли в автомобильной катастрофе. Он остался один с шестилетней сестрой на руках. И тогда в нас что-то повернулось. Вы будете смеяться, но нам захотелось стать большими боссами. Мы приналегли на учебу, а после колледжа стали строить свой бизнес. Взяли отель в аренду с расчетом затем его выкупить. Вкладывали в работу душу и сердце. Работали без выходных, без отпусков. Действовали по классической схеме: каждый заработанный доллар стремились вложить в дело. Через год удалось расшириться. Используя этот отель как плацдарм, сумели купить второй. Потом поняли: просто владеть отелями мало. Нужно постоянно развивать их сеть. Стали искать инвесторов, строить новые отели. В дальнейшем к ним добавились курорты. Доходы росли, репутация крепла. Нам становилось все легче находить инвесторов для новых проектов.

— Значит, ваш успех никак не зависел от родительской семьи?

— Ни капли. Я не просил у них ни цента. Наоборот, потом вернул им деньги за свое обучение в колледже. Я оборвал все ниточки, за которые они могли меня дергать. А пускать их в наш бизнес? Ни в коем случае.

— Надо понимать, семья ничуть не радовалась вашим успехам.

— Что вы! — усмехнулся Эш. — Для них это было как град пощечин. Во-первых, я всего добился сам, при поддержке друзей, но без помощи родителей. Во-вторых, я отказался давать им деньги. Представляете, у родителей хватило наглости утверждать, что они не жалели времени и сил на мое воспитание! Пришлось им кое-что напомнить. С таким же успехом и ваш отец мог бы заявить, что вы теперь должны тащить его на себе.

Лицо Джоузи помрачнело, а губы вытянулись в тонкую линию. Чувствовалось, ей неприятно само упоминание об отце. Эш снова потянулся к ее рукам, но на этот раз Джоузи напряглась. Руки покрылись гусиной кожей.

— Теперь моя очередь задать вам двадцать вопросов, — стараясь не замечать ее хмурого вида, сказал Эш.

— Кажется, я не задавала вам двадцать вопросов.

— Почти.

— Ладно, спрашивайте, — вздохнув, разрешила Джоузи.

Взгляд Эша мгновенно переместился на ее шею, туда, где белела полоска от снятого ошейника. Полоску он заметил сразу же, как только Джоузи вышла из ломбарда. Тогда Эш не осмелился питать никаких надежд. Но она приняла его приглашение, хотя оно и попахивало шантажом, и в ресторан пришла без ошейника. Означало ли это, что она тоже заинтригована странным притяжением, возникшим между ними? Эш мысленно приказал себе не торопиться с выводами. Это могло означать что угодно.

— Почему вы больше не носите ваш ошейник? — спросил Эш.

Левая рука Джоузи инстинктивно коснулась шеи. Глаза недовольно сверкнули. Других реакций не последовало. Ее губы были все так же плотно сжаты.

— Джоузи! Вы обещали ответить на вопрос. Почему вы не носите ошейник?

— Потому что мы с ним больше не встречаемся, — вздохнув, ответила она.

В лице Эша ничего не изменилось, однако внешнее бесстрастие стоило ему немалых усилий. Он и сам предполагал такой ответ, но не хотел торопиться с выводами.

— Что случилось?

Джоузи вырвала руку, уткнувшись глазами в пол. Эш понимал, что ей тяжело на него смотреть. Он ждал, полный решимости добиться ответа. Ответ ему был очень важен. Он хотел знать все.

— Вы с ним порвали или он? — не выдержав, спросил Эш.

— Я.

— Расскажите почему. Джоузи, что случилось?

Она вскинула голову:

— Вы, Эш, — вот что случилось! Вы.

Изумление Эша не было наигранным. Своим неожиданным откровенным признанием она застигла его врасплох. Эш сощурился, наклонился в ее сторону. Его рука снова легла на руку Джоузи, и ладонь заскользила по костяшкам ее пальцев.

А ведь этот мужчина опасен. Смертельно опасен. Каждым своим движением он соблазнял Джоузи и вряд ли догадывался об этом. Или догадывался? Возможно, он точно знал, чтó делает в данный момент.

— Нет, этого не могло случиться, — тихо возразил Эш. — Будь я причиной, вы бы давно лежали в моей постели.

Его голос приобрел хрипотцу. Будоражащую, переворачивающую все внутри. Такую, от которой волосы встают дыбом.

Джоузи попыталась убрать руки, но Эш их не выпускал.

— Да, Эш, это из-за вас, — продолжала она. — Тогда, в парке. Ваши слова заставили меня задуматься. Пожалуй, обо всем. И выводы, к каким я пришла, мне очень не понравились.

— И к каким же выводам вы пришли?

Глаза Эша буравили ее, и Джоузи заерзала на стуле. Ей не нравилась плоскость, в которую перетек их разговор. Слишком уж интимной была эта плоскость, где с каждым словом Джоузи обнажала потаенные уголки своей личности. Эш был из тех мужчин, которому дай палец — отхватит всю руку.

— И все-таки, Джоузи, о чем именно я заставил вас задуматься? Полагаю, не просто задуматься, а пересмотреть ваше отношение.

Он ведь не отстанет.

— О символическом смысле… бриллиантового ошейника.