Чтение онлайн

Практически одновременно с этим из кустов подлеска, метрах в двадцати выскочил воин. Вооружен так же щитом и мечом. Движется стремительно и умело. Как бы это пафосно не звучало, с дикой грацией хищника.

Романов на мгновение замер. Память привычно, и независимо от него проанализировала видимую картину, и услужливо подсунула ему информацию. Он уже видел этого воя. Он был одним из тех, что напали на караван, где он обзавелся доспехами, оружием и кровниками. Которые таковыми пробыли недолго.

Отбив удар щитом, Романов тут же контратаковал, но безуспешно. Разбойник столь успешно парировал его выпад, а затем отпрыгнув, ушел от пинка в живот. И тут же ринулся в атаку, нанеся удар кромкой щита. Михаил довернул тело, и принял натиск на свой щит. Не останавливаясь он обернулся вокруг своей оси, и размашисто рубанул мечом, в попытке достать нападающего. Однако тот присел, пропуская над собой блеснувшую сталь.

Только Михаил и не думал на этом останавливаться. Потому что следом за этим последовала подсечка. Нога не опорная, и воин успел поднять ее. Но против следующего выпада щитом, врезавшимся в его правое плечо он уже ничего поделать не сумел. Выдержать такой натиск стоя на одной ноге у него не получилось.

И все же, он не упал просто так, а откинувшись на спину, ушел в перекат через левое плечо. У него были все шансы разорвать дистанцию и встретить Михаила встав в нижнюю стойку. Тот ведь и сам замешкался, закончив сложившуюся саму по себе атакующую связку. И происходи схватка на открытом месте, скорее всего, все так и было бы. Но в его планы вмешалась молоденькая березка. Толщина стволика едва ли с руку. Но этого хватило, чтобы дезориентировать его, и разбойник плюхнулся на пятую точку.

Михаил и сам не понял, как умудрился принять на щит очередную стрелу. Возможно причина в самом лучнике, поспешившем сделать выстрел. А может простое стечение обстоятельств. Как бы то ни было, но в распоряжении Романова оказалась пара тройка секунд, чтобы совладать с равновесием, сделать стремительный шаг к приходящему в себя противнику, и едва ли не сев на шпагат, достать-таки его в длинном выпаде.

Клинок вошел в грудь едва ли на ладонь. Но этого хватило, чтобы тот поник, и откинулся на спину, раскинув руки в стороны. Все. Этот противник уже не опасен. Даже если не убит, рану легкой не назвать по определению.

Разворот в сторону лучника, и присесть прикрывшись щитом. Очередной тупой стук стрелы о плаху щита. Наконечник проклюнулся с внутренней стороны, но древко безнадежно завязло в древесине. Ждан сместился в сторону, чтобы достать лучника, но тот так же смещается, все время прикрываясь от него стволом березы, в которой уже торчит две стрелы.

Но вот наконец пришло осознание, что он остался один против двоих, и он рванул в сторону, оставляя между собой и Жданом дерево. Михаил выронил меч и потянул из петли метательный нож. Порядка двенадцати метров. Далековато. Но тут главное попасть. Импульса тяжелого клинка вполне достанет, чтобы добраться до тела даже сквозь кольчугу.

Михаил подловил момент, когда беглец окажется в просвете между деревьями и метнул нож с упреждением. Короткий росчерк стального блеска. И лучник с глухим стоном повалился в кустарник подлеска. И не думая подбирать выроненный меч, Романов бросился к нему, и через считанные секунды, навалился на раненого левым коленом, вырвав из него короткий вскрик, который тут же сменился хрипом из разверстой глотки.

И тут же вскочил, в готовности отразить следующую атаку. Но это оказался Ждан, успевши подхватить брошенный им клинок. Михаил резко выдохнул, сбрасывая с себя напряжение, и опуская выставленную перед собой руку с ножом.

– Бежим к нашим! – едва ли не выкрикнул Ждан.

– Бежим, но не на дорогу, а к Звану. Наверняка и их встречали. Или уже упокоили. А если так, то смогут напасть на наших со спины, – обтерев нож, и сунув его в ножны, возразил Михаил.

Потом принял у напарника меч, и задав направление кивком головы, побежал впереди, по обыкновению предоставляя молодому возможность прикрывать его спину.

Он оказался прав. Звана с Добролюбом так же встречали. Причем, куда удачнее, чем их пару. Добродушный здоровяк сидел прислонившись к стволу дерева с торчащей из груди стрелой. Но судорожные вдохи говорили о том, что он все еще жив.

Балагур вовсю рубился с воином вооруженным мечом и щитом. Причем явно превосходил его, задавая свой рисунок боя, но не ставил финальную точку. Ему приходилось все время удерживать противника между собой и лучником, лишая его возможности выстрела.

Вражеский стрелок настолько увлекся попыткой выцелить ловкого бойца, что проморгал момент появления новых действующих лиц. Зато Ждан тянуть кота за подробности не стал, и тут же вскинул лук, пустив стрелу точно ему в грудь.

Зван сразу же уловил смену обстановки, и молниеносной серией из трех выпадов достал мечника, вскрыв ему глотку. Перебежал к раненому лучнику, и коротко чиркнул ему по горлу, завершая схватку.

– Добролюб! – тут же бросился он к товарищу.

– Зван, не трогай! – окликнул его Михаил.

Приблизился. Осмотрел. И недовольно дернул щекой. Рана тяжелая, если не сказать, смертельная. Шансы невелики даже в его мире. Здесь, практически приговор. Практически, но не обязательно. Случалось, что и с подобными ранами выживали. Единицы. Не без того. Тут все зависит от многих факторов, сошедшихся в одной точке, вплоть до угла, под которым вошла стрела и где ею ковырялись до выстрела. Но при наличии квалифицированной медицинской помощи, даже на уровне средневековой Византии, шансы значительно возрастали. Относительно полной безнадеги, ясное дело.

– Пока мы ему помочь не можем. Мне нужна моя переметная сумка. С собой у меня только пара бинтов, тампоны, и вот это – извлекая из кошеля на поясе флакон мутного стекла, произнес Романов.

– Что это? – поинтересовался Зван.

– Маковая настойка. Ему будет не так больно. Но с разбойниками нужно разобраться, как можно быстрее. Иначе ему уже не помочь.

– А сейчас? – не унимался балагур, которого сейчас на веселье явно не тянуло.

– Сейчас ему еще можно попробовать помочь. Но с каждой минутой, времени у него все меньше.

– Ну и какого тогда ждем. Пошли прибьем этих гадов. Добролюб, ты погоди немного. Мы скоро.

Михаил не стал указывать на тот факт, что раненый сейчас ничего не понимает, одурманенный наркотиком. Незачем. Здоровая злость Звану сейчас только на пользу. Тем паче, что Романов успел убедиться в том, что тот себя полностью контролирует и голову не теряет. А там глядишь, удастся отыграть драгоценное время и помочь-таки раненому.

Когда они наконец вышли к каравану, у повозок все еще рубились. Нападающих, как водится, было больше, чем обороняющихся. Четверых возниц не видно. Двое укрываются за спинами воинов, и отчаянно натягивают тетивы арбалетов. Купец рубится плечом к плечу со своими охранниками. Двое из них лежат на земле недвижимыми. Остальные еще держатся.