Чтение онлайн

– Мне так спокойнее. Когда ты рядом.

Конечно, он имеет ввиду совсем не то, от чего у меня пульс вдруг ускоряется. Отворачиваюсь к окну, чтобы он не смог ничего прочесть по лицу, бросив взгляд, но кажется, будто моими эмоциями салон наполняется. Точно осязаемые. Прикоснуться, положить на ладонь. Смять и вышвырнуть в окно.

– Мне жаль, что я втянул тебя в это, – произносит негромко. – Есть еще два варианта, но они тебе не понравятся.

– Какие? – уточняю почему-то шепотом.

– Ты уедешь, на время. Где ты буду знать только я.

– Нет, ни в коем случае! – восклицаю и отрицательно мотаю головой. – Они же к брату придут меня искать, у него Иришка беременная! Нет, ни за что. Пусть знают, где я.

– Так и думал.

– А второй?

– Ты умрешь. По документам. Я все устрою.

– Спятил? – мямлю задрожавшими губами. – Папа тогда совсем с тормозов слетит, года не пройдет, как не станет. И Иришка… она меня любит, это нервы, опасно. Нет. Ни в коем случае.

– Тогда привыкай к моему присутствию. Быстро это не закончится.

– Хорошо, – выдыхаю, успокаиваясь. – Какой план на завтра?

– Завтра дома. Мне нужно спокойно поработать и подумать. Никто не удивится, что мы закрылись на сутки.

– Заедем за продуктами? Холодильник пустой.

– Твоя лучшая идея, – улыбается и открывает карту в телефоне, присматривая круглосуточный супермаркет поближе к моему дому.

Через час проходим в квартиру. Он – боком, нагруженный пакетами. Я – пру свой букет, пытаясь не радоваться его наличию.

– Палево, вообще-то, – приподнимает сумки и опускает их на пол. – О еде в таких случаях думают в последнюю очередь.

– Не знаю, Родь, – фыркаю, стягивая кроссовки. – На тебя посмотришь, вполне можешь и совмещать.

– Если девушка широких взглядов, – ухмыляется и наклоняется, развязывая шнурки.

Глупо хихикаю, представив картину, и сбегаю к кладовке, несколько увлекшись в своих фантазиях. Наливаю ведро ледяной воды, борюсь с соблазном окунуть в него голову и вздрагиваю, когда он спрашивает из-за спины:

– Не поднимай. Куда поставить?

– Да где-нибудь в комнате не на проходе, – бормочу, неловко меняясь с ним местами в тесном пространстве.

Разбираю продукты, он заканчивает с цветами и приходит помогать. То и дело сталкиваемся, соприкасаемся, голова уже кругом от него.

– Тебе спать не пора? – брякаю, когда терпение заканчивается.

– А тебе?

– Я планировала готовить. У меня по графику смена, все равно не усну.

– Надо менять этот твой график, – ворчит и продолжает этим заниматься, выходя с кухни: – Ночью надо спать или трахаться. Третьего не дано.

С тоской кошусь на дверь, мысленно выбрав второй вариант. Закрываю поплотнее и бахаю на плиту кастрюлю под мясо.

Через три часа, обливаясь потом, крадусь в душ. Снимаю повязку с плеча и, решив, что рана достаточно затянулась, с наслаждением встаю под прохладные струи. Выхожу, обмотанная полотенцем, слышу тихий стук ложки о тарелку. Заглядываю на кухню и начинаю сдавленно смеяться, придерживая на груди свое одеяние.

– С ума меня свела этими запахами, думал сдохну, – жалуется и закидывает в рот очередную порцию. – Вкусно, Саш. Не думал, что ты готовить умеешь.

– По ресторанам мне не на что ходить, – пожимаю плечами и сглатываю обильно выделившуюся слюну, так все аппетитно выглядит. И борщ, и мужик, сидящий на моей кухне в одних трусах и уплетающий мою стряпню.

Сдаюсь и наливаю себе, устраиваясь рядом.

– В четыре утра я еще не обедал, – ухмыляется, глядя на то, как я натираю зубчиком чеснока ломоть черного хлеба. – Оберег от приставаний?

– Чеснок отпугивает только вампиров и придурков, – играю бровями и откусываю смачный кусок. – И если уж жрать ночью, то с удовольствием.

– А Борисову готовила? – спрашивает вдруг.

– Бывало, – пожимаю плечами, помешивая горячий суп. – Особенно в последние пару месяцев, когда уже друг другом насытились.

– Достойная альтернатива, – чешет бровь и берет свою тарелку, поднимаясь, – пожалуй, мне нужна добавка. А ты накинь что-нибудь, пока стынет. Так и кастрюли не хватит.

– А ты вампир или придурок? – роняю тихо и опускаю голову в ожидании ответа.

Туманов ставит на стол тарелку и упирается ладонями в край столешницы, стоя ко мне спиной. С минуту, наверное, обдумывает, и я не выдерживаю и убегаю в комнату.

Распахиваю шкаф, выискивая самые пуританские пижаму и белье из имеющихся, а когда разворачиваюсь, чуть не влетаю в него, замершего поблизости.

Родион поднимает руку и осторожно касается моего плеча, а я нервно веду им и язвлю:

– Слишком долго думал.

– Это правда, – отвечает тихо. – С первой встречи в машине. Ты очень красивая, Саш.

– И что же тебя останавливало? – уточняю едко, снова пытаясь избавиться от его руки.

– Втянуть тебя в неприятности, привязать к себе и при этом попытаться трахнуть? Девушку, от которой у компаньона настолько снесло крышу, что в попытке вернуть он начал творить какую-то невнятную хуйню. Даже не знаю. Пытался не быть мудаком. И средством мести.

– Не приходило в голову, что я просто тебя хочу?

– В последнюю очередь. Поэтому и пришел. Так у нас просто или сложно?

– Просто, – вру без раздумий, глядя ему в глаза.