Падшие ангелы Мультиверсума

1. Я признаю, что предлагаемый мне текст является плодом художественного вымысла и не может быть использован как источник достоверной информации о происходивших событиях и их участниках.

2. Я оповещен, что сходство описываемых в тексте персонажей с реальными и виртуальными личностями является случайным.

3. Я обязуюсь не разглашать содержащиеся в тексте сведения относительно новых видов оружия, технологий слежения, программных продуктов, деятельности федеральных и корпоративных спецслужб, а также любые другие почерпнутые оттуда факты.

4. Я согласен с тем, что установленная мера наказания за копирование и распространение данного текста является необходимой и достаточной.

5. Я всецело несу ответственность за последствия моего ознакомления с данным текстом.

6. В целях соблюдения государственной тайны я добровольно соглашаюсь на процедуру блокирования памяти.

дата……………………………20………г.

подпись …………………………………………

Данный документ является собственностью Службы Федерального Контроля.

Память. Островки минувшего в сером океане забвения. Он слышал шепот, с которым холодные волны накатывались на берег, унося с собой мелкие песчинки, осколки ракушек и трупики морских звезд. Йодистый запах гниющих водорослей прилипал к коже и пропитывал одежду. Крупицы соли застревали в волосах.

Это было в девяносто восьмом, да, в девяносто восьмом… Он поехал на море один, первый раз в жизни без родителей. Оставался в воде сколько хотел, нырял с опасных скал, загорал до черноты, и, как водится, в то лето он стал мужчиной. На мягком, не успевшем еще остыть песке, под надрывные крики чаек и шум целующихся с берегом волн…

Обруч считывателя давил на виски, и он машинально сдвинул его повыше. От такого грубого вмешательства в работу М-модем «Мнемозина» запаниковал, мигнул красным глазом тревоги, но тут же успокоился и выдал надпись:

Пикирующий орнитоптер пробил границу микроклиматического купола, оставив разбегающиеся дрожащие круги, как упавшая на водную гладь капля. Сделав вираж над идеально плоской крышей головного здания ТПК «Неотех» – усеченной зеркально-черной пирамиды, окруженной собственными полями сверкающих уловителей-«подсолнухов», – летун пошел на посадку. Движимые тугими связками биополимерных мышц крылья из армированного текстолита с кажущейся натугой месили воздух.

Это был двухместный «сомов», «СО-12», «нетопырь», переделанный для личных нужд генерального директора корпорации Владимира Белуги. Машина скоростная, маневренная и в боевом режиме невидимая для глаз и систем дистанционного обнаружения. Орнитоптеры этой серии только-только поступили в распоряжение спецподразделений Федерального Контроля и теоретически не могли находиться во владении частного лица.

Но хозяин автоклавов, в которых выращивалась вся квазиживая начинка летунов, от параноидальных «мозгов» бортового комплекса управления огнем до бактерий мимикрирующего белкового покрытия, мог позволить себе быть исключением из правил.

В конце концов, вся его жизнь была таким исключением.

Белуга мог выбрать для визита любое другое транспортное средство. Мог заранее предупредить о своем прилете. В этом случае его ждала бы почетная встреча, включающая серию лизоблюдских ухмылок и пожиманий рук.

Это не входило в планы тридцатидвухлетнего мультимиллиардера. Он хотел удивить собственную службу безопасности, чтобы лишний раз убедиться в ее состоятельности. Не исключено, что скоро его доблестной security придется проявить себя в настоящем деле, а не в демонстративном поигрывании трансплантированными мускулами.

Орнитоптер опустился на скользкую гладь крыши. Владимир Белуга, путаясь в полах баснословно дорогого полушубка из меха степного метаволка, выбрался из кабины. Он искал взглядом лишь одного человека. Стыдно признаться, но это шоу он затевал, только чтобы поймать выражение смятения на его всегда невозмутимом лице.

Их глаза встретились. И генеральный директор понял – напрасно. В этот раз тоже не получилось.

Седеющие волосы зачесаны на безупречный пробор, незапоминающееся лицо, внимательный прищур серых глаз. Сухость и подтянутость фигуры, подчеркнутая строгим покроем костюма. На левой руке вместо часов – широкий браслет из нержавеющей стали.

Аркадий Волох. Бессменный глава службы внешней безопасности корпорации, Между собой подчиненные зовут его Пардус.

Рукопожатие Пардуса несет в себе цепкую силу, пальцы от него немеют.

– Ну как, застал вас врасплох, Аркадий? – смеется директор, осторожно высвобождая кисть.

– Немного. – Волох улыбается, одним лицом, не глазами. – Мы ожидали прибытия японцев. Но, Владимир Георгиевич, вам стоило дать опознавательный сигнал до пересечения купола. Вас могли сбить.

– Пустое, – машет рукой директор. – Против «нетопырей» мы слепы,

– Не буду спорить. – Начальник службы безопасности сделал приглашающее движение в сторону лифтовой площадки. – Пойдемте, здесь не лучшее место для разговора.

– Погодите, Аркадий. Один вопрос… а если нас атакуют именно такие машинки? – Белуга кивнул в сторону орнитоптера. – Что тогда?

Волох помедлил, перед тем как ответить.

– Для этого нами, как минимум, должна заинтересоваться Служба, Владимир Георгиевич.

– Предположим.

– Тогда, в случае подобной акции с их стороны, я бы полагался на наши климатические установки в режиме «блокада».

– Вот как… – директор скинул полушубок на руки подоспевшему холую с шевронами офицера службы безопасности, – Жарко у вас, прямо курорт, а там еще снег лежит, слышали?

Волох утвердительно наклонил подбородок. Большую часть времени он проводил в своем кабинете, находящемся на глубине шестидесяти метров под черной пирамидой «Неотеха».

– Может, опробуем смену режимов? – небрежно предложил Белуга. – Скажем, с десятисекундной готовностью.

Начальник службы безопасности снова кивнул и сказал в сторону: