Падший
Шрифт:
– Даже в октябре?!
– Да хоть в январе. Тем более погода прекрасная!
Чеканутая!
– Ты же заболеешь! – начал напирать я на ухохатывающуюся над моей опекой девчонку.
– Ладно… ладно, папочка! Разошелся! Хочешь ложечку?
ПАПОЧКА?!
Находясь в полнейшем шоке от происходящего, я не заметил, как открыл рот, в который тут же влетела полная ложка ледяного десерта.
– Скажи, ам!
Черт… так вкусно!!!
Кусочек молочного лакомства мгновенно растаял, наполняя мой рот потрясающим вкусом нежнейшей ванили. Я не ел мороженое НИКОГДА… даже в мыслях не было попробовать… и мне хотелось снова ощутить это.
Но девушка уже опустила глаза, увлекаясь чтением, окунаясь в мой мир. И я рассказывал ей о себе этой книгой, я открывал для нее страницу за страницей своей сущности.
Рано или поздно она догадается или узнает, и тогда ты ее больше не увидишь, Майк…
Я наблюдал, как она болтает ложкой в воздухе, прикладывая ее к пухлым коралловым губкам, погружаясь в меня все глубже. Она хмурилась. Эмоции на ее лице переливались и к концу становились беспокойными.
– Майкл… – на выдохе негромко позвала она меня по имени, – Ты так пишешь, словно это действительно происходит с тобой… будто ТЫ так живешь. Но это же невозможно… правда?
– А ты? Ты веришь в Дьявола, Ники? – совершенно серьезно спросил я.
– Да, как и в Бога! Но я все равно не понимаю, как в мире может твориться то, что происходит каждый день. Скажи мне, Майк, почему люди так безнаказанны?
Даже я не знал ответа на этот вопрос, я точно также разделял ее мысли когда-то, которые заставили меня воспротивиться и оказаться тем, кто я есть сегодня.
– Вы, люди, считаете, что это Дьявол во всем виноват.
– ОН это лишь человек в облике зверя, а не наоборот. Демоны же состоят из падших ангелов и выдвиженцев из людей. У Дьявола есть ограничения, а у человека нет, и он может сотворить все, что угодно.
– Ты слишком плохо думаешь о людях, – усмехнулся я, – Они не так безнадежны.
– Ты оптимист, если считаешь, что их можно ухудшить.
Шах и мат. Это было потрясающе.
Я засмотрелся на ее хулиганскую улыбку, и мне непреодолимо захотелось стереть ее с красивого лица своими губами.
И все-таки она очень красива в своем несовершенстве и противоречивости.
– Что ты скажешь о книге?
– Мне очень нравится, я бы внесла пару коррективов в речевые обороты и немного бы смягчила твои мысли, все же они чересчур реалистичны. И героиня… первый контракт у нас с героиней.
– Да, тебя что-то смущает?
– Я все еще не понимаю его отношение к ней, – я почувствовал, как ее сердечко перестало биться.
– Ну… – замешкался я словно школьник, – Она ему интересна.
– И все?
Черт побери, Майк! Она спрашивает не о героине романа!
– Ему с ней очень хорошо, но он никогда ее не полюбит, если ты об этом, – искренне без увиливаний констатировал я, бросая печаль на ее прекрасное личико.
– Почему?
– Потому что любят сердцем и душой, а у меня… то есть у него нет ни того ни другого.
– А где же он их оставил?
Ох, если б я знал…
– Пойдем прогуляемся, агент. Я куплю тебе еще мороженое.
Резко сменив тему и не дождавшись ответа, я взял грустные глазки под локоть и увел к пляжу.
******************************************
Николь.
Гривастые невысокие волны кудрявились к берегу, принося запах свежести и прохладу со стороны океана цвета неба у песчаного берега. Я шла босиком, поедая клубничный рожок, держа в другой руке свои туфли.
– Будешь, Микки?
У меня было безумно игривое настроение. Смотря на хмурого Майкла, мне захотелось его раззадорить после нашего слишком серьезного разговора. Я протянула ему розовое лакомство и облизнула сладкие губки.
– А ты я смотрю совсем бесстрашная, Ники. Буду.
И только он потянулся укусить холодную морожку, как я ткнула ему в хитрую лисью моську ледяным хлопком и ухохатываясь побежала вперед, бросая туфли в мокрый песок.
– Ах, ты!!!
Беги, Ники, беги!
В три шага он настиг меня, даже не давая ни малейшей форы и шанса на побег. Майкл заломал одну руку за спину, а второй моей собственной измазал весь рот, подбородок и щеки, выбрасывая сласть в океан.
– Мое мороженое!!! Сумасшедший!!! Я же тебе немножко, а ты меня всю измазал!!!
– Ты!!! Да как ты…?! – задыхался разгневанный мужчина.
Ох-хо-хо, Ники, похоже ты зря это сделала…
Клянусь, я увидела молнии в его глазах, когда он рванул меня с силой к себе, прижимая к каменному телу, которое тут же обожгло меня адским пламенем словно испепеляя мою одежду.
– Майк…
Его взгляд застилала настоящая буря, и небо вокруг нас затянуло черной мглою в считанные секунды. Наступила ночь. Я услышала раскат приближающегося грома, который нес за собой гибельный шторм.
Жесткие пальцы красноглазого дьявола проникли в мои волосы, и со спины меня обдало брызгами от нарастающих кипящих клокочущих волн, посылая мириад жалящих мурашек под кожу. Вторая его рука легла на мои лопатки, и Майкл дернул меня к себе, притягивая за затылок, припадая опаляющими губами к щеке, съедая холодное лакомство, опускаясь на подбородок, проводя по челюсти зубами.
– Майкл… ты сжигаешь меня заживо… Майк… ммм…
Лицо полыхало огнем от его прикосновений, а спину прожигало насквозь до самых ребер. Я застонала от боли, и с ослепляющей молнией господин Самаэль обрушился на мои губы вместе с ледяным ливнем
Я не могу даже вдохнуть, мои легкие плавятся от его дыхания…
Я обвила его шею промокшими сквозь кожу руками и отдалась поглощающему поцелую, сгорая дотла, словно у меня была лихорадка. Вздрагивая от очередного грозового раската, я почувствовала жуткую слабость.