Чтение онлайн

— Милорд, — капитан Пиетт почтительно опустил глаза при виде сидящей в медитационной сфере массивной чёрной фигуры, — нашим операторам удалось засечь сигнал, исходящий от корвета кореллианской постройки типа CR-90, и идентифицировать его. Это тот самый звездолёт, который сумел ускользнуть из-под носа «Бессмертного» возле Топравы. «Тантив-IV», принадлежащий Королевскому Дому Алдераана. В данный момент судно используется в качестве дипломатического корабля главы правительства вышеупомянутой планеты Бейла Престора Органы. Звездолёт следует к планете Татуин с неизвестными намерениями и наш крейсер пару минут назад совершил гиперпрыжок с целью блокирования и захвата корвета.

— Отличная работа, капитан Пиетт, — одобрительно произнёс я, выбираясь из медитационной барокамеры. — Распорядитесь подготовить абордажную команду космодесанта и начинайте процедуру активации притягивающего луча. Этот корабль необходимо захватить целым, насколько это возможно.

— Осмелюсь спросить, милорд… — нерешительно начал командир ИЗР.

— Капитан, — я обернулся и внимательно поглядел на Фирмуса, — я хочу, чтобы вы запомнили одну вещь.

— К-какую, милорд?

— Я весьма ценю толковых и преданных офицеров, а все разговоры о моей кровожадности и жестокости есть плод антиимперской пропаганды, направленной не только против государства, но и против меня лично. Разве вам доводилось слышать о том, что я… хм… хоть раз наказал невиновного?

— Никак нет, милорд! — по-военному чётко отозвался Пиетт.

— То-то же. Так о чём вы хотели меня спросить, Фирмус?

Услышав, как я назвал его по имени, капитан Пиетт на несколько секунд буквально лишился дара речи. Он лишь изумлённо пучил глаза и открывал рот, будто выброшенная на берег рыба. Однако профессиональный военный быстро справился с изумлением и взял себя в руки.

— Э-э… да, милорд Вейдер. Какие указания я должен буду отдать абордажной группе? Разрешено ли им стрелять на поражение? Теоретически ведь «Тантив-IV» является судном бунтовщиков.

— Теоретически, капитан, только лишь теоретически. По факту, звездолёт этот принадлежит Бейлу Органе, а вам прекрасно известно, что этот алдераанец является весьма влиятельной фигурой на политической арене Империи. Да, его подозревают в связях с повстанцами — и замечу, не без оснований. Но это ещё не делает его врагом, Фирмус. Если разумный заблуждается, то его всегда можно вернуть на путь истинный. Как правило. А я лично считаю, что сенатор Органа заблуждается. А посему, будьте любезны отдать приказ абордажной команде использовать только парализаторы.

— Да, милорд. — Пиетт почтительно поклонился.

— Работайте, капитан. Этот корабль не должен достичь поверхности Татуина.

Не знаю, кому как, но лично мне было в этот момент немного странно наблюдать за тем, как «Опустошитель» настигает корвет, ведя огонь из носовых турболазеров. «Тантив-IV», понятное дело, огрызался ответным огнём, но его лазеры были слишком слабы для того, чтобы пробить силовое поле Разрушителя. Почему странно? Да потому, что этот момент я в своей прежней жизни не один раз наблюдал на экране своего телевизора, а сейчас вижу всё это своими собственными глазами, пусть и через оптику шлема Вейдера. Воистину, чего только не бывает в этой Вселенной!

В кормовой части корвета вспыхнуло и тут же погасло яркое свечение — один из энергозарядов поразил двигатели судна, отчего то сразу же стало терять ход. «Опустошитель» немедленно воспользовался этим обстоятельством, нацелив на повреждённый звездолёт один из проекторов притягивающего луча. Над обездвиженным корветом навис массивный клиновидный корпус ИЗР и «Тантив-IV» начало заводить на швартовку в главный ангар крейсера.

— Милорд, — слева от меня возник капитан Пиетт, — «Тантив — IV» полностью блокирован и сейчас проходит процедуру докования. Абордажная команда заняла позиции в штурмовом шлюзе и ожидает команды на штурм судна.

— Начинайте, капитан. — Я степенно кивнул. — Пусть взрывают шлюз корвета — не думаю, что нам его просто так откроют, даже если мы очень вежливо постучим.

Пиетт при этих словах сдержанно улыбнулся. Стоящие рядом офицеры переглянулись между собой. Да, нечастое, должно быть, это явление — Лорд Ситхов, обладающий чувством юмора. Оно, конечно, немного рискованно, но ведь лучше иметь под рукой преданных тебе не из-за страха за свои жизни людей, а доверяющих тебе и верящих в то, что твои действия несут Империи лишь благо.

— Я иду на корвет, капитан. — Я сделал знак стоявшим по обе стороны от него запакованным в весьма необычную для имперских солдат боевую броню серо-стального цвета — «хамелеон», последняя разработка «Imperial Munitions», изготовленная по моим спецификациям несколько месяцев назад, имеющая встроенное микрооборудование маскировки (как пример — бойца в «хамелеоне» с включённой системой камуфляжа было почти невозможно заметить даже в яркий солнечный полдень в паре метров от себя) и генератор персонального силового поля — флотским пехотинцам и зашагал к выходу из командной рубки ИЗР. — И помните — мне не нужны трупы на его борту.

— Разумеется, милорд. — Пиетт многозначительно переглянулся со своим помощником.

— Джейд — вы идёте со мной. — Я взглянул на Мару, которая внимательно наблюдала за всем происходящим.

— Да, милорд. — Рука Императора подобралась и провела ладонью по висящему на поясе световому мечу.

— А вот этого как раз лучше избежать, — я покачал головой. — Лишние трупы вовсе ни к чему.

— А в порядке самообороны? — прищурилась девушка.

— В порядке самообороны можно. Но только в этом случае.

Надо отдать должное командовавшему штурмом «Тантива-IV» офицеру — всё было сделано как нельзя лучше. После предупреждения, что в случае отказа открыть внешний люк звездолёта военные будут вынуждены применить силу и последовавшим за этим предупреждением молчанием со стороны экипажа корвета, по периметру внешнего люка шлюза разместили детонационные пакеты и соединили их при помощи специального шнура, затем абордажная команда укрылась за защитными бронещитами из супрастали [4] . Взрыв проделал в люке «Тантива-IV» довольно внушительное отверстие, в которое сразу же полетели светошумовые гранаты. Это в фильмах, виденных мною в той, другой, жизни имперские штурмовики представлены туповатыми солдафонами, прущими прямо под бластерный огонь, в реальности же дело обстояло ровным счётом наоборот. Любой командир, бездумно подставляющий своих солдат под вражеский огонь, не прослужил бы долго на Флоте. Выждав пару секунд, чтобы самим не схлопотать от разрывов гранат, двое штурмовиков, облачённые всё в те же «хамелеоны», ворвались внутрь корвета и заняли позиции по бокам от проделанного отверстия, взяв на прицел своих ружей-нейропарализаторов коридор звездолёта.