Чтение онлайн

Мальчик неподвижно лежал под толстым стёганым одеялом с закрытыми глазами, глубоко и прерывисто дыша, он был покрыт потом. Лицо было красным, от него исходил жар.

– Мэри, не заходи, пожалуйста, в комнату, постой в дверях, – попросил Чарльз, опустив дочь на пол.

– Хорошо, папа, – ответила Мэри, обеспокоенно, широко раскрыв глаза и приоткрыв рот, глядела она на брата.

Чарльз сел на край кровати, поставив керосиновую лампу на тумбу рядом с небольшим круглым тазом, наполненным наполовину чистой холодной водой. Лицо его выражало глубокую озабоченность, взгляд был напряжён. Он приподнял со лба белое уже высохшее полотенце и приложил к нему руку. Он был горячий, словно раскалённый на углях утюг.

– Боже мой, – воскликнул вполголоса Чарльз.

На мгновение он оцепенел, руки задрожали, внутри у него всё сжалось. Он видел и чувствовал, как плохо сыну, его знобило. Чарльз взял себя в руки и аккуратными неторопливыми движениями вытер полотенцем выступивший на лице сына пот, затем окунул его в таз с водой, прополоскал, хорошенько выжал, и, сложив вчетверо, положил его обратно на лоб Джона.

– Мэри, воды, принеси, пожалуйста, питьевой воды из чайника на кухне.

– Хорошо, папа, – отозвалась Мэри.

Дочка скрылась в темноте и уже через пару минут несла полную глиняную кружку воды, расплескивающуюся через край.

– Спасибо, милая! – поблагодарил Чарльз, принимая принесённую воду, он нашёл силы улыбнуться, – не подходи близко к Джону, милая, болезнь может быть заразной.

Мэри послушалась и спешно выбежала из комнаты. Она выглянула из-за дверного проёма с большими круглыми глазами, вцепившись левой рукой за косяк, глубоко дыша через открытый рот. Её лицо одновременно выражало удивление и страх: бровки были высоко подняты, собрав на лбу пару морщинок.

Чарльз осторожно просунул правую руку за спину Джона, обхватил его за правое плечо и приподнял. Сын с заметным усилием поднял тяжелые веки и посмотрел обессилившим взглядом на отца. Чарльз поднёс к пересохшим губам Джона кружку с водой так, чтобы тот мог попить.

– Джон, тебе нужно больше пить воды, чтобы стало легче, ну, – почти шёпотом проговорил он сыну.

Джон с большим усилием сделал глоток.

– Ну, ещё один.

Сын попытался сделать второй, но сильный приступ кашля вытолкнул брызгами всю воду наружу.

– Ничего-ничего, попытайся ещё раз, не торопись, пей понемногу, – шептал Чарльз.

– Сын с усилием сделал ещё один глоток.

– Ну, вот и молодец!

Чарльз аккуратно опустил сына обратно на подушку. В этот момент он услышал, как внизу постучались в дверь.

– Должно быть, это Нэнси вернулась с доктором Алистером Уайтом. Джон, я вернусь в одно мгновение вместе с доктором, он должен тебя осмотреть.

Чарльз быстрым шагом, хромая на правую ногу и держась за перила, спустился по лестнице на первый этаж, Мэри увязалась за ним. Он открыл дверь, на пороге стояли припорошённые снегом доктор и няня.

Доктору Алистеру на вид было лет пятьдесят с небольшим, он был приземист, с короткими кривыми ножками и сильно выпячивающимся надутым словно мяч животом, небольшой головой с проглядывающей проплешиной, посеребрённой жидкими взлохмаченными волосами, лицо круглое, одутловатое, со среднего размера грушевидным носом и тонкими обескровленными губами, которые были едва видны из-под седых усов и короткой аккуратно подстриженной бороды. Глаза доктора слезились, видимо, от мороза, надетое на нос пенсне запотело. Одет он был в серый костюм-тройку, в руках держал кожаный саквояж.

– Доктор Уайт, – поприветствовал Чарльз, – Миссис, прошу, проходите скорее в дом.

– Инспектор Донован, здравствуйте, – поздоровался доктор, склонив слегка голову и держась за край поля котелка, глядя на хозяина дома, но ничего не видя через запотевшие круглые стёкла.

– Здравствуйте, инспектор Донован, – поприветствовала Нэнси, опустив взгляд и сделав быстрый реверанс.

Они зашли в дом. Доктор снял пенсне, достал платок и привычным движением протёр их, рассматривая внутреннее убранство дома своими светло-голубыми водянистыми глазами.

– Доктор, разрешите Ваше пальто, – попросила Нэнси.

– Да, спасибо! – поблагодарил Алистер, снимая верхнюю одежду и подавая няне, – Нэнси по пути мне рассказала о состоянии Джона. Давайте не будем терять ни минуты и произведём осмотр мальчика. Где у Вас можно помыть руки?

– Пожалуйста, сюда, доктор, – няня проводила гостя к рукомойнику.

Алистер тщательнейшим образом с мылом вымыл руки и вытер их поданным белым полотенцем.

– Куда изволите идти?

– Следуйте за мной, доктор, – Чарльз взял в руки стул и пошёл вперёд, показывая дорогу.

Войдя в комнату, доктор сел рядом с Джоном на принесённый стул, открыл свой саквояж и достал оттуда стетоскоп.

– Будьте добры, принесите мне небольшую ложку, – попросил Алистер.

– Да, одну минут, доктор, – ответила Нэнси и уже совсем скоро вернулась, держа ложку в руках.

Она передала её Алистеру.

– Благодарю, Нэнси.

Доктор аккуратно поднял рубашку Джона до шеи и с напряженным лицом послушал его стетоскопом, затем провел осмотр ротовой полости и горла, прижав язык мальчика ложкой. Во время осмотра он время от времени тихо вздыхал и слегка из стороны в сторону покачивал головой.

– Когда Джон последний раз ел? – спросил он.

– Вчера утром совсем немного, у него совсем пропал аппетит, – с большими испуганными глазами ответила Нэнси.

– Что с ним, доктор? – в нетерпении дрожащим голосом спросил побледневший Чарльз.

Вскоре Алистер закончил осмотр мальчика, с бережливостью уложил все свои инструменты обратно в саквояж, поднялся со стула и подошёл вплотную к Чарльзу, глядя на него поверх очков.

– Давайте я Вам расскажу все не здесь, а наедине, – заговорщическим тоном предложил Алистер.