Чтение онлайн

Народ медленно шизел. И от неудобной позы, и от потока имен. Но принцесса оказалась более устойчивой к подобному.

— Я вижу, в вашем роду было много славных людей. Я, к сожалению, не знаю ни одного из них, однако я верю, что вы назвали их не просто так. Вы не против сопроводить меня на сегоднешней прогулке? Так вам не придется кланяться.

Ланс улыбнулся. План работает быстрее, чем он расчитывал.

— Почту за честь!

— Не стоит так кричать. Шаридан — довольно тихий город. По крайней мере, так его вижу я. Эсмиральда, на сегодня вы свободны. Господин воин, ваше место за моей спиной, по правую руку.

Принцесса обернулась, и вновь её каблуки стучали по брусчатке. Ланс пристроился на указанное место, заменив одну из служанок. И он был даже рад — сзади открывался прекрасный ракурс…

Принцесса около часа бродила по рынкам, будто контролируя, что происходит, после чего направилась в главный замок. Стоило им пересечь царские ворота, как на Ланса навалилась тишина. Беспокойный народ остался там, за стеной. Ганзель облегченно вздохнула.

— Господин воин, не против ли вы погостить в моей доме? Мне интересно услышать о свершениях ваших отцов и дедов. И ваших, разумеется, тоже. Возможно, даже, я уговорю отца взять вас в королевскую гвардию.

— Почту за честь, миледи.

Ланс улыбался, но за этой улыбкой крылся четкий план. Убедить короля уйти с престола, отдав этот самый золотой стульчик ему — Лансу! Вот только для этого нужно быть в хороших отношениях с королем. Иначе Харизма не сработает. Или… Закадрить его дочку, вызвать у него сомнения, и победить на поединке. Возможно, получится сделать его другом через Поворот. Если Ланс, конечно, правильно понял работу этих способностей.

Ганзель привела Ланса в беседку, располагавшуюся в саду.

— Господин воин…

— Вы можете звать меня Ланс.

— Благодарю. Ланс, я вижу, что вы прошли множество битв и сражений. Но как так получилось, что ваши доспехи не блестят на солнце, а меч покрыт ржавчиной?

Ланс драматично отвел волосы с глаз. Уж что-что, а плести чушь он умел.

— Это долгая и печальная история.

— У нас достаточно времени.

Одна из служанок поставила чашки с свежим чаем на стол. Принцесса кокетливо взяла чашку, естественно оттопырив мизинчик, и выжидающе взглянула на Ланса.

— Проще будет рассказать вам всю мою историю…

/История Ланса, придуманная для принцессы Ганзель/

Мой отец был прекрасным воином, и именно он носил имя Ромио Барнаби. Он служил королю одной далекой страны. Моя же мать — милейшей души женщина, Джулия Феликс. Они оба были графами. И случилось такое, что семьи моих родителей были во вражде. Им запрещали встречаться, и даже слово короля ничего не могло решить. Да что там, слова ночных королей ничего не могли сделать.

А познакомились они на балу, где все были скрыты в масках, и не могли различить, где враг, а где друг. Отец влюбился в нее с первого слова, произнесенного ей. Голос буквально заставил трепетать его сердце! Но вражда их семей была как стена между ними. Однако было спасение — тайное свидание. Матушка приняла предложение отца, однако им нужно было еще благословление их родителей — ведь священник не обвенчает их без благословления!

Но им повезло. Сама судьба благоволила им! Нашелся добродушный священник, что был готов обвенчать их просто так. Ах, дядюшка Лоренц, помню, как в детстве пытался играть с его бородой. Вдруг явился двоюродный брат моей матери — Тиба. Он хотел заколоть моего отца за какие-то там грехи. Однако и у моего отца был друг — Мерцы. Жаль, погиб он на дуэли с Тибой… Но, к счастью, на этом кровопролитье кончилось. Дядюшка Лоренц помог родителям сбежать из города, и переехать в другой. Там-то я и родился. К сожалению, семья матушки нашла нас спустя много лет. Они усыпили матушку, чтобы забрать её домой. Однако сторожевой пес спугнул их, и матушка, спящая, осталась лежать дома. Отец, вернувшись домой, увидел её и посчитал, что она умерла. Написав мне рекомендацию в лучшую военную академию, он выпил яд. А проснувшаяся вскоре мать не выдержала смерти отца, и вонзила себе нож в сердце. Вернувшись домой с сенокоса, я нашел лишь два мертвых тела, и письма от родителей. После этого я похоронил их под липой, выкопав могилу своими руками.

/Конец истории/[3]

Когда Ланс закончил историю, принцесса вытирала платочком бежавшие из глаз слезы.

— Какая тяжелая у вас судьба… Потерять родителей в один день… Прошу вас, оставайтесь во дворце. Раз вы прошли лучшую военную академию, я смогу уговорить отца оставить вас при дворе.

— Я и не смел надеяться на подобную милость, ваше величество.

— Будет вам! Можете в неофициальнйо обстановке звать меня Ганзель.

— Благодарю, Ганзель.

— Ланс, может, расскажите что-то более веселое? После вашей незавидной судьбы мне хочет лишь обнять и утешить вас… О, подождите!

Она щелкнула пальцем, и что-то прошептала подскочившей служанке. Та быстро ушла в сторону замка. Вскоре оттуда вышла небольшая девушка в цветастой одежке и лютней наперевес. В пламенно-рыжих глазах играл азарт, а темно-фиолетовые вьющиеся волосы лишь усиливали это ощущение.

— Я тут, ваше величество! Зачем вы меня звали? Налево, направо? В смысле, песню, сказку?

— Ланс, познакомься — это наш придворный бард, Туфи. Туфи, это Ланс, добрый воин с тяжелой судьбой. Ланс, можете… повторить вашу историю для нашего барда?

Ланс кивнул, и начал повторно рассказывать, попутно думая… А осилит ли он сразу двоих?

После его рассказала бард несколько секунд сидела с закрытыми глазами. После чего открыла их, достала лютню, и раздался первый аккорд.

— В давние годы нищеты и богатства

В суровом аду родился Ромио

Что не знал вражды и зазнайства…

На удивление Ланса, девушка умудрялась сочинять песню буквально на ходу. Хоть иногда она и замолкала, но вскоре баллада о Ромио отзвучала полностью, повторив все повороты сюжета. Ганзель скромно похлопала таланту барда. Однако Ланс поймал странный взгляд Туфи. Будто она внимательно смотрела ему прямо в душу. Но от расспросов барда спасла принцесса.

— Ну так что, Ланс, в каких боях вы были, каких монстров сразили? Уверена, вам не терпиться распушить свой хвост, хи-хи!

Ланс ухмыльнулся, и начал ездить по ушам принцессе, увлекая её своими выдумками до самого вечера. Бард все записывала, сочиняя баллады на ходу.

/Физаролли/

— Давай-давай! Выше! Давай, работай!

Раздался хлопок, и одна из стальных ног большой сороконожки отвалилась. Чертовы доспехи… Видимо, вместо Спрайтов стоит призвать души покрепче.