Чтение онлайн

— Верь во что хочешь, — сказал Йорсон, наблюдая за магией. — Я сделал то, что мне осталось, и не стану убеждать тебя ни в честности, ни в порядочности.

— И не надо, — сказала Данан. — Я пришла к твоему королю, потому что у него есть обученная армия крепких и выносливых солдат. Он хочет твердый трон под задницей в обмен на неё — пусть получит. Остальное сейчас неважно. Идем.

Жал дышал неслышно, но на памяти наблюдавшего Стенна — впервые так, что со стороны было видно, как расширяется на вдохе эльфийская спина.

— Данан… — шепнул Борво. — Так нельзя.

— Можно, Борво, — оглянулась она. — Сейчас действительно уже ничего не важно.

— НЕТ, НЕЛЬЗЯ! — гаркнули одновременно Дагор и еще двое руамардцев, которые не были смотрителями Пустоты. Данан оглянулась резко. Её лицо исказилось натуральной яростью:

— Так можно и так будет, Дагор! Хочешь жевать сопли, оставайся здесь!

— ТЫ, ТВАРЬ! Я ЗАКРЫЛ ГЛАЗА НА ТО, ЧТО ТЫ УБИЛА ЗАКЛЯТИЕМ ТРЕХ МОИХ ГНОМОВ! ТРЕХ! Я СКАЗАЛ СЕБЕ, ЧТО ЭТО БЫЛО НУЖНО, ЧТОБЫ РАЗРУБИТЬ ТОГО КОЛДУНА! НО ЭТО… — Дагор не нашел слов.

И Жал тоже, но совсем по другой причине. Когда они только спускались, он оставил ей самой понять поведение Даангвула, не надеясь особенно ни на что. Сейчас от слов чародейки у него все мысли разбегались в разные стороны. Невольно и бездумно Жал, размышляя, загородил Данан собой.

— Мне жаль этого мальчика, если хочешь знать! — не сбиваясь, парировала Данан. — Но он отдал жизнь во имя борьбы с архонтом! Может, не напрямую, но это не имеет значения. Ничто больше не имеет значения, кроме победы над Пагубой, чьих бы и скольких бы жизней она ни стоила.

— ЗНАЧИТ, И ЖИЗНЬ КОРОЛЯ ДААНГВУЛА ТОЖЕ?! ЧТО МЕШАЕТ ТЕБЕ ТАК ЖЕ КОСНУТЬСЯ ЕГО — И УБИТЬ?! ЧЕМ ТЫ ЛУЧШЕ АРХОНТА?!

«Ничем» — призналась себе Данан честно и вышла из-за спины эльфа. Тот проводил женщину взглядом. Он не шевелился, но чувствовал, как внутри него что-то вибрирует. Если бы он только она была эльфом…

— Ты дыру ей сейчас просмотришь промеж лопаток, — шепнул Хольфстенн, поравнявшись с убийцей. Тот скосил на коротышку взгляд, и Стенна подернуло — настолько стеклянными были синие глаза Жала.

— Слушай, Дагор, — заговорила Данан, даже не подразумевая, что происходит за спиной. — Даангвулу ничего не грозит, потому что наличие короля гарантирует нам наличие армии для битвы с исчадиями. Эдрик, вздумай я предать Даангвула, потерял сына, он будет убит горем, возненавидит всех смотрителей без разбору и пошлет нас к демонам в пекло!

Дагор дрогнул. Данан обратилась к остальным:

— Когда король соберет совет, мы скажем, что сын Эдрика Меддра по указу отца заключил сделку с Темным архонтом и поджидал в засаде высланных Смотрителей Пустоты. Так архонт мог бы делать все, что заблагорассудится, не боясь быть обнаруженным гномами, потому что только смотрители могут чуять его наверняка. Мы предоставим в доказательство эмблемы домов этих мальчишек, Йорсон подтвердит наши слова. — Данан прикрыла глаза и сглотнула ком отвращения ко всей скользкой, прогнившей ситуации. — Ему поверят, потому что он Смотритель Пустоты, нейтральная сторона в любой политической баталии, для него не было выгоды в этом спуске. — Для убедительности Данан вперила взгляд в лорда-командора гномов. — Ведь любой из королей, кто бы ни победил, дал бы ему армию, — с нажимом говорила чародейка, — для борьбы с архонтом. Это же общая напасть, любой король понимает… И ты, Дагор, поддержишь нашу версию, а иначе я оставлю тебя здесь. В конце концов, если бы Даангвул не верил, что, узнав правду, ты останешься на его стороне, он бы и не послал сюда тебя и твоих людей.

Дагор, хмурясь, опустил топор. Слишком много магии за один поход. Магии чудовищной, странной и страшной. И еще — слишком неопровержимая истина в словах чужестранки. Он верен королю, но чтобы Даангвул настолько погряз в разборках с Эдриком и вплел всех подряд…

— Как только мы разберемся с королевским советом, ты, Дагор, начнешь собирать и вооружать войска. Потому что знаешь, что будет с Даангвулом, если он откажется выполнять условия договора. А вы, — Данан глянула на Йорсона, — останетесь с нами. Нужно многое обсудить, — сказала чародейка гораздо спокойнее.

— С ними? — изумился Хольфстенн.

— С ними, — припечатала Данан и, прорезав собой разрозненное сборище, пошла в направлении транспортера. — Идем, надо скорее добраться до Диармайда и Эдорты.

Жал тут же пристроился рядом — мало ли что. Хольфстенн был с другого боку, за ним Борво, который вопреки ожиданиям чародейки не стал ничего спрашивать, удовлетворившись теми разъяснениями, которые услышал. Фирин держался чуть позади.

Они шли молча. Так же молча, измотанные, взяли привал — для сна на пару часов. Молча добрались до транспортера, время от времени оглядываясь назад, словно их участие в судьбе конкретно вот этих гномов было исчерпано. И только, когда все погрузились на платформу для перевозки, Хольфстенн шепотом спросил:

— Данан, ты скажешь хотя бы нам, что произошло? И от чего ты стала похожа на редкую сволочь?

Чародейка ощупала товарищей уставшим взглядом, в глубине которого читалась небывалая прежде решительность и прямота.

— Я знаю, какого из архонтов мы ищем.

ЧАСТЬ II

Столбами пыли

Глава 9

Праздник шел полным ходом. Девирн годами служил Брайсу Молдвинну правой рукой, не скрываясь, признавал генерал. А потом шепотом добавлял на ухо другу: и еще был его лучшим спасителем, особенно в последние дни: чародейка Валисса, бесполезная нынче помощница и постылая любовница допекала почти так же сильно, как когда-то давно — Редгар Тысячи Битв.

Девирна поздравляли на удивление лихо. Альфстанна с Айонасом тоже преподнесли ему дар — распиленную яшмовую жеоду, для здоровья и долголетия. Брайс Молдвинн на этом моменте обреченно закатил глаза. Айонас прыснул, но постарался замаскировать смех под кашель.

Хеледд неустанно следила за происходящим, таращась на каждого в зале, кто вызывал у королевы хоть малейшие сомнения, с маниакальностью больного.

Когда позади осталось уже с две дюжины поздравлений и без числа кувшинов с вином и элем, Альфстанна дала сигнал. Одна из служанок, разносивших вино, начала продвигаться к королевскому помосту. Какой-то мальчишка, сновавший промеж столов в поисках, чего бы урвать и не попасть под горячую руку знатного брюхатого дядьки, все-таки свистнул кусок мяса и поспешил удрать. Служанку у королевского помоста окликнула другая, чуть поодаль. Мимо неё только что пробежал мальчишка, задев худеньким плечом:

— Да пусть их уже вышвырнут отсюда, Майя!

«Майя», оглянувшись, врезалась во фрейлину королевы, и та опрокинула на неё блюдо со свежей принесенной едой. Как наудачу, отодвинувшись рывком от стола, чтобы не ошпариться, Хеледд опрокинула часть бокалов с вином.

Платье оказалось безнадежно испорчено, а ведь праздничный ужин не докатился даже до середины! Фрейлина пала на колени (прекратилась музыка), начала причитать и извиняться, потом ткнула пальцем в служанку: она виновата! Не желая быть центром подобного унизительного внимания, Хеледд дала знак музыкантам продолжать, а гостям веселиться. Ей ведь только переодеться. Поманив за собой фрейлину, она пообещала служанке на утро тридцать плетей и поспешила покинуть зал.