Чтение онлайн

«Отчего ты так торопишься на тот свет?»

Орфин отступил на пару шагов от надгробия.

– Иди к чёрту!

«Лучше скажи, что желаешь забыть? Иначе мы заберём то, что ближе лежит».

Отчаяние затягивалось на шее. Мало того, что Медеш ему угрожает, так еще и призрачные голоса вернулись. Безнадежно. Больше всего в мире Орфин боялся оказаться пациентом психбольницы, и никогда прежде он не был так близко к этому. Разве что сразу после смерти Риты.

Сбиваясь с шага на бег, Орфин бросился к машине. Дальше от могилы иллюзии должны отступить.

«Ну стой! Да чтоб тебе пусто было, жлоб! – рявкнул голос громче, словно шуршание фольги у самого уха. – К чему тащить такой груз? Лишняя память тебя погубит!»

Он хлопнул дверцей черного ниссана, включил зажигание. Нельзя уехать от собственных галлюцинаций, но он ничего не мог с собой поделать.

«Куда ты, дурень!? – прошуршало вдогонку. – Ты себя-то видел? Разобьешься!» Не слушая этот бред, Орфин вдавил педаль газа.

Он уносился всё дальше от кладбища, сжимая руль мертвой хваткой, и пялился на дорогу, едва заставляя себя моргать. Сердце гулко колотилось. Голос стих, словно невидимка впрямь остался среди могил. Но его ледяное прикосновение не прошло даром – Орфин чувствовал его след как ментальную рану, дырку в мыслях. Как слово, которое вертится на языке, но не идет на ум.

Он свернул на Третье транспортное. Печка в машине работала на полную, и, благодаря ей, ледяной комок в груди постепенно оттаивал. Наконец удалось отогреться. Дорога неслась под колесами, и белое марево липло к стеклу, так что дворники едва справлялись. Город расплывался в молочной пелене.

Навалилась жуткая усталость, веки потяжелели. Вторые сутки без сна, как-никак. Орфин старательно моргал, пытаясь взбодриться, но его снова и снова накрывало вязкой дремой. Кофеин и тяжелая музыка, бьющаяся в машине, как пульс, не помогали.

… Рита сидела справа от него – в короткой джинсовой юбке, закинув ногу на ногу и выставив пестрые колготки. Кудри вились вокруг ее лица, как дымное облако. Огни встречных фар вспышками высвечивали улыбчивое лицо, позолоченное веснушками. В темных глазах играли искорки.

– Милый, не та нота, – заявила она с убийственной уверенностью.

– Чего? – изумленно переспросил Орфин.

– Забудь.

Гул мотора эхом повторил это слово: «Забудь…»

Орфин резко обернулся и уставился на девушку. Его вдруг полоснуло ужасом.

– Ты же мертва!

– Ага! – радостно кивнула Рита и стукнула его по плечу. – Как и ты!

Она указала пальцем вперед на дорогу. Нечто громадное и неумолимое неслось прямо на них.

Орфин рывком проснулся. Машину вынесло на встречку, фары ослепили горизонт. Он отчаянно крутанул руль, но…

Удар, ливень осколков, раскаленный треск боли, а затем – пустота.

В гостиной играла тяжелая музыка. Черкая в блокноте соображения по новому клиенту, Орфин не сразу услышал входной звонок. Он никого не ждал, но всё же оторвался от записей и подошел посмотреть в глазок. Вместо коммивояжера или соседа под дверью стояла его эпизодическая клиентка. Сквозь кривое стекло она казалась шаржем: крона из кудрей на тонких ножках. Его не удивило, что она знает, где он живет, ведь однажды девушка уже была здесь. Но такой внезапный визит посреди ночи, без спроса и предупреждения?

Орфин открыл дверь. От Риты пахло грозой. Ее джинсы ниже колен были мокрыми насквозь, с зонта успела натечь лужа. Впрочем, судя по лицу, ливень был меньшей из ее бед. На скуле и брови девушки отпечаталась ссадина, кудри неопрятно топорщились, в глазах стояла мольба, а за спиной висела пухлая черная сумка.

– Боже…

– Мне некуда больше идти, – сказала она, оправдываясь. – Андрей, пожалуйста. Я поругалась с хозяйкой комнаты. Я завтра же найду новое жилье, но сейчас…

– Ничего себе поругалась, – он выразительно посмотрел на царапины и посторонился. – Проходи.

Закрыв за ней дверь, глубоко вдохнул влажную свежесть, которую Рита принесла с собой. Внезапная встреча разбила привычный ход вечера, и каждый миг вдруг стал чем-то необычным и ценным.

– У тебя есть, во что переодеться?

Она кивнула, и он напомнил ей, где ванная. Пока Рита возилась там, а с зонта продолжала течь вода, Орфин бродил по собственной квартире, внезапно неприкаянный. Было ошибкой обратиться к ней на «ты». Нужно просто решить, где постелить ей. У него две комнаты: спальня и проходная гостиная с диваном, где он обычно работал с блокнотом или ноутбуком. Предложить ей этот диван, значит.

Когда Рита вышла – в плотных сиреневых колготках, мини-юбке и открытой майке – Орфин заставил себя оторвать взгляд от ее бедер и заметил синяки и кровь на руках.

– Что произошло?

– Говорю же, поссорились.

Пару секунд застенчиво постояв в коридоре, она зашла в гостиную. Орфин включил более яркий свет, твердо взял ее за кисть и повернул руку так, чтоб осмотреть повреждения. Костяшки кулака разбиты, ниже локтя содран большой лоскут кожи, словно рукой тормозили о шершавую стену или асфальт. Должно быть, очень больно, но Рита ни разу не поморщилась. Он отодвинул кудри, чтоб рассмотреть ссадины на лице. К его удивлению, девушка не возражала. Он почувствовал волнующее дуновение ее дыхания и отстранился.

– Какой вердикт, доктор? – спросила она игриво.

– Лучше всё это обработать. Я посмотрю, что есть в аптечке.

– Я не могу позволить себе такого элитного доктора, ты же знаешь.

– Прекрати.

Он принес ватные диски, флакон с антисептиком и аккуратно промокнул ее ранки.

– Так что же вы не поделили? – задал вопрос между делом.

Рита сидела, плотно сжав губы.