Чтение онлайн

Лицо Грантла окаменело, глаза стали холодными. — А Бьюка нет?

— Даже лошади нет. Или он улетел, или…

Смертный Меч повернул коня и вбил каблуки ему в бока.

Итковиан помедлил. Поглядел на Стонни и удивился, увидев на ее лице неприкрытую симпатию. Она бросила на него взгляд зеленых глаз: — Такой любому по нраву, а? — тихо сказала она.

Итковиан кивнул и опустил забрало малазанского шлема. Небольшая перемена позиции, быстрый рывок поводьев — и вышколенное животное двинулось веред, радуясь возможности размять ноги. Итковиан весил меньше, поэтому быстро догнал Грантла. Конь даруджа уже запыхался.

— Сир! — крикнул Итковиан. — Потише, сир! Или ним придется ехать назад в одном седле!

Грантл прошипел ругательство, еще подгоняя коня, но потом расслабился, отпустил поводья, и животное постепенно перешло в легкий галоп.

— Быстрой рысью, сир, — предложил Итковиан. — Через сто саженей перейдем на шаг, чтобы он мог опустить голову и свободно вдохнуть.

— Извини, Итковиан, — сказал Грантл, чуть помедлив. — Мой гнев последние дни ничто не подогревало, но, кажется, он стал еще сильнее.

— Трейк может…

— Нет, друг, даже не пытайся. Я уже сказал. Мне плевать, чего там Трейк хочет или желает от меня, и вам всем лучше обо мне в таком ключе не думать. 'Смертный Меч'. Ненавижу титулы. Мне даже капитаном каравана не нравилось называться. Разве чтобы набить себе цену.

— Вы хотите причинить вред этим странникам, сир?

— Ты хорошо знаешь кто они.

— Да.

— У меня есть друг…

— Да, по имени Бьюк. Помню его. Человек, сломленный горем. Я однажды предложил облегчить его ношу, но он отказался.

Грантл резко обернулся: — Ты ему? И он отказался?

Итковиан кивнул: — Может быть, надо было более… прямо.

— Нужно было схватить его за горло и не слушать, что он лепечет. Так новая Надежный Щит поступила с одноглазым Первенцем Анастером? И теперь тот скачет рядом с ней…

— Ничего не сознавая. Он не более чем оболочка, сир. В нем не было ничего, кроме боли. Ее изъятие изъяло и разум. Вы желали бы Бьюку такой судьбы, сир?

Лицо даруджа скривилось.

Им оставалось не более трети лиги, если расчет Стонни был точен, однако песчаные дюны затрудняли обзор, и о близости фургона всадников оповестил звук — принесенное ветром тихое клацанье.

Они въехали на гребень и вынуждены были натянуть удила, чтобы не врезаться в волов.

Эмансипор Риз намотал на голову грязную повязку, которая не скрывала только припухший правый глаз и вздувшуюся щеку. Кошка завопила при внезапном появлении незнакомцев, прыгнула на грудь, на левое плечо и исчезла в куче костей К'чайн Че'малле на крыше. Сам Риз подскочил на сиденье, чуть не свалившись, но сумел вернуть равновесие.

— Буфлюфки! Фто фы деаете? Фыфанье Фуда!

— Извините, сир, — сказал Итковиан, — если мы вас испугали. Вы ранены…

— Рафен? Тфа. Сува. Олифк. Кофтсшк.

Итковиан недоуменно глянул на Грантла.

Смертный Меч пожал плечами. — Может, оливковые косточки?

— А! — Риз яростно кивнул и сразу болезненно заморгал. — Фто фы фофисе?

Грантл глубоко вздохнул. — Правду, Риз. Где Бьюк?

Лакей дернул плесом: — Уфел.

— Они…

— Неф! Уфел! Уветел! — Он замахал руками вверх и вниз. — Флоп, флоп! Фферх! Пняфно?

Грантл вздохнул, отвернулся и кивнул. — Ну ладно, — сказал он миг спустя.

Дверь кареты открылась, выглянул Бочелен. — Почему мы оста… а, караванный охранник… и Серый Меч, похоже. Но где же ваша форма, сир?

— Не вижу нужды…

— Не обращайте внимания, — прервал вылезавший наружу Бочелен. — Мне не очень интересен ваш ответ. Ну, господа, у вас есть что обсудить? Простите грубость, если сможете — я устал и рассержен. Увы, уже давно. Прошу подумать и не раздражать меня. Очень советую. Еще одна неприятная сцена — и мой гнев прорвется. Ручаюсь, это будет действительно неприятно. А теперь — что вам от нас нужно?

— Ничего, — сказал Грантл.

Некромант слегка поднял тонкую бровь. — Ничего?

— Я приехал расспросить о Бьюке.

— Бьюке? Кто… ах, да, этот. Ну, когда в следующий раз его увидите, скажите, что он уволен.

— Непременно.

Некоторое время все молчали. Итковиан откашлялся. — Сир, — сказал он Бочелену, — ваш слуга сломал зуб и кажется, ему очень нехорошо. Уверен, с вашим мастерством…

Бочелен повернулся поглядеть на Риза. — А, вот и объяснение повязке. Признаю, я удивлялся его… внезапно обретенному местному акценту. А вот в чем было дело. Ладно, Риз — кажется, я снова должен попросить Корбала Броча приготовиться к операции. Это ведь уже третий сломанный зуб? Не сомневаюсь, снова оливки. Если уверен, что их косточки — смертельный яд, зачем же есть означенные плоды? Ладно, не обращайте внимания.

— Неф! Не дадо оферасии, пофалуйфта! Профу!

— Что вы там болтаете, человек? Тихо! И сотрите слюну — это не эстетично. Думаете, я не чувствую вашу боль, слуга? Из глаз текут слезы, и вы бледный — смертельно бледный. А поглядите, как вас трясет — нельзя терять ни минуты! Корбал Броч! Выходите, если не возражаете, и возьмите свой черный мешок! Корбал!

В ответ карета слегка покачнулась.

Грантл разворачивал коня. Итковиан последовал его примеру.

— Тогда до скорого, господа! — крикнул им в спины Бочелен. — Будьте уверены, я вам благодарен за заботу о состоянии моего лакея. Как и он сам. Когда он сможет говорить членораздельно, он, без сомнения, скажет вам об этом сам.

Грантл резко махнул рукой.

Они направились к Легиону Трейка.

Внимание Итковиана привлекло тихое бормотание Грантла. Он увидел, что Смертный Меч улыбается.

— Что вас так позабавило, сир?

— Вы, Итковиан. Думаю, Риз будет проклинать вашу заботу до конца своих дней.

— Это будет странный способ благодарить. Его не исцелят?

— О да, я уверен, что исцелят. Но тут есть о чем поразмышлять. Иногда лечение хуже болезни.

— Что это значит?

— Спросите Эмансипора Риза, когда снова увидитесь.