Чтение онлайн

Она почувствовала, как по позвоночнику пробежала дрожь. Взгляд женщины упал на другую его руку, спокойно лежавшую на коленях. В памяти до сих пор были свежи воспоминания о том, как эта рука гладила и ласкала ее, доводя до безумия. Джеральд умел свести с ума, если хотел этого.

– То, что я крутила с тобой роман когда-то, еще не означает, что я хочу этого сейчас. – Произнесла Стелла слабым голосом.

Джеральд ухмыльнулся.

– Разве?!

Его пальцы погладили женщину по волосам, перебирая длинные пряди. Стелла подумала о своем муже, владельце местной типографии, который слишком много времени уделял работе, и слишком мало – красавице-жене, но ее мысли тут же перескочили на Джеральда. Опасный и замкнутый в себе, он по-прежнему не оставлял ее равнодушной. Стелле нестерпимо захотелось освежить воспоминания о том, какое у него сильное тело. Снова почувствовать жадные поцелуи на своих губах и забыть обо всем в его объятиях.

Подняв глаза и встретившись с Джеральдом взглядом, Стелла вдруг поняла, что он беззастенчиво читает ее мысли. В глубине его зрачков плясали черти. Она тут же вскочила на ноги, тяжело дыша от возмущения.

– Ты… ты…

– Классный?– с трудом сдерживая смех, подсказал он.

– Нет!

– Опасный, но невероятно притягательный?

Стелла почувствовала, как щеки заливает горячей волной стыда. Препираться с Джеральдом бесполезно, это она успела усвоить давно. Махнув рукой, женщина направилась к выходу. По крайней мере, она задала те вопросы, которые хотела, хоть и не получила на них желаемых ответов. Теперь совесть чиста.

Он догнал ее уже у дверей.

– Не уходи, – попросил Джеральд все с той же ехидной улыбкой, – мне очень понравился ход твоих мыслей. Честно-честно. Готов соответствовать образу.

Но Стелла только разозлилась.

– Я пришла к тебе как друг, Джер! Неужели нельзя хоть немного уважать мое личное пространство? Я же не лезу к тебе в голову, хотя мне до смерти хочется выяснить все твои секреты.

– Ты и не можешь. Уровень не тот. – пожал он плечами. – А что касается нашей так называемой дружбы… – Джеральд подошел к женщине вплотную, глядя прямо в глаза, и прошипел: – В свое время я убил почти сотню таких ведьм, как ты. И они все считали меня своим другом. Подумай об этом, когда придешь ко мне в следующий раз с глупыми вопросами.

Стеллу прошиб холодный пот. Если бы Джеральд не произнес «придешь в следующий раз», она бы ни на секунду не усомнилась, что он намерен убить ее прямо сейчас – слишком уж его взгляд переполняла холодная ненависть. Женщина оглянулась, оценивая расстояние до двери. В один шаг не преодолеть.

– Так значит, это правда, – пробормотала она, – это ты разорил ковен, на месте которого основали наш город?

Губы Джеральда растянулись в улыбке, но выражение глаз не изменилось.

– Да, Стелла, я. Теперь ты понимаешь, почему мне плевать на Совет Трех?

Он сделал шаг назад, показывая ей, что путь свободен. Женщина не заставила себя упрашивать, метнувшись к двери со всей скоростью, на которую была способна.

– Я так им и передам! – пригрозила Стелла, распахивая дверь, и тут же выскочила на улицу, захлопнув ее за собой.

Тонкие каблуки нервно застучали по асфальту, пока она спешила к машине, оставленной чуть поодаль, почти на углу улицы. Когда женщина уселась за руль, мужчина с темно-каштановыми волосами до плеч, ожидавший на пассажирском сидении, повернулся к ней.

– Я сам посмотрю, – произнес он не очень низким, но чувственным голосом.

Стелла покорно застыла, отдавая себя в его власть. Ей не хотелось, чтобы он видел те интимные чувства, которые она испытывала к Джеральду, но с этим ничего нельзя было поделать. Ее собеседник был не из тех, кому можно в чем-либо отказать. Прикосновение к разуму оказалось почти не заметным, как касание кожи легким перышком, и ей удалось убедить себя, что, возможно, он посмотрит только то, что касается дела. Через пару минут мужчина с довольным видом откинулся на спинку сиденья.

– Плевать, значит, – с ленивой улыбкой пробормотал он, – что ж, это становится даже интересно.

– 7 –

Алекс проснулась, чувствуя себя разбитой. Сонно нахмурившись, она сдула с лица прядь волос и огляделась. Гостевую спальню, которая временно принадлежала ей, заливали щедрые лучи солнца. Небольшая комната и очень уютная, выдержанная в «девичьих» персиковых тонах, с небольшим эркерным окном, у которого был установлен диванчик, туалетным столиком и платяным шкафом. Место, созданное для романтичных мечтаний юной девушки.

Но ночью стены словно душили Алекс. Ей снилось, что за ней кто-то гонится, вселяя тревогу и страх в сердце. Она долго бежала какими-то темными улицами, пока не выбилась из сил. Преследователь догнал и схватил ее. Алекс закричала, превозмогая противную слабость в руках и ногах, которую несли его прикосновения.

На этом моменте она просыпалась. Долго ворочалась в кровати, ходила на кухню попить воды, разглядывала ночные тени на потолке. Включив ночник, рисовала. Не задумываясь – просто, чтобы успокоиться. Отбрасывала рисунки на пол и ложилась в кровать. Но стоило уснуть – и все повторялось вновь. Девушка не видела лица преследователя, но почему-то была уверена, что это тот мужчина, которого она заметила на кладбище.

Блокнот с его портретом так и лежал открытым на тумбочке у ее кровати. На разбросанных по полу листах бумаги тоже красовался он, Джеральд. Теперь, когда Алекс удалось рассмотреть мужчину вблизи, рисунки приобрели недостающую экспрессию. Странный магнетизм исходил от холодного лица с презрительным взглядом. Алекс то и дело поглядывала на него. Когда же она брала рисунок в руки, то кончики пальцев начинало покалывать. Это пугало девушку, и она снова отбрасывала портрет на прежнее место.

Вставать ужасно не хотелось. Алекс уже решила сунуть голову под подушку и попытаться поспать еще, когда до ее слуха донесся детский визг. Она моментально подскочила с кровати. Который час? Неужели девочки уже проснулись?

Алекс вылетела в коридор, добежала до детской и распахнула дверь, замерев на пороге с выражением ужаса на лице. Часы в виде совы, висевшие на стене напротив, показывали полдвенадцатого дня. Девочки, как и Алекс, еще одетые в пижамы и взлохмаченные после сна, прыгали на кровати Августы и весело визжали. Одна подушка валялась на полу у ног Алекс. Вторая – оказалась разорвана, и пух белым снежком улегся на пол.

Девушка пришла в отчаяние. Она открывала и закрывала рот, как выброшенная на берег рыба, не зная то ли ругать детей, то ли плакать от собственной несостоятельности в качестве няньки.