Память пепла
Шрифт:
Тая, слегка напуганная, села в кресло. Ей было непривычно. В салон красоты она попала первый раз. То есть однажды она была в парикмахерской, когда назло отцу решила обстричься. Но пока сидела в очереди, передумала.
— Так, ну что… Не так все плохо.
Это было последнее, что сказал Рудик. Маленького роста, худенький, с неестественно белым ежиком волос и таким же неестественно загорелым личиком, гений начал колдовать. Мелькали его ловкие, умелые руки с огромным количеством ниточек и ремешков на запястьях.
Рудик что-то втирал в волосы (пахло это просто волшебно), расчесывал, завивал, подкалывал, скручивал. Потом все это сушилось, заплеталось, опять расчесывалось и снова завивалось и в конце концов на Таю была одета белая шапочка, а Рудик занялся лицом. И снова мелькали руки, кисточки, щипчики, спонжики, все это пахло, кружилось, клубилось, превращаясь в очередной шедевр.
— Ну я же говорю — не все так плохо, — наконец сказал Рудик, снимая с девушки шапочку и разворачивая, наконец, к зеркалу…
Первые несколько секунд Тая не могла понять, кто это там, в зеркале…
— Это…
— Что? Не нравится, что ли?
— Нет-нет, что вы…Это…Это очень красиво. Просто…
— Ой, ладно, ты приходи в себя от счастья, а я… Эльвира! Принесла?
— Да, вот! Ой, как хорошо…Вы такая красивая!
— Спасибо.
— Так… Не то, не то, не подходит, это вообще не подходит! Вот эти возьми. Нет, снимай! Эти? Нет, не надо, убери их… Вот! Вот…Ну вот! Я же говорю, мелкая сетка, крупная не подходит. Вот эти, поняла?
— Да, — Тая прижала затянутые в перчатки руки к груди, — А можно…можно, я вас обниму?
— Ой, ну ты посмотри, прелесть какая…Нет, ну я сейчас заплачу, правда… Ну иди сюда! Осторожно, макияж… Нет, ну красотка. Эльвира, скажи, красотка? И секси. Погоди, я тебя сфоткаю, у меня камера хорошая есть. Мне для рекламы. И тебе. Тебе ж нужна красивая аватарочка?
Фотоаппарат щелкнул удивительно вовремя — вместе с хлопком портала. Хорошо, что никто не заметил. Рядом с невестой появился жених.
Милорд Милфорд не мог отвести глаз от своей возлюбленной. Она стала какой-то другой. Наверное, в этом мире все же есть магия…
— Милфорд…
— Ой, ну повернись, порадуй мужчину своего! — слегка растягивая слова пропел визажист.
И Тая повернулась…
— Рудик! — пискнула Эльвира и бросилась в туалет, откуда фонтаном била вода.
Салону красоты грозил настоящий потоп! Вода текла и в салоне, там, где обычно мыли голову клиентам.
— Рудик! Что?! Что нам делать?
— Ну…Боже мой, ну что? Что делают в таких случаях, Эльвира? Ну… Мужчину звать!
Эльвира внимательно посмотрела на молодого человека.
— Да не в этом смысле…Этого…как его…Сантехника!
— Эдвард, пожалуйста, — Тая не сводила с мага блестящих, счастливых глаз, — Пожалуйста, не сердись…И…помоги им! Ну пожалуйста!
Потом прекратился, но стихийник все никак не мог успокоиться:
— Что?! Что…это…
— Это?! Это глубокое декольте на спине, чтоб вы знали. Да, да, именно декольте! Сейчас не в тренде, кстати. Но ты не переживай! Это твой! Абсолютно твой стиль, ага…И потом…Секси! Нет, ну бомба! Эльвира, скажи, бомба?
— Спасибо вам большое! Мы…пойдем.
— Нормально, да? То есть обнимать передумала? Ну, иди! Идите сюда, я вас поцелую и поздравлю!
Синие-синие глаза заставили забыть сначала последние несколько мгновений, а потом и вовсе визит очень красивой брюнетки-невесты в платье с открытой спиной…
Этот странный смуглый человечек с белыми короткими волосами собирался целовать его невесту! Маг не мог этого допустить, поэтому решил уйти порталом и стереть из памяти воспоминание о вспыхнувшей посреди салона радуге. Но случайно Милфорд стер и весь визит. Случайно. На всякий случай.
Нарядная толпа. Принцесса Тигверд в ярко-васильковом брючном костюме, герцогиня Реймская в платье цвета запекшейся крови с открытыми плечами. Луиза в персиковом, имперском платье, и российская женская сборная по фехтованию на шпагах в ярко-алом атласе.
Вероника пришла в восторг от этой идеи — получилась свита невесты! Девушки держали в руках шпаги, украшенные бутоньерками живых цветов. Такие же точно красовались в петлице элегантного костюма Арвина Валентайновича и каштановых волосах его прелестной спутницы. Риадна была в нежно-зеленом платье, нежно-зеленая кожа Ии старательно припудрена — все было хорошо. Ждали молодых.
Тая и Эдвард появились из радужного портала под радостные крики! Дети во главе с Умой бросали яблоневые лепестки, маэстро Зорго играл удивительную, нежную мелодию, Вероника до боли сжимала локоть Ричарда, который был недоволен тем, что жена в брюках, а увидев платье невесты чуть не спалил ЗАГС, герцогиня Реймская улыбалась Миро, мысленно умоляя полковника Лукьяненко не разреветься еще до начала церемонии.
Курчавые темные волосы невесты каким-то замысловатым способом были заплетены в косу, украшены жемчугом и все тем же яблоневым цветом. Платье было белым, без кружев, с полностью открытой спиной. Тату на пояснице, что повторяла странный узор, такой же, как на поясе Реймской, светился и переливался на смуглой коже…
Дарина подмигнула, поймав удивленный взгляд Вероники.
— Это — так… Наши маленькие колдовские штучки! Так-то…Хороша девка! Но на мой вкус можно было бы и… Хотя ладно! Чего уж там… Не прятать же красоту такую, а девочка? Как думаешь? — Зара в длинной цветастой юбке посмотрела на Веронику, трогательно и искренне ища поддержки.
— Я…полностью с вами согласна! — шепнула принцесса Тигверд.
— Дорогие жених и невеста! Дорогие гости! Сегодня…
Дальше принцесса Тигверд почти ничего не слышала. Она смотрела на императора Фредерика и Наташу. Они очень оживленно перешептывались. Императора интересовала каждая мелочь местной церемонии, и писательница из кожи вон лезла, чтобы правитель Империи Тигвердов понял хоть что-нибудь. Видимо, получалось определенно не очень. Но… эти двое были счастливы.