Чтение онлайн

– Понял.... А жрецы, значит....

– ...это те, которых ты бы назвал подчиняющими.

– Вот значит в чем секрет их влияния на пустых!

– Да. Именно по причине их особых способностей жрецами могут становиться только дети жрецов. Или же те люди, в которых проявляются такие способности. А после смерти жреца, его души живет в храме и ждет момента, когда их господин не начнет перерождение. Как только перерождение совершается, то эти души оказываются внутри него до тех пор, пока он не отправляется в наш мир, где они освобождаются и становятся его слугами.

– Сложно поверить.

– Возможно. Но не стоит этому удивляться.

– Получается, что при строительстве пирамид жрецы принимали участие, верно?

– Нет. Строительством занимаются люди. И подчиненные.

– Подчиненные?

– Да. Те, кто подчинился фараону.

– Пустые....

– Да.

– Послушайте, какой в этом смысл? Смотрите, если одну пирамиду можно использовать много раз, то почему же их тут понастроили больше чем нужно?

– Строительство пирамиды - это само по себе испытание фараона, демонстрация его способностей призвать под свое начало нужные силы, демонстрация его знаний и силы, а также степень его готовности получить новую силу. Если фараон способен построить пирамиду, значит, он более достоин, нежели те, которые этого сделать не в состоянии. Именно строителям Проводник и дает дополнительную силу, а также новые знания. А те, кто использует чужие пирамиды, данные силы не получают.

– Понятно. А пустые способны использовать пирамиду?

– Нет.

– Почему?

– Потому что это пустой. А это, как вы это называете, Мир Живых. Думай....

– Я понял.

– Вот и хорошо, что ты все понял. Я вижу, что тебя беспокоит еще и вопрос, является ли этот мир тем, в котором ты жил, просто изменение во времени, или же, является ли это той вселенной, которую придумал тот художник. Мой ответ тебе таков: какая разница? Рано или поздно ты сам этой поймешь. Если, конечно доживешь.

– Веселая перспектива. А вы не столь многословны, когда это касается самых интересных моментов.

– В чем интерес, когда все знаешь, и нет ничего такого, что могло бы тебя удивить? Лучше уж самому искать ответы на вопросы. Это интересно, и не так скучно.

– У меня к вам еще один вопрос. Зачем вы вступили со мной в контакт? Рассказали столько всего нового? Вы сказали, что вам стало интересно, что я такое вот странное существо. Но ведь вы могли бы обо мне все узнать, просто считав мою память, и не вступая в разговор. Зачем?

– Просто захотелось! Ничего более.

Он рассмеялся, однако быстро стал серьезен.

– А если честно, то скажу вот что. Знаешь, почему я владею способностью проникать в чужой разум? Почему я могу все это делать?

– Чтобы знать все?

– Логичный детский ответ, содержащий в себе толку правды. Да, чтобы знать. Точнее, знать не то, что знает объект телепатического влияния, а то, что он будет знать.

– Вы можете заглядывать в будущее?

– Не совсем так. Я способен взглянуть в разум и увидеть то, что этот разум способен 'выкинуть'. То, что я увидел в твоем разуме, меня, по меньшей мере, впечатлило. Надеюсь, ты проживешь достаточно долго, чтобы тот момент, когда эти идеи всплывут у тебя в голове явно, все же наступил. Хочется увидеть все это. Вот и все. Захотелось перекинуться парой слов. Вот и перекинулись. Мне пора.

– Вы вот так вот уходите? А подарок на прощание?

Моя последняя фраза стала самой глупой моей авантюрой за последние пару лет. Надо было радоваться тому, что этот 'бог' решил просто покинуть меня, но тут я решил последовать его шутливой манере общения.

Но на мое счастье, репрессии за такую наглость не последовала.

– Извини, кхм, Арес, но меня тут уже нет.

– Что?

– Ты общаешься с моей проекцией в твоем мозгу.

– Неужели....

– Весь наш разговор прошел исключительно в твоей голове. Меня ты на самом деле не видел. Формально.

– Ну вы даете!

– Стараюсь. Хе хе!

Тот в ту же секунду словно испарился, а я оказался в реальном мире, стоя рядом с Афиной, смотря в направлении пирамиды. Услышав треск и шум, я взглянул в сторону волчицы и тут увидел, что вокруг нее по-прежнему горит ее пламенный покров. Моего покрова не было, но у нее пламя буквально пылало. Неужели даже сдутый огонь оказался лишь внушением? Если да, то следует только радоваться за то, что мы пережили встречу с такой сущностью практически невредимыми.

– Афина, скажи на милость, ты видела то, как к нам подлетал сгусток белой энергии?

– Да.

– И что он делал?

– Просто облетел нас и испарился.

– И как давно это было?

– Буквально секунду назад.

– Понятно. Пошли! У нас есть одно дело.

– Что за дело?

– Нужно поймать одного жреца. Мне нужна информация. С тобой все нормально? Можешь двигаться?

– Не совсем хорошо, но мне уже намного легче.

– В таком случае вперед. Нельзя терять времени.

Мы сорвались в сонидо, направившись на максимальной скорости к пирамиде. Преодолев за какие-то несколько секунд расстояние до пирамиды, я покрыл себя огненным покровом и оказался у ее подножия. На огромной скорости преодолев барьер, который вызывал какой-то животный ужас у меня внутри, я оказался в коридоре, который вел, насколько я понял, в камеру царя. То, куда делись все жрецы, которые стояли вокруг пирамиды, я не знал (забыл об этом спросить у бога мудрости), но зато ощущал присутствие впереди тех десятерых, которые вошли внутрь.

Наше появление оказалось для последователей культа Амона не неожиданным. У входа в камеру на нас обрушилась мощное давление, который, кажется, был нацелен прямо на мозг (вот, блин, что они подчиняют!). Однако находясь под покровом, а также на большой скорости, мы были для них твердым орешком. Пара точечных ударов, которые, конечно же, для них еще аукнуться в будущем, я нейтрализовал часть, а остальных смяла одним махом волчица. Оставшийся главный жрец, который занял оборонительную позицию у пустого саркофага, был именно тем, кто был мне необходим. Метнув вперед мгновенно принявший форму петли полу своего плаща, я схватил его за шею и потянул на себя. Тот не успел толком среагировать, как его шея оказалась в моей руке. Его тело висело в моей хватке. В тот же момент мой плащ соединился с Афиной, устанавливая с ней контакт, и немедленно переливая в свою голову все ее знания о египетском языке.