Чтение онлайн

– Замерзла? – стал растирать мои щеки, поправил шапку со смешными помпончиками. – Извини, увлекся…

– Да не холодно, нулевая температура…

– Стоять все равно прохладно, ну ничего, сейчас пойдем в кафе, угостимся горячим чаем с пирожными… - он посмотрел за мою спину, улыбнулся и подмигнул кому-то. Я хотела обернуться, посмотреть, кому. Но Руслан взял мое лицо в руки и стал легонько целовать.

– Ну ты чего? Ветер же холодный, потом буду с распухшими губами ходить и разонравлюсь тебе! – я пыталась отодвинуться от него.

– Не разонравишься! Никогда!

Мы посидели в кафе, слушали живую музыку, наслаждались ароматным чаем и моими любимыми бисквитными пирожными, смеялись и строили планы приехать сюда на следующий год в феврале, на мой день рождения. Каникулы заканчивались, завтра домой!

Очень жаль, но нужно выходить на работу. Вечером пошли в ресторан, отметили успешно проведенный отдых в снежном раю. Пили ароматное вино, напоминавшее о жарком лете, разгорячившись, танцевали, привлекая взгляды посетителей.

Я увидела Никиту и Стаса, сидевших за дальним столиком. С ними были две девушки, красивые, веселые. Кит что-то рассказывал, отчего девушки заливисто смеялись. Стас сидел молча, рисуя вилкой на скатерти одному ему видимую картину, не замечая веселья, творившегося за их столом.

С моего места мне хорошо было их видно. Поневоле поглядывала в ту сторону. Видела, как тяжко давалось «Одинокому волку» это свидание, он почти не поднимал головы, тяжело вздыхая, не обращая внимания на попытки брата расшевелить молчуна. И снова, как тогда утром, Стас будто почувствовал, что я смотрю на него, поднял голову и наши глаза встретились.

В его глазах промелькнула радость, а потом будто сожаление, но он все равно не отводил взгляда, гипнотизируя меня. Еще минута и я бы встала и пошла к нему, так захотелось мне увидеть вблизи янтарные искры в его очах.

Но тут Руслан обратил внимание, что я смотрю куда-то. Оглянулся, потом повернул голову ко мне и взял мою руку. Он поцеловал ладонь, разрывая магическую связь.

Я посмотрела на мужа, он хмурился и это не удивительно. Что бы я сделала, если бы Руслан разглядывал какую-нибудь девушку? Психанула бы и ушла, наверное. Почувствовав свою вину, я погладила мужа по щеке и больше не смотрела в ту сторону.

Всю ночь шел снег, прямо буран. Утром поутихло, выглянуло солнце. Ели и буки выглядели сказочно, сверкая серебристой бахромой, время от времени кидая пушистые белоснежные хлопья на землю. Утром мы с Русланом решили еще покататься и к шести часам спуститься на парковку, где оставили «Витару». За эти дни у нас появилось немало друзей, сделали множество фото – будет, что вспомнить в жаркие летние дни.

В пять мы с вещами стояли у подъемника, собираясь спуститься вниз. Подошли несколько знакомых, мы с ними обменивались номерами телефонов, собираясь встретиться в городе.

Вдруг подъемник встал. Руслан пошел выяснить, в чем дело. Через несколько минут вернулся и сообщил, что внизу канатной дороги, на опору, упало огромное дерево, две кабинки слетело. Хорошо хоть без пассажиров. Движение застопорилось, но около ста человек находилось на подъемнике, заблокированные в кабинках.

Было опасение, что трос может не выдержать и лопнуть, неизвестно насколько он поврежден. А высота от кабин до земли в некоторых местах была не шуточной, доходя до тридцати-сорока метров, что составляло высоту пятнадцатиэтажного дома. Решено было проводить спасательные работы. Надо спасать! Иначе начнется паника и тогда будет беда.

Сразу нашлось несколько смельчаков-альпинистов, собирающихся добраться до кабин по тросу и спасти туристов. Муж кинулся помогать в числе первых. А как иначе, сразу в бой! А еще меня ругает, что не могу пройти мимо и не помочь.

Кит с братом тоже были среди спасателей. И женщин не оставили без дела, нам раздали рюкзаки с медикаментами, термосами с горячим чаем и фляжки с коньяком, на случай если у кого истерика начнется или если кто замерзнет.

Нам нужно было на лыжах добраться по спуску до кабин, и держать веревку, по которой будут спускаться потерпевшие, чтобы она не моталась из стороны в сторону. Ну и помощь оказывать психологическую или медицинскую.

39.

Я встала на лыжи, огляделась. Руслана не было видно, все бегали, тащили специальное снаряжение. Несколько добровольцев-спасателей уже катили вниз по склону, я тоже поспешила. Возле верхних вагончиков вовсю шли спасательные работы, я решила двигать почти в конец, где люльки висели на самой большой высоте.

Добралась до одной, где никого рядом не было, сняла лыжи, сложила их чуть поодаль вместе с рюкзаком и, задрав голову вверх, стала оценивать ситуацию. Высоко! Наверное, с двенадцатиэтажный дом будет! Но даже отсюда было видно, как в кабинке мечутся люди, они выглядывали в приоткрытые окна, высовывали руки и махали ими.

Паника! Это самое страшное, во время паники мозги не работают и люди совершают необдуманные поступки, порой приводящие к смерти. Я сложила руки рупором и прокричала:

– Внимание! Сохраняйте спокойствие! Помощь на подходе! Не раскачивайте кабину, сядьте на скамьи и ждите! Сохраняйте спокойствие!

Уж не знаю, услышали меня или нет, но вагончик стал меньше качаться. Ребята, ну скорее! Я увидела, что по ближайшей опоре ловко вскарабкивается какой-то парень, но не Руслан. У мужа была черная куртка с белыми вставками, а у этого красно-серая.

Он добрался до верха, прицепил специальное приспособление – ролик, который будет катиться по тросу, и страховку, которой спасатель пристегнулся к ролику. Через минуту он уже катился по тросу к вагончику, перебирая руками и уцепившись ногами за канат.

Добравшись, парень спрыгнул на крышу кабинки и, видимо, спустился в люк на крыше, затем открылся люк в полу, и вниз полетела толстая веревка. Я поймала ее, наступила на конец верёвки ногой, зафиксировала руками и стала ждать. Через несколько минут по веревке стал спускаться первый турист на страховке. Это оказалась девушка лет восемнадцати. Я отстегнула с нее страховочные ремни и отправила снаряжение снова наверх.