Чтение онлайн

Пока фараон ночью отдыхал в своём царском шатре, расхаживающие повсюду стражники повторяли вслух, словно медитируя:

– «Крепитесь! Укрепитесь сердцем! Бодрствуйте! Бдительность! Стерегите шатёр! Да, будет царь здрав и благополучен!».

Рано утром, 24 апреля 1457 года, всей армии была дана команда начать движение на северо-восток.

Фараон отдал приказ «Центральному» отряду, численностью более 10.000 человек, идти к Мегиддо кратчайшим путём через Кармельское ущелье.

В течение почти 12 часов отряд шёл почти гуськом по узкому ущелью перевала Аруна и совершенно беззащитный.

Любой, даже малочисленный отряд противника, будь он вовремя выставлен на пути египтян, смог бы легко остановить их продвижение и практически безнаказанно уничтожить всех их с помощью стрел, выпускаемых из луков с высоких и весьма крутых стен ущелья.

Будучи окружёнными этими стенами и другими своими воинами, почти полностью беззащитные, они не смогли бы никак, даже своими стрелами, достать противника, прячущегося за относительно высокими гребнями окружающих их гор.

Однако, несмотря на всю опасность такого решения, манёвр этого отряда удался.

«Центральный» отряд прошёл через Аруну и вышел на правый берег ручья Кина, оказавшись между северным и южным флангами войск коалиции, невдалеке от стен Мегиддо. Сам фараон ехал в колеснице из электрума (сплава золота с серебром) в авангарде своего отряда.

Когда египтяне вышли из ущелья на равнину западнее Мегиддо и стали заполнять поле перед холмом, отделявшим их от неприятеля, их арьергард ещё только проходил мимо городка Арун.

Ближайшие к фараону военачальники посоветовали ему дождаться всего своего большого отряда с арьергардом и вместе с «Северным» отрядом перегруппировать свои силы на более выгодные позиции.

Когда на седьмой час после восхода Солнца, в полдень, арьергард его отряда вышел из ущелья в долину, фараон Тутмос III-ий приказал разбить лагерь и отдохнуть перед перегруппировкой к предстоящему сражению.

Все сутки 25 апреля ушли на передислокацию сил фараона.

И пока египтяне вместе с шедшим по левому флангу «Северным» отрядом, занимая господствующие высоты, перегруппировывали свои силы, противник их обнаружил и послал гонцов к Таанаху за войсками своего левого фланга.

А утром 26 апреля фараон получил доклад, что все три его переформированных отряда готовы к наступлению.

Будучи уверенным в непроходимости для большой армии ущелья на перевале Аруна, противник допустил просчёт.

И этим, в итоге, авантюрно, с большим риском для себя и своих воинов, воспользовался фараон Тутмос III-ий.

Получив оперативное преимущество, его воины фактически внезапно появились перед ещё уступающими им в численности отрядами врага, смели их, и погнали к стенам Мегиддо, по пути уничтожая их.

Страх перед Тутмосом III-им вошёл в сердца воинов противника.

Застигнутые врасплох, после короткого боя, увидев, что египтяне одерживают победу, они бежали за стены крепости Мегиддо.

Войска из-под Таанаха подошли с опозданием, и также в панике и со страхом побросали своё оружие, своих коней, боевые колесницы, и другие многочисленные ценности, убегая к стенам Мегиддо.

А жители города заперли ворота, втаскивая своих воинов на стены крепости на верёвках и связанных между собой плащах.

Таким способом, бросив в шатрах всё своё богатство, спаслись и царь Мегиддо и принц Кадеша.

Но попал в плен его сын.

Однако армия египтян вместо того, чтобы преследовать убегающего врага и попытаться сходу взять город, остановилась для разграбления брошенного противником имущества и сбора трофеев, упустив победу и позволив, тем самым, частям вражеских войск бежать, отступить в Мегиддо, и, укрепившись там, пока избежать плена.

Но богатая добыча египтян под стенами Мегиддо не произвела на фараона никакого впечатления.

Более того, он негодовал.

Ведь быстрый захват крепости на плечах противника был упущен.

Тогда фараон Тутмос III-ий обратился к своим воинам с воодушевляющей речью, в которой в частности объяснял жизненную необходимость взятия Мегиддо:

– «Если бы вы вслед за этим взяли город, то я совершил бы сегодня богатое приношение Ра, потому что вожди каждой страны, которые восстали, заперты в этом городе, и потому что пленение Мегиддо подобно взятию тысячи городов».

Но после победы под стенами Мегиддо армия египтян ликовала, невольно устроив себе маленький праздник.

И фараон был вынужден разрешить своим воинам отпраздновать эту победу и немного перевести дух.

Но узнав, что пока его войска, позарившись на трофеи, остановились у стен Мегиддо, и в город пробрались, отступившие из-под Таанаха воины противника, он ещё больше негодовал, немедленно отдав приказ о штурме Мегиддо, и опять подчеркнув важность взятия этой крепости:

– «Сражайтесь хорошо и храбро, мои верные войска! Вожди всех городов собрались в этой крепости. Взятие Мегиддо – это взятие тысячи городов!».

Так что после празднования победы египтяне, к этому времени плотным кольцом обступившие загнанного за стены противника, были вынуждены приступить к длительной – несколько месяцев – осаде крепости Мегиддо.

За это время египтяне смогли даже собрать урожай с окрестных полей.

Около Мегиддо египтяне построили свою временную осадную крепость, откуда осадой руководил сам Тутмос III-ий.

Её осадная стена получила название по тронному имени фараона: «Менхеперра, овладевший равниной азиатов».