Парабеллум
Шрифт:
Разрывная пуля, разогнанная до бешенной скорости, вонзившись чуть ниже головы здоровенно лотерейщика напрочь оторвала башку. И тут же грохнула пушка, еще и еще. «Мародер» раскачивался, а сектант долбил и долбил, поставив, похоже, на одиночные.
Сам стреляя и выбивая зараженных одного за другим, слева отмечал на периферии зрения дульные вспышки ПКМа, короткие и четкие AK-R’а – девушки включились в бой. Вот и справа огонь из бойницы вела Милли, и даже Винт присоеденился.
Часто-часто загрохал пулемет на турели.
А я сдавленно выругался.
За мелочью, на расстоянии метров пятьдесят – семьдесят, сейчас показалась следующая волна более крупных тварей. Здесь уже преобладали кусачи, матерые лотерейщики, которым до перехода на следующий уровень опасности оставалось совсем чуть-чуть, мелкие и средние рапаны. Эти твари тоже двигались цепью. Одновременно отметил, что большая часть зараженных, за исключением фронта прущего прямо на нас, старалась держаться подальше.
Суки хитрые, и в этом наше спасение!
– Вольф, долби по второй волне! – скорректировал приказ я, – Остальные вываливаем мелочь! Винт, на первых мины не трать, оставь для вторых.
А затем… Затем даже на доли секунды возникла апатия, какая-то обреченность, потому что я понял, сегодня мы, похоже, останемся здесь.
За средними тварями показались матерые. Эти группы держались друг от друга на расстоянии метров в триста по флангам. И одна выходила точно на нас.
Здоровенный, не менее шести метров ростом, гориллоид, выглядящий квадратным. Весь покрытый броневыми пластинами, с жуткой пастью, возглавлял элитный, во всех смыслах, отряд. Да прицел работал не хуже чем бинокль. Супержемчужник двигался в окружении десятка трехметровых собратьев. Еще в свите рассмотрел четверых матерых руберов и трех кусачей.
Типа шестерок?
А еще в голове мысль. Видимо у каждой бригады свое место. «Наши» чудовища, несмотря на потери, пусть и резко ломая траекторию, заходили именно на блокпост. Дальше по флангам, как отрезало. Находящиеся в каких-то двадцати метров от правой и левой линии нашего сектора, зараженные не обращали на стрельбу и нас никого внимания, наоборот, стараясь прижаться к своей… своей стае!
Точно!
Все эти мысли крутились в голове, пока я, стоя на колене, стрелял и стрелял, менял магазины. Отлично, что сейчас на мне активные наушники ресов, иначе бы оглох от этой какофонии.
Обернулся.
Евстигнеев сжимал в руках табельный ПММ, рядом с ним из автоматов, помогая нам, стреляли двое его сопровождающих, здесь же находился и молоденький лейтенант, лицо которого было сосредоточенно, на лбу испарина, а еще и напарник, который тоже стрелял.
– Вольф, как начнешь доставать, переключайся на элиту!
– Принял, – и мощное басовитое дух-дух…дудух.
А еще в отдалении грохнуло что-то настолько мощное, что казалось, земля вздрогнула, затем еле слышная стрельба из пушек и крупнокалиберных пулеметов. И тут же рация заверещала голосом Лохматого, тот требовал, чтобы мы, положив на свои дела, мчались на выручку доблестной Дружине.
– Не могу, веду бой! Не выйти! – коротко ответил и прекратил связь.
– Люгер, …, – и мат трехэтажный.
Пошел ты на хер, мудила!
Но это пусть и вслух, а не в ларингофон.
Сам же к прицелу и стрелять, стрелять. Все просто, пока почти, как в тире, за исключением того, что если мишени до нас доберутся – кровью умоемся.
– Главную элиту не могу взять! У нее свой Дар! – коротко и четко проговорил Вольф.
Вот ведь сучья жизнь!
Второй раз напарываюсь на высшего зараженного с таким умением.
Но ничего, поближе подпустим, а там из граников в этот сарай залепим! Лев нашу встрече не пережил, и эту тварь в асфальт закатаем.
– Долби по сопровождающим!
Хлопнул ГП-30 Анны. ВОГ, разорвавшись в сбившихся в кучу низших зараженных, разметал их. Но эффект слабенький, зато замедлил.
Я же прицелился из своего подствольника в поредевшую вторую волну.
Ресовская граната, специально предназначенная для Улья, врезавшись в грудь матерого кусача, разворотила его на две части, досталось и взрывной волной рядом мелкому рапану, который неудачно, уходя с линии прицела кого-то из наших, в рваном прыжке, очутился в этот момент рядом. Его отшвырнуло, бросило на землю, тот перекатился и совсем по-человечьи на коленях затряс головой. В нее и всадил пулю. Пусть и не разрывную, бронебойную, но хватило.
Первая волна до нас не докатилась всего лишь метров пятьдесят. Последний срезанный из ПКМа бегун, оттолкнувшись мощными конечностями, взмыл в воздух, но приземлился уже плашмя, проехал с метр по асфальту и затих.
Зато штук тридцать средних монстров практически рядом.
Прикинул, ага… Ну, суки!
Сейчас страха не было совершенно, он ушел еще в первые секунды боя.
И тут же проорал:
– Винт, рви!
И грохнуло.
Небольшие дымные облака взметнулись к небесам.
Мины сработали одновременно, образую сплошную поражающую зону, перекрывающую, как дорогу, так и обочины. Охватывая сразу всех шустриков, если бы на их месте находились люди, то на этом все бы закончилось. А тут, несмотря на оторванные конечности, кровь и кишки, твари стремились вперед.
Успел достать только кусача, остальных добили девушки и силы милиции. То, что ничего не закончилось, говорило стремительное приближение матерых тварей. Даже Вольфу с его даром, удалось пока снять только двоих, остальные же, прыгали в стороны, метались рваными скачками, мгновенно ускорялись и останавливались, будто для них не существовало никаких законов физики. Но главное, они сокращали расстояние между нами.
– Стрелять только в мелочь! – проорал я в рацию во всю мощь легких, чтобы меня услышали и полицейские.
Сам же только удивился «мелочь». Вот так определение.
Но меня поняли правильно.
– Анна, готовь РПГ, цель самый здоровый жемчужник, огонь по приказу.
– Я тоже могу! – возник рядом Евстигнеев, тыча пальцем в гранатомет, который подготавливал к стрельбе. Не отрываясь от занятия, проорал,
– В машине!
Тот, скорее по привычке, вошел в боевой режим, низко пригибаясь, хотя в нас никто не стрелял, метнулся к автомобилю. Пристроился от меня в метрах трех слева. Тоже прицелился. Ждали команды.