Параллельное дыхание

Канун Рождества. Забегаловка «У Скотта».

— Что-нибудь еще закажете? — с улыбкой, в которой нет ни капли фальши, спросила светловолосая девушка лет так двадцати трёх, работающая официанткой в придорожном кафе, которое крайне тяжело назвать чем-то большим, чем обычной забегаловкой. Почему она здесь работает? Выбора нет. Нужны деньги. А кому они сейчас не нужны?

— Кофе, пожалуйста, — довольно грустным голосом ответил мужчина, чуть старше самой девушки. Он тоже был довольно светловласым, красивые глаза цвета безоблачного неба тепло смотрели на девушку, которой приходится работать здесь в канун Рождества, а красивая улыбка грела душу. Этой улыбке невозможно было противиться, поэтому девушка улыбнулась вновь, записав заказ в блокнот, который был в левой руке.

— Я сейчас принесу кофе, — снова обворожительная улыбка, и обладательница зеленых глаз прошла за барную стойку, чтобы налить кофе посетителю. Последнему посетителю.

— Закроешь потом двери, Эн? Жена уже трижды звонила, Джонни дома ждёт, нужно успеть спрятать подарки от его любопытных глаз, — тихо хохотнул темнокожий мужчина в возрасте до сорока лет, если судить по морщинкам возле глаз, которые начинают появляться. Он работал барменом, и следил за тем, чтобы к Эн не лезли пьяные мужчины, которые не прочь развлечься с красивой девушкой.

Аннабет уже не первый год знала Роби, его жену и маленького сына-шалунишку, с которым не один раз оставалась посидеть, чтобы Роби и Луиза смогли хоть немного побыть вместе и отдохнуть от Джонни. Они звали её отпраздновать Рождество вместе с ними, в тихом семейном кругу, ведь Эн, можно сказать, стала частью их семьи, но златовласка отказалась. Это их праздник. Да и сама она праздновать не хотела. Что в Рождестве такого?

— Конечно, Роби. Можешь идти, я всё закрою, — улыбнулась девушка, заправив выбившуюся прядь волос за ухо. — Передай привет Луизи и Джо.

— Обязательно, и... Эн, желаю провести Рождество не одной, - кивнув на мужчину, всё еще ожидающего свой кофе, мягко улыбнулся Роби, положив ключи от кафе на барную стойку. А затем направился к выходу, Аннабет лишь закатила глаза.

Как только кофе был готов, обладательница глаз цвета летней травы вместо маленькой чашки налила его в большую кружку красного цвета, а затем во вторую, закинув в обе по три зефирки. Взяв в каждую руку по кружке, девушка дошла до столика, за которым сидел последний посетитель.

— Не против компании? — поставив горячий кофе на чистый столик, который она вытерла около часа назад, Эн села рядом.

— Конечно, нет, - покачал головой мужчина, улыбнувшись, — Разве можно быть против компании такой милой девушки?

— Милой? Спасибо, ты первый, кто назвал меня милой, — Аннабет сделала первый глоток сладкого от зефира кофе.

— Замечательный кофе, - воскликнул светловолосый мужчина, одним глотком выпив почти четверть всей кружки.

— Спасибо.

Девушка резко встала на ноги и, подойдя к входной двери, нажала на какой-то выключатель, отчего загорелась гирлянда, освещающая почти всё помещение. Она украшала две стены и два окна забегаловки, создавая замысловатый узор. Яркие цвета, переливаясь, вселяли в людей, находящихся в кафе, Рождественскую атмосферу. Веселье и детская радость поселилась в душах у Аннабет и златовласого мужчины. Нажав на другой выключатель, Эн погасила повседневный свет в помещении. Подойдя поближе к барной стойке, обладательница изумрудных глаз перетащила зеленую елку, украшенную разноцветной мишурой и гирляндой, поближе к столику. Что-то поискав в мишуре, девушка всё-таки смогла найти нужную кнопку. Нажав на неё, мужчина лет так двадцати семи-тридцати и молодая девушка лицезрели, как гирлянда на ёлке тоже загорелась разными цветами. Улыбнувшись собственной работе, Эн отряхнула руки, якобы от пыли, которой не было, и вернулась к столику, взяв кружку в руки и сделав пару глотков уже немного остывшего кофе.

— Это замечательно, — улыбнувшись, мужчина начал осматривать то, что сделала Аннабет, — восхитительно... Кстати, меня зовут Джорш, а тебя?
– он и не заметил, когда перешел на «ты».

— Аннабет, — почти шепотом ответила девушка и потянулась к губам мужчины, увлекая его в нежный, почти невесомый поцелуй. Она бы никогда не стала целовать парня первой. Может, это Рождество так на неё действует? Чертова романтическая атмосфера, — Прости, я...

— Ты моё Рождественское чудо. Ведь я только собирался тебя поцеловать, — с хрипотцой в голосе произнес Джорш и потянулся к губам девушки. Поцелуй был такой же нежный, но невесомость сменилась на страсть и желание.

Может, они пожалеют об этом завтра или послезавтра. Но сегодня они будут вместе. Рядом. Всё-таки у каждого должно быть Рождественское чудо...