Чтение онлайн

— Обними его за меня, — попросила приятельница и отключилась.

Я встала из-за стола и выгнулась в пояснице, хрустнув суставами. В последнее время спина всё больше давала знать о себе.

Ребёнок всё ещё топтался в сенях, я же, не дожидаясь его, начала собираться домой, сменила халат на тёплый вязаный кардиган, а рабочие туфли на те самые валенки, заправив внутрь штаны.

Наконец от входа потянуло прохладой, и я всплеснула руками:

— Павел, ну где ты ходишь, время уже…

Так и не договорила, ибо вместо Юлиного сына на пороге моего кабинета материализовался незнакомец в дутой куртке с надвинутым на лицо капюшоном.

— Ой! — от неожиданности едва не подскочила я. — Извините…

— Добрый вечер, хозяюшка, — с лёгкой наглецой проговорил незваный гость, так и не открыв лица.

Напряглась. Тут же засосало под ложечкой, сигнализируя об опасности. И вроде бы в мужчине не было ничего такого, разве что беспардонность, но во мне всё будто бы подобралось.

— Извините, — как можно более мягко начала я, — но мы уже закрылись. Если у вас ничего срочного, то можно…

— У меня как раз-то очень срочное, — по голосу было слышно, что мужчина улыбался. И добродушия в этой улыбке не ощущалось ни на грамм.

— Вас что-то беспокоит?

— Да, знаете ли, боли в спине. Сорвал пару лет назад, теперь вот… мучаюсь постоянно.

Сделала вид, что поверила.

— Тогда я вряд ли чем-то смогу помочь вам. Вы, наверное, лучше моего знаете, что делать в таких ситуациях, если боли в спине наблюдаются несколько лет.

— Сегодня, знаете ли, как-то особо… невмоготу. Приехал к родственникам, чистил снег, и всё, — он развёл руками, — накрыло.

Я старалась держаться ровно, ничем не выказывая своего волнения, считайте, что страха.

— Как неосмотрительно, — изобразила я беспечность. — А что вы принимаете в таких ситуациях?

— Да доктор в своё время что-то там выписал.

— То есть вы несколько лет принимаете лекарство и сами не знаете какое?

Возражение вырвалось самой собой, притворяться, что я ничего не замечаю, оказалось сложнее, чем я предполагала.

— Это не так уж важно, — с неожиданным нажимом в голосе, констатировал мужчина, — они не помогают. Мне нужно что-то посильнее.

— Боюсь, что не смогу вам помочь… — в этот момент дыхание незнакомца участилось и стало больше напоминать гневное сопение. — Видите ли, это фельдшерский пункт, и наличие тех или иных лекарств здесь регламентировано. Никаких сильных обезболивающих…

Решила говорить на его языке, избегая терминологии.

— Да брось ты, я ж страдаю, — ухмыльнулся он и вдруг сделал шаг в мою сторону, поднимая во мне волну паники. Едва сдержалось, чтобы на автомате не прижать руку к животу в защитном жесте.

«Не смей показывать своего страха!» — требовал внутренний голос.

— Хорошо, давайте я вас осмотрю. Как вас зовут?

— Ой, давай без этого.

— Но я не смогу вас принять без документов, — тянула я время, надеясь неизвестно на что и убеждая себя в том, что мне просто показалось. И на самом деле никакой опасности нет.

— Значит, придётся, — устало вздохнул мужчина, как если бы я его смертельно достала, и откинул капюшон. Наверное, он ожидал какого-то эффекта, но я молчала, слегка оцепенело рассматривая его. Когда-то молодое и привлекательное лицо выглядело потасканным. Недельная щетина, обветренная кожа, потрескавшиеся губы и лихорадочный блеск глаз, наводящий на не лучшие мысли.

— Чего вы хотите? — спросила уже напрямую.

— Чтобы мне хорошо стало, — оскалился мужчина и сделал ещё шаг вперёд, я не удержалась и попятилась назад.

— Я… не понимаю.

— А я поясню, — фыркнул он. — Мне говорили, что в моём случае может помочь промедол или фентанил.

Едва не застонала, но сдержалась.

— Здесь такого нет.

— Уверена?

— Да.

— А если я всё-таки помогу тебе вспомнить? — предложил мне собеседник и извлёк из кармана что-то металлическое. Движение рукой, и на меня смотрело острое лезвие ножа.

Я похолодела, но это, как ни странно, наоборот, помогло взять себя в руки.

«А ну-ка собралась, — командовал голос разума, — тебе сейчас нельзя нервничать. Только трезвый расчёт и хладнокровие». На словах это, правда, звучало проще, чем на деле.

— То, что вы назвали, является наркотическими веществами. Их хранение строго регламентировано. А это всего лишь фельдшерский пункт, — последнее подчеркнула особо, — здесь такого нет. Можете поискать…

Кивнула в сторону шкафа с медикаментами.

— Думаешь, я тебе поверю?! — вдруг неожиданно громко гаркнул он. — Сама же сказала, что это наркотики. Я что, по-твоему, идиот, чтобы поверить в то, что их могут хранить в обычном шкафу? — После чего ткнул пальцем в сторону сейфа. — Ключи.

Наверное, в каком-нибудь фильме я должна была бы начать геройски сопротивляться, до конца стоя на своих принципах. Но в реальной жизни мне было вовсе до принципов. Жить хотелось с небывалой силой, да и ничего такого не было в этом сейфе. Поэтому я потянулась к сумке и извлекла из неё связку ключей.

— Средний, — с трудом выговорила я и пустила ключи по столу.

Мужчина перехватил связку и бросил в мою сторону победоносный взгляд, словно говоря: «Вот видишь, как всё легко!»

Не знаю, чем бы закончилась эта история, но в этот момент в помещение ворвался Пашка с воплем:

— Нина!

Я чуть не застонала от разочарования: «Господи, ну ребёнка-то зачем подвергать опасности?!»

Парень чуть было не ломанулся ко мне, радостно подпрыгивая на месте, явно собираясь сообщить мне что-то, что его так взбудоражило, но тут заметил мужчину и замер на месте, выдав затравленное: