Параллельный спецназ

Когда открылась возможность посетить миры параллельной реальности, ученые оказались не способны контролировать переход, и не было известно до конца, где можно оказаться и с чем столкнуться. Всем было ясно, что отправиться в параллельный мир должен человек подготовленный. Для того и был организован параллельный спецназ. Набор в него осуществляли из существующих специальных служб.

Мир многообразен и то, что мне суждено это было узнать тому лишь подтверждение. Я стал чаще заглядывать в зеркала, стоявшие в зале и многочисленных коридорах мимо которых я прохожу постоянно день за днём. В этих зеркалах мне подмигивает почти двухметровый атлет с мощной мускулатурой, закованной в броню, последствия последних нападений, на поясе неизменный меч из ужас-змея, за спиной второй меч по прозвищу Иван, выкованный из старинных монет. Последнее время происходит подведение итогов, я привожу в порядок свои записи самого первого периода. Они сумбурны и производились много позже свершившихся дел, поэтому некоторые моменты мною упущены даже сейчас вспоминая события, я не могу точно сказать, что было вперёд, некоторые моменты явно перепутаны. Одно понятно - школа магов это самое первое, что я узрел на этой планете.

– Что, испанский знаешь хорошо?
– Генерал стоял перед Александром Шутемовым и буравил его взглядом. Генерал хоть и был ростом выше среднего, всё равно выходило, что он смотрел на Александра снизу, и это его раздражало.
– Что уставился?

Александр чуть не засмеялся, главное - не выражать никаких эмоций. Подобную экзекуцию спецназовцы называли чисткой дымохода.

Чистка продолжалась уже полчаса и, как правило, должна была бы уже закончиться. Алекс знал, что еще минуты три, ну максимум пять и - либо новая командировка, либо какое-нибудь задание по перебиранию бумажек. Все знали, что главное - молчать, чтобы ни происходило; нет, мысленно ты можешь и спорить, и возражать, и даже двинуть генерала под зад коленом, лишь бы это никак не проявилось - ни в мимике, ни в жесте. Алекс внимательно слушал генерала и мысленно звуком пик, заменял то, что генерал произносил вслух, вернее не всё, а только то, что принято на телевидении.

– Какого ты, пиииииик, пиииииииик испанский, писатель пиииииииииииик на этой пииииииииииик пииииииииик?- Если это предложение перевести на литературный язык, то выглядеть оно будет так: "Какого ты, нехороший испанец, тоже нехороший писатель, на этой стене написал."

– Чего замолк пик пииик? Ты что, гад, меня не слушаешь пик пиик пиик пииик пииик пиик маму?

– Вы знаете, Алексей Николаевич, я вас слушал и так и не понял: я все правильно сделал или где-то ошибку допустил?

– Что!!!? Пошел отсюда! Вон! Вон!!! Я тебя отправлю в такую дыру...

Само задание было дурацким и последствия ещё хуже. Алекс не понимал тогда, да и сейчас не понимает, что могло быть общего, между колумбийским наркобароном и российскими спецслужбами. Какие такие интересы могли пересечься, что нужно было посылать группу спецназа, попугать этого наркодельца.

Мы не знаем, что вас там ждет, поэтому каждый должен быть готов ко всему.

– После прохождения лабиринта каждый, кто останется в живых, может считать себя готовым к походу. Но это не значит что всё, что вы встретите в этом лабиринте, встретиться вам там. Там может быть гораздо хуже.

– Куда он плывет?

– К выходу; сколько у него по тестам?

– Две минуты плюс - минус секунд десять.

– Здесь плыть минуты три, вряд ли он успеет. Вы предусмотрели, как его достать?

– Нет.

Скажите, что вы сейчас читаете?

– Только то, что есть в библиотеке, а там одна фантастика и фэнтези.

– Вам не кажется, что вас готовят несколько однобоко?

– Вы знаете, мне это не в новинку. Очень часто силовики имеют в своем арсенале два-три боевых приема, действующих безотказно; но в один прекрасный момент это не срабатывает. И цена ошибки - смерть, своя или, что хуже, посторонних.

Александр сидел в кабинете психолога. Раз в неделю в течение последних трех месяцев он встречался со специалистом.

Психолог - худощавый пятидесятилетний мужчина, выглядевший на сорок, сидел в кресле, откинувшись на спинку, и потягивал коньяк из большого бокала.

– Скажите, Александр, вас раздражает то, что я не предложил вам коньяк?

– Стараюсь не злоупотреблять и, если честно, я бы отказался; а вот соку, пожалуй, выпью.

Алекс встал, подошел к холодильнику, достал сок и налил в высокий стакан.

Психолог поморщился, его нервировал Александр. Все его поведение, казалось, было направлено на то, чтобы как можно сильнее вызвать раздражение. Вот и сейчас проходя от холодильника к своему месту, Алекс спокойно вынул из рук психолога бокал с коньяком и отхлебнул с громким хлюпаньем.

– Фу, гадость, как вы это пьете?
– Алекс всунул в руку психолога бокал.

– Что вас удержало, чтобы не плюнуть коньяк обратно?

– Да, в общем-то ничего.

– Вы знаете, что от меня будет зависеть: кто пойдет первым?

Психолог отставил бокал.

– Вы же знаете, мне особо фиолетово, что вы решите. Это же не в космос, после которого - слава, почет, деньги. Вот раньше все знали каждого космонавта если не в лицо, то уж по имени-отчеству обязательно, а сейчас спроси любого на улице - никто даже не скажет, летает ли кто, в данный момент в космосе, а если летает, то кто.

– Скажите, а у ваших друзей не бывает по отношению к вам мыслей об убийстве?

– Трудно сказать. Я стараюсь не заводить друзей, не в смысле, а просто не привязываться ни к кому, опять же не в том смысле. Просто у меня такая работа, а терять друзей, да и не друзей, тоже не люблю. А что, вы хотите стать моим другом?

– Это вряд ли.

– Но почему? Мне нравятся люди умнее меня. У них есть, чему поучится. А, правда, давайте дружить, и я вам клянусь - не буду больше плевать в коньяк. Если честно, я и сейчас - не плевал.

– Вы знаете, как в таких случаях говорят про таких, как вы, друзей?

– Пара таких друзей - и врагов не надо?

– В данном случае, хватит одного вас. Вы свободны.

В коридоре перед кабинетом начальства, в котором решалась их судьба, собралось десять претендентов. Все молча, ждали. Вызывали по одному, обратно в коридор они не выходили. Александра вызвали одним из последних.

– Командование приняло решение: первым пойдете вы.

– Постараюсь оправдать оказанное доверие.

Ничего этого не было, очень хотелось чтобы всё было именно так, но скорее всего всё было по другому. Разговор с Алексеем Николаевичем происходил на повышенных тонах, но причиной было совершенно не то что какому-то барону написали на стене кровью убитой курицы. Я даже не могу вспомнить откуда мы тогда вернулись.