Чтение онлайн

Ракитин вопросительно поднял брови.

— Посмотри, дамти Витя, на их прически, — продолжал Дан. И вдруг, замявшись, повернулся к Локу: — Лучше ты переведи!

— Посмотри на их прически, — подхватил Лок. — Видишь, у них волосы гладкие и завязаны пучком сзади? Значит, они есть девушки. Если пучок сидит на макушке- значит, у женщины есть муж. Когда вдова, она пучок будет поместить на левый сторона головы.

— Интересно, сколько же килограммов в этих корзинах? — спросил Шалеев, пытаясь на глазок определит вес.

— А ты попробуй, подними, — посоветовал Дьяков.

— Что нам стоит дом построить! Могу и попробовать. — Шалеев направился прямо к девушкам и жестами объяснил, что хочет поднять их груз. Девушки поняли; его выразительную жестикуляцию и согласно закивали, Александр бойко ухватил куань-гань за середину, приподнял, и вдруг на лице его появилось выражение удивления и полной растерянности. Он с трудом поднял шест с корзинами на плечо и почти тут же поставил его обратно на землю.

— Ну и ну, — сказал он. — И как они умудряются такую поклажу волочить в такую даль? Уму непостижимо!

Девушки, видимо, уже успели удовлетворить свое любопытство. Они засобирались, повязали на лицо платочки (так оберегали кожу от загара), неуловимым движением водрузили на свои плечики шесты с корзинами и> помахав ладошками, пошли дальше, быстро-быстро переступая мелкими шажками. Вскоре они скрылись за поворотом.

Недалеко от деревни, с боковой тропинки, на дорогу вышел молодой парень, одетый в короткую синюю куртку, такого же цвета брюки, закатанные до самого паха, с красной повязкой на голове. С концов толстой бамбуковой палки, лежавшей на левом плече, свешивались две крупные связки рыбы.

Были там маленькие, не больше ладони, и короткие толстенькие, похожие на большую синюю каплю. Но главный трофей представляли шесть рыб с крупной розоватой чешуей, достигавших в длину почти метра. Судя по всему, шел он издалека, так как такие крупные рыбы водились только в реке Тяй, протекавшей километрах в пятнадцати от деревни.

Дорога вильнула в последний раз, и перед глазами путников открылась красочная панорама деревни Бао-Линь. На пологих склонах невысоких холмов возвышались на сваях десять-двенадцать домов-хижин с двускатными крышами из листьев «ко». За длинными заборами-плетенками поднимались зонтики папай с прилепившимися к стволу «дынями», темнели, словно нарисованные тушью на синем холсте неба, арековые пальмы. Ярко зеленели шеренги бананов с длинными соцветиями, тесно усаженными желтыми трехгранниками ягод-плодов.

У самой околицы повстречалась немолодая вьетнамка, видимо, ходившая по воду к ближнему ручью. На коротком бамбуковом коромысле висели шесть фляг-ве-дер, сделанных из толстых бамбуковых колен: по три на каждом конце.

— С полными ведрами встречают, — довольно отметил Ракитин. — Это к добру! — И, собрав все свои лингвистические познания, сказал:- Той муон нок (Я хочу воды).

Лицо старой крестьянки расплылось в улыбке, но она покачала головой.

"Нельзя пить. Надо сначала кипятить, — перевел Лок. — Иначе будет заболеть живот".

По деревенской улице трусили несколько тощих собак, не удостоивших незнакомых людей своим вниманием. Два поросенка с непропорционально длинными телами на коротеньких кривых ножках с хрюканьем пере бежали дорогу и пролезли под плетень. Они были необычного черного цвета с желтыми пятнами. Ни дать ни взять — хрюкающий леопард! У дерева, опустив голову, украшенную огромными серповидными рогами, лениво помахивал хвостом, отгоняя мух, огромный буйвол. Tpoe ребятишек замерли посреди дороги, выражая всем видом восторженное удивление.

Синь ждал гостей у порога своего дома. Дом был двухэтажный, на толстых сваях из дерева «лим». Нижний этаж служил хлевом, его дальний угол занимала огромная плетеная корзина для хранения риса. Интерьер первого этажа несколько облагораживали рожки молодых оленей — панты, охотничьи трофеи Синя, прибитые чуть ли не на каждой свае. Правда, как потом объяснил Синь, они имели и другое предназначение: истертые в порошок, рожки успешно использовались для поддержания мужской силы.

Прежде чем подняться по крутой шаткой лесенке с круглыми ступенями из бамбуковых чурбашек, требовалось в соответствии с обычаями то-таи снять обувь и обмыть ноги. После этого ритуала все проследовали за хозяином на второй этаж.

Это было просторное помещение, не меньше ста! квадратных метров, с бамбуковым полом и плетеными стенками, перегороженное на три неравные части. ] Синь усадил гостей на низкую лежанку, тянувшуюся вдоль стены справа от входа, застеленную циновками,! и ушел по хозяйству, предоставив возможность подробно оглядеть скромную обстановку дома.

На полке, слева от входа, стояла деревянная посуда, плетеные корзиночки, черпаки из замысловатого плода «бау». С краю, горкой, лежали связки тонких свечей, похожих на елочные. Впрочем, эти свечи изготавливали из древесины дерева «бому», которую долго растирают со спиртом, а затем получившейся пастой облепляют высушенную бамбуковую палочку, которая служит фитилем.

В центре комнаты располагался очаг. Вернее, им служила прямоугольная деревянная коробка, до половины заполненная песком. Над очагом свисала сажеловка, напопоминавшая трубу старинного граммофона. Ярко пылал огонь, распространяя приятное тепло.

На плетеной перегородке, разделявшей помещение, висели две большие раскрашенные грамоты. Ими, как оказалось, наградили двух старших сыновей хозяина за успехи в учебе. Впрочем, отцу тоже было чем похвастать…

Синь возвратился, держа в руках красную коробочку с орденом — пятиконечной серебряной звездой, с гербом Демократической Республики Вьетнам в центре. Лок взял из рук Синя грамоту и, подняв над головой, чтобы все видели, торжественным голосом прочел:

— За участие в освободительной войне против французских колонизаторов Хуанг Ван Синь награжден "Медалью сопротивления второй степени". Аи да Синь!

— А что же там, во второй комнате? — поинтересовался Дьяков.

— Там комната духов, — понизив голос, сказал Синь. В его словах звучало величайшее почтение к отцу н матери, духи которых, как считают то-таи, постоянно находятся в жилище, помогая своим детям в делах, оберегая от бед. В их честь в каждом доме воздвигнут небольшой алтарь. Такой же находился и в соседней комнате, в которую гостей проводил по просьбе Ракитина дамти Синь.