Чтение онлайн

То есть, в дополнение к основному заданию, им необходимо охотиться и сферы добывать.

Из палатки раздался стон. Беспокойное дыхание замерло, сменившись напряжением испуганного человека. Вот человек очнулся и сейчас спешно соображает, где он находится и что с ним, собственно, происходит.

Молнию полога осторожно потянули вверх. Из палатки высунулась испуганная подростковая мордочка.

«М-да, а я ведь даже не знаю, как его зовут», — сообразил Паша, разглядывая слегка вытянутое настороженное лицо.

Имелись в парне татарские нотки, в виде лёгкой смуглости и едва заметной раскосости. Глаза карие, а вот волосы светлые. В общем, предки накидали всякого, без генетической карты не разберёшь.

— Э?.. — растерянно выдал подросток и уставился отчего-то на лежавший на траве топор.

Прокашлявшись, он настороженно поинтересовался:

— А откуда у вас дедовский топор?

— От деда, я полагаю, — пожал плечами Паша.

— Не. Дед никому свой топор не отдаст. Он его даже трогать запрещал, — уверенно произнёс подросток.

Сталкер же вспомнил шагающего к свету человека. На душе стало тяжко.

— А ты не хочешь обсудить что-нибудь другое? Более насущное, — с интересом разглядывая паренька, поинтересовался Паша.

— Не-не, мужик. Топор — вопрос на миллион, — как-то разом став неприветливым и напряжённым, заявил подросток. — Чтобы Сусанин кому-то свой топор отдал? Да никогда в жизни, — добавил он.

— Сусанин? — насторожился Паша. — Это не тот, что «Дубль» из Быхова принёс?

— Ага, тот самый, — кивнул паренёк.

— Вот же блин, — пробормотал сталкер и по-новому взглянул лежащий на траве топор из красного металла.

Инструмент с самого начала показался ему нестандартным, но крайне удобным. Цельнометаллический с длинной метровой ручкой, топор был сделан из прочного и одновременно довольно лёгкого сплава. Не такого, чтобы очень, но и не особо тяжёлого. Килограмма два в нём имелось. А ещё он был необычайно острым. Как лезвие, так и выступающий из обуха «гвоздь».

Но топор — это ладно. Сусанин слыл легендарным сталкером, ходившим туда, куда не ходят, а если и ходят, то не возвращаются. А ещё он был психокинетиком вне категории, умевшим стабилизировать самые лютые «Гравицапы». Об этом его умении ходили легенды.

В этот момент Паша вспомнил Аванпост. Вмятого в ангар крангера. Своё спасение.

Теперь понятно, кто именно его спас.

— По Аванпосту баллистической ракетой ёбнули. С ядерной боеголовкой. Дед твой не смог в портал войти. Или не стал. Топор он мне отдал на прощание, — объяснил Паша.

— Ну да, дед же «стабильный», — забормотал подросток. — У него уровень тёмной энергии за девяносто. Но она не растёт и не падает. Он меня с «Подмосковного» сопроводил. На него препараты не действуют. Он, чтобы телепортироваться, ТЭН «Просветлением» сбил. У него ещё одно «Просветление» было, но у него же откат сутки. А кто ёбнул-то? — оживился он.

— Давай-ка, друг, договоримся с тобой о двух вещах… — включив серьёзность, произнёс Паша.

— Это о каких же? — насупилась выглядывающая из палатки голова.

— Вещь первая — ты перестаёшь вести себя как малолетний долбоёб, — серьёзность в голосе сталкера переросла в сталь. — И меня мало волнует, что ты, возможно, таковым и являешься. Права быть долбоёбом у тебя больше нет. Ферштейн?

Оценив обиженный, с нотками неприятия взгляд, мужчина вздохнул и пояснил:

— Да ты не подумай, я не авторитет качаю. Просто мы в жопе, а мне жить хочется, знаешь ли.

— Ферштейн, — чуть подумав, кивнул подросток.

— Ну если ферштейн, то почему я до сих пор не знаю, какой у тебя уровень паранорма и ТЭН? — с подчёркнутым неодобрением, произнёс Паша.

До этого момента на лице подростка читалось не особо скрываемое выражение: «Дяденька, а чего это вы до меня доебались? Я вас не знаю и знать не хочу». Но на теме паранорма он явно смутился и сменил режим на «Блин, а ведь и правда надо посмотреть».

Вслед за головой из палатки высунулась правая рука. На запястье её был сомкнут массивный металлический браслет, напоминающий скорее наруч сантиметров двадцати длиной. На браслете имелся вытянутый экран. Не особо большой, но основную информацию, будь то уровень паранорма, тёмной энергии, аномальные состояния и некоторые внешние эффекты, он показывал.

— Ну ни фига! Новый одели. Для полевых условий, — принялся тыкать в оживший экран паренёк. — Через него даже в чаты зайти можно. И карта есть!

— СТОЙ!

Рука замерла, карие глаза испуганно уставились на сталкера.

Стараясь говорить убедительно, Паша произнёс:

— Я тебе позже подробности расскажу, но сейчас попытайся осмыслить мной сказанное. Сначала на Аванпост натравили десяток крангеров-кибридов. А после, когда стало понятно, что не выгорело, бахнули ядерным зарядом. И первое, и второе, как мне подсказывает моя скромная интуиция, тесно связано с нашим текущим заданием. Так вот, сейчас ты откроешь чат, а через полчаса прилетит ДДРД и распылит на местность «Полный ПЕ». Ну или атомный фугас сбросит. А защитных монолитов Старших, как ты можешь заметить, вокруг не наблюдается…

— Э… Ну да, задание, — растерялся подросток. — Мне сказали, что я с какой-то спецурой пойду, — с сомнением оглядел он Пашу, явно намекая, что на спецуру тот не тянет.

Далее, вероятнее всего, намеренно игнорируя собеседника, паренёк принялся крутить головой по сторонам. Почувствовав на теле дискомфорт, он убрал правую руку в палатку, после чего высунул её обратно, держа в ладони орех «Медбрата», на который некоторое время недоумённо втыкал.

С подобным отношением следовало что-то делать. Притом срочно. Однако, вместо возмущений, требований и актов воспитания, Паша демонстративно и вполне искренне потерял к собеседнику всякий интерес, погрузившись в размышления, связанные с нападением на Аванпост.

Над чем подумать имелось, ведь очень многое в том нападении было из ряда вон выходящее. Например, то, что большинство оставшегося на земле ядерного оружия безвозвратно сдохло. А то, что не сдохло, должно было не только взлететь, но и долететь.

Имелся правда ещё один вариант. Управляемую бомбу сбросили из космоса. Всё, что летает на орбитах выше Оковы целёхонько. Недаром её — Окову, первое время пытались термоядом закидать, быстро убедившись, что лишь помогают процессу.

Паренька хватило минут на двадцать пять. За это время он вылез из палатки, пообщался с ветром и самостоятельно переоделся в приготовленный для него защитный комбинезон. Следом им был надет сталкерский пояс и маршевый рюкзак.