Паранорм
Шрифт:
Далее посовещались насчёт старта, разгона и возможностей машины. Здесь выяснилось, что колеса военного грузовика не полые, а имеют заполнение из находящейся под давлением вспененной резины. Даже если от всех четырёх колес одновременно отрезать часть, до момента пока наполнитель потеряет необходимую для движения упругость, пройдёт минут пять. Да и после, пусть кое-как, но сохраниться возможность ехать.
Следом решили избавиться от части ящиков, так как пассажирам будет лучше лечь на дно кузова. И лишь после, погрузившись и сдав до ближайшего поваленного дерева, беглецы взяли «низкий старт».
Слушая как позади лютует немка, стращающая детей ни в коем случае не вставать со дна кузова, Паша следил за выведенным перед глазами таймером.
50 секунд, 40…, 30…
— Пора! — на 20 секундах скомандовал он водителю.
Поляк тронулся, но не так чтобы бодро. Тронувшись, тяжёлая машина начала набирать ход, разогнавшись километров до сорока.
— 10 секунд! — отдал новую команду сталкер.
Дав газу, водитель пошёл на разгон, показывая, что не только понимает поставленную задачу, но и знает как её выполнять. В момент, когда грузовик на скорости около шестидесяти километров в час приблизился к границе Гильотины, на таймере утекла последняя секунда, после чего его значение сменилось на 53.
— Отсчёт! — дал новую, не особо нужную команду Паша.
Взвыв двигателем, грузовик влетел на грунт. Машина начала быстро разгоняться. Прошли секунды и на спидометре уже было 90… 95… 100… 110!
Лес стремительно приближался. Оставалась последняя сотня метров, а на таймере ещё имелось целых двадцать секунд. И вдруг водитель ударил по тормозам, начав быстро сбрасывать скорость.
Прилично так прихуев, Паша, тем не менее, попытался сообразить в чём дело и сообразил. Поляк действовал верно, так как впереди, метров за семьдесят от соснового леса, плотный ПГС резко обрывался, сменяясь на жёлто-серый рыхлый песок.
И всё же водитель слегка не рассчитал. Но не с торможением, а со скоростью. Влетев на сухой песок со скоростью километров так шестьдесят в час, машина врылась в него по самое днище.
Водитель, чётко поймав момент, когда туша грузовика почти остановилась, но ещё сохранила толику инерции, переключил скорость и начал плавно выгребать из песка на пониженной передаче. И, мать его, выгреб!
Полноприводный грузовик уверенно пополз по песку.
— Пригнитесь! — не своим голосом заорал сталкер.
Гильотина сработала бесшумно. Проехав пару метров, машина словно во что-то провалилась, поднатужилась и вперевалочку поползла дальше, ворочая покалеченные колёса. Разрезанная на уровне глаз кабина неприятно задребезжала и начала съезжать в сторону. Встав и уперевшись одной ногой в сиденье, а другой в крышу кабины, Паша, врубив усиление, отбросил срезанный кусок вбок от ползущего по песку грузовика.
Взглянув на кузов, для чего более не требовалось слуховое окно, он обнаружил, что пассажиров накрыло сложившимся тентом.
— Все живы? — крикнул сталкер.
Ответом ему послужил детский плач и взрослые матюки.
А спустя всего несколько секунд машина, преодолев довольно крутой подъём, выползла за границу аномалии. Протиснувшись между вековых сосен и сломав несколько молоденьких деревьев, она почти с человеческим облегчением замерла.
Заглушив двигатель, водитель-поляк откинулся на спинку кресла, после чего задумчиво посмотрел на сталкера. На его лице Паша прочёл ясное «За эту работу слишком мало платят».
«Ну да, не поспоришь», — подумал сталкер и, схватив топор, покинул кабину, отправившись вызволять попавших в ловушку тента пассажиров.
***
[Максимальный активный уровень паранорма: 204. Текущий активный уровень паранорма: 204]
Момент, когда уровень паранорма в тканях увеличился до 202, Паша пропустил, но вот откуда взялись две новые единицы знал точно.
Существовало два способа увеличить запас паранорма в тканях. Первый — медленный, но верный, при помощи периодического восстановления активности. Второй — быстрый, скачкообразный, путём одномоментного поглощения сфер большого объёма.
Но, как выяснилось, имелся и третий способ. Или не третий, а промежуточный. Как ещё назвать процесс, когда ты многие часы гоняешь паранорм туда-сюда, на истощение используя навыки?
При этом вряд ли кто-то ещё сумеет подобное повторить. Без симбионта восполнение активности паранорма ограничено скоростью поглощения сфер. Существует правда инъекция, но после неё ты полчаса никакой, отчего ни о каких навыках не может быть и речи. И чтобы вот так сливать и восполнять активность туда-сюда — это, товарищи, нонсенс.
Помниться, умники из ВСИПТ неоднократно пытались разработать методику скоростного его увеличения. Но все их потуги желаемых результатов не принесли. Выяснилось, что самый лучший метод — активное взаимодействие с миром в условиях Земли. В противном случае накопленный в теле паранорм в какой-то момент переставал восстанавливать свою активность, о которой стоит сказать отдельно.
Дело в том, что, расходуясь, паранорм из тела никуда не исчезал. Если упростить, то процесс напоминал зарядку и разрядку аккумулятора, когда паранорм в тканях — носитель, а паранорм поглощаемый — источник энергии.
То есть, паранорм имел три состояния — энергии, материи и активности. При этом, чем энергия отличается от активности Паше объясняли, но он, признаться, не понял.
«Я думаю не о том…» — потянувшись в плетёном кресле, одёрнул себя сталкер.
Кресло недовольно заскрипело. Пусть последние тридцать четыре года на него не лил дождь, но вредную для дерева сырость никто не отменял.
Турбаза буквально одарила беглецов всевозможными приятностями и удобствами.
Перебравшись через Гильотину, отряд оставил повреждённый грузовик и пешком продолжил путь через лес. Идти было недалеко, около полукилометра и пусть у Паши имелись серьёзные опасения, каких-либо опасностей на пути беглецы не встретили. Также, несмотря на плюсовку, пробираться через дебри не пришлось: сосновый лес рос в мощь, а не в густоту, отчего местные деревья выглядели тысячелетними исполинами.