Чтение онлайн

Джок сел на стул для посетителей. Осталось только место за столом, а это совсем неправильно — он ведь генеральный! Но выбора не было. Я сел, нерешительно улыбнулся, не зная, чего ожидать.

— Я бы сказал, что ты сдал экзамен на отлично, — сказал Годдард. — Поздравляю.

— Правда? А я думал, что провалился, — ответил я. — Мне было не очень-то приятно играть за другую сторону.

— Для этого я тебя и взял. Нет, конечно, не для того, чтобы ты играл против меня. Чтобы ты, так сказать, говорил правду облеченным властью.

— Это была не правда, — возразил я, — а мнение одного-единственного человека. — Тут я, похоже, перегнул палку.

Годдард потер глаза рукой.

— Начальникам легко потерять связь с реальностью. И это очень опасно. Мне ведь никто не хочет говорить правду. Все хотят меня обмануть, у всех свои цели. Ты любишь историю?

Никогда не думал, что историю можно любить. Я пожал плечами:

— Ну, так...

— Во время Второй мировой войны Уинстон Черчилль организовал дополнительный штаб, который занимался тем, что говорил ему чистую правду, без прикрас. Он назвал его штабом статистики, что ли. Не важно. Смысл в том, что никто не хотел сообщать Черчиллю плохие новости, но он понимал, что без этого не сможет управлять государством.

Я кивнул.

— Ты создал компанию, пара улыбок фортуны, и вот ты уже кумир для тех, кто не добился большего, — продолжал Годдард. — А я не хочу, чтобы мне целовали... э-э-э... руку. Мне нужна откровенность. Особенно сейчас. В нашем бизнесе есть аксиома: высокотехнологические компании неизбежно перерастают своих основателей. Такое случилось с Родом Канионом в «Компаке», Алом Шугартом в «Сигейте». Компания «Эппл» даже вытурила Стива Джобза, помнишь? Пока в трудный момент он опять не прискакал на белом коне. Мое правление всегда мне доверяло, однако, боюсь, скоро перестанет.

— Почему вы так говорите, сэр?

— Хватит уже! — оборвал меня Годдард. — Статья в «Джорнал» была предупредительным выстрелом. Не удивлюсь, если ее заказали члены правления, которые решили, что мне пора отойти от дел, переехать в загородный дом и день напролет играть со своими машинками.

— А вы ведь этого не хотите, правда?

Он нахмурился:

— Я поступлю так, как будет лучше «Триону». Господи, да эта компания — вся моя жизнь! Машины, между прочим, просто хобби. Если хобби становится единственным занятием, оно уже не интересно. — Годдард вручил мне толстый желтый конверт. — Копию в PDF-формате найдешь у себя в ящике. Наш стратегический план на следующие полтора года: новые продукты, апгрейды, прочее барахло. Я хочу, чтобы ты высказался прямо — сделал презентацию или как там ее. В общем, обзор из кабины вертолета.

— Когда?

— Как можно скорее. Если найдешь проект, которым хотел бы заниматься как мой представитель, — буду рад. Ты увидишь, у нас очень интересные идеи. Некоторые хранятся в строгом секрете. Одна-единственная штучка под кодовым названием «Аврора» может очень быстро поправить наше положение.

— "Аврора"? — сглотнул я. — Вы об этом проекте говорили на собрании, да?

— Я отдал этот проект Полу. Потрясающая вещь. В прототипе нужно еще кое-что отладить, но он уже почти готов к открытию.

— Звучит заманчиво, — сказал я, стараясь, чтобы это прозвучало небрежно. — Этим я бы и хотел заняться.

— Займешься, не волнуйся. Только всему свое время. Пока что я не хочу отвлекать тебя от задания, потому что если ты завязнешь в «Авроре»... Нет, не стоит разбрасываться. — Он встал, сцепив пальцы. — А теперь мне пора на студию, записывать выступление. Можешь поверить, я очень этого не хочу.

Я сочувственно улыбнулся.

— Нуда ладно, — вздохнул Годдард. — Извини, что сразу нагрузил тебя работой. Я думаю, ты прекрасно справишься.

Я приехал в дом Уайатта одновременно с Мичемом, и тот, конечно, отпустил шуточку по поводу моего «порше». Нас провели в роскошный спортзал, который располагался в подвале, но не под землей: какой-то хитрый ландшафтный дизайн. Уайатт лежал на наклонной скамье и поднимал килограммов семьдесят. В коротких спортивных шортах, голый до пояса, он выглядел еще массивнее обычного. Годзилла в тройном размере.

Уайатт молча закончил подход, встал и вытерся полотенцем.

— Еще не выгнали? — спросил он меня.

— Нет пока.

— Где там! У Годдарда голова занята другим. Например, тем, что его компания на ладан дышит. — Уайатт посмотрел на Мичема, и оба хмыкнули. — А что об этом говорит Огастин-Августин Блаженный?

Я, конечно, ждал вопрос, но все равно как-то растерялся.

— Да ничего такого...

— Врешь! — ответил Уайатт, угрожающе подходя ближе и впиваясь в меня глазами. От него валил горячий пар с неприятным аммиачным запахом. Как у культуристов, которые злоупотребляют белками.

— Ну, говорит, хоть и очень мало, — поправился я. — То есть статья их, конечно, здорово напугала. Они засуетились. Больше обычного.

— Откуда ты знаешь? — спросил Мичем. — Ты был первый день на седьмом этаже.

— Мне так показалось, — неубедительно ответил я.

— Насколько статья соответствует истине? — спросил Уайатт.

— Разве это не ваших рук дело? — удивился я.

Уайатт смерил меня взглядом.

— Так они в этом квартале в убытке или нет?

— Понятия не имею, — соврал я. — Я же не сидел весь день в офисе Годдарда! — Не знаю, почему мне так не хотелось говорить им о катастрофических цифрах или сокращении. Может, я думал, что Годдард мне доверился и нельзя его подводить. Я же «крот», шпион — с чего это такое благородство? Почему я начал делить: это вам скажу, а это — нет? Завтра о сокращениях узнают все, и Уайатт меня слопает с потрохами. Он не поверит, что я об этом не знал. Я решил оставить себе лазейку. — Кое-что готовится. Какое-то событие.

Я вручил Уайатту папку с копией стратегического плана Годдарда.

— Что это? — спросил Уайатт. Он положил папку на скамью, надел майку и стал листать.

— Стратегический план «Триона» на ближайшие полтора года. Включая подробные описания всех новых продуктов.

— И «Авроры»?

Я отрицательно покачал головой:

— Правда, про нее Годдард тоже говорил.

— Что?

— Просто сказал, что у них есть большой проект под кодовым названием «Аврора», который все изменит. Сказал, что отдал его Камилетти.