Паразиты
Шрифт:
Одевшись, Гвоздь потихоньку выскользнул из санатория и потопал к железнодорожной станции, где и сел в вагон пригородной электрички.
Когда до Москвы оставалось каких-нибудь минут двадцать езды, Гвоздя вдруг осенило: «А чегой-то этот фигов санитар возле нас с Кирпичом и Браслетом все ошивается? Прям как филин, выслеживающий добычу… Неспроста это. Ох неспроста! Тоже небось хочет свою долю пирога урвать с нашего стола. Шалишь, брат! Меня на хромой кобыле не объедешь! Уж я-то знаю, что чем больше едоков за столом, тем меньше еды достанется каждому… Хорошая мысль, выгодная! Ее надо будет тоже предложить кому-нибудь из моих покупателей, хоть Браслету, хоть Кирпичу — без разницы. Главное, чтобы они раскошелились…»
Подтверждение своей догадки Гвоздь нашел в офисе на Нахимовском проспекте. Входную бронированную дверь ему открыл сам Тимур в форме охранника.
— Чего так рано приперся? — услышал Гвоздь. — Я же тебе русским языком все объяснил…
— Не, я тут проходил мимо, — кое-как справившись с удивлением от столь невиданной встречи, начал врать Гвоздь. — Дай, думаю, зайду к Браслету, а заодно и скажу ему насчет Мболы. Чего до понедельника тянуть? В понедельник будут одни деньги, а в субботу — другие. Я так рассудил…
— Давай заходи ко мне в дежурку, раз пришел! Нечего зря светиться! — недовольно проворчал Тимур, пропуская Гвоздя в помещение и закрывая за ним замки.
— А ты, как посмотрю, в большие люди выбился! — произнес Гвоздь, с уважением осматривая охранное оборудование в «дежурке». — Телевизоры у тебя тут, телефоны, как у министра!
— Это электронные мониторы, — пояснил Тимур. — Ты еще только вышел из-за угла вон того дома, а я тебя ужи здесь увидел и опознал.
— Ну да? — поразился Гвоздь. — Надо ж, как техника вперед скачет. Пока мы там между собой кувыркаемся, она развивается!
— Ладно, раз пришел, сиди и дожидайся Браслета. Он обязательно должен заехать часам к семи-восьми. Такой человек, знаешь, сам любит проверять несение службы охраной. Ну, чтобы мы там, не спали на посту или, к примеру не пьянствовали…
— Мудрый человек! — уважительно покачал головой Гвоздь. — Я б на его месте вообще никуда не уходил. Проверял бы каждую секунду всех и каждого, кто у меня работает. Доверяй, но проверяй! А ты чего, один дежуришь, что ли? — неожиданно поинтересовался Гвоздь.
— Да, сейчас мы по одному дежурим, потому как охранников нехватка. Естественная убыль…
— Это как? — не понял Гвоздь.
— Ну, уходят люди на другие места, в другие организации, где условия лучше, — объяснил Тимур.
— Понимаю! Идут туда, где больше платят. Это я очень даже хорошо понимаю.
— Ты вот что, — взглянув на часы, засуетился Тимур. — Посиди пока в комнате отдыха охраны, а то если Браслет тебя здесь застанет, потом разговоров не оберешься. Тут посторонним находиться запрещено.
— Как скажешь. Мы люди не гордые, можем и в уборной переночевать…
Проводив Гвоздя в соседнюю с дежуркой комнату, где стояли журнальный столик, два кресла и топчан, Тимур закрыл за ним дверь на замок, крикнув успокоительно: «Не скучай там! Журналы посмотри пока! А я тебя потом выпущу!..»
Гвоздь, настороженно оглядевшись, подумал: «Что-то не нравится мне здесь! Эта комната похожа на ментовский «обезьянник». Хотя там, конечно, было поспокойнее и попривычнее… Люди рядом, опять же, кувыркаются, решетки — все как надо! Здесь же тихо, как в склепе… Просто — бр-р! — да и только».
На всякий случай подергав за ручку запертую дверь, Гвоздь тяжело вздохнул и подошел к топчану. «Полежать, что ли? А почему тут окна не предусмотрено? Нет окна — это опасно! В случае чего и не выберешься отсюда. А вон там такой же «телевизор» в стенке, как у Тимура в дежурке… Глянуть, что ли, в телевизор? Чего там видно в окружности этого офиса?»
Гвоздь, подойдя к стене с монитором, начал нажимать на разные кнопки. Неожиданно маленький экран засветился, и на нем появилась физиономия Тимура.
— Чего ты там технику курочишь? Я же тебе сказал: «Посмотри журналы!» А ты что делаешь?
— Не могу я тут! — всхлипнул Гвоздь. — Страшно чегой-то…
— Как ребенок, честное слово! Вот навязался на мою голову, как будто у меня и без тебя проблем мало! — взъерепенился Тимур, и на душе у Гвоздя сразу стало куда спокойнее.
— Ты говори, говори! Я слушать буду! — обрадованно сказал Гвоздь. — Для меня твои слова — одно удовольствие. Не привык я один сидеть. Все время на людях: то в общей камере, то в палате. У меня даже комната была в коммуналке. Всю дорогу с обществом. Мы не индивидуалисты какие-то там! Это понимать надо!
— Погоди-ка! — прервал Гвоздя Тимур. — Кто-то к нам пожаловал…
— Что, Браслет приехал? — сразу стал угодливым и услужливым Гвоздь. — Я с ним сейчас насчет Мболы покалякаю… Все сделаю, как ты сказал!..
— Да нет, это не Браслет… Погоди, не мешай! У меня тут сработка сигнализации на верхнем уровне. А это значит…
Неожиданно экран контрольного монитора в комнате отдыха охраны мигнул и погас, но Гвоздь, думая, что Тимур его все еще слышит, продолжал спрашивать и сам себе отвечать:
— Что значит-то? Ну, я спрашиваю, что значит? Ты сказал: «А это значит…» И что? Понимаю, ты, наверное, хотел сказать, что наверху что-то испортилось… Так часто бывает! Помню, у нас в санатории как-то электричество погасло. Это и понятно! Проводка-то там старая. Только тронь, она сразу рассыпается. Тогда я и говорю нашему электрику: «Федя!» Электрика так звать. «Федя, — говорю, — а не поставить ли тебе «жучки» на пробки?» Он меня тогда по-матерному к Нине Самойловне послал. «Пускай, — говорит, — раскошеливается на капитальный ремонт всей санаторной энергосистемы! А то взяли моду на дураках ездить!..» Тогда я сказал ему, что…