Парцифаль
Шрифт:
Мелианц чуть не погиб,
Весь кровью обливался...
Да, тот, кто не сдавался,
Шаута-короля 106 птенец,
Гавану сдался наконец,
Стыд испытав и муку...
Бранную науку
Гаван недурно изучил:
В плен короля заполучил
И в тыл его направил,
Не нарушая правил...
Ликуют горожане,
А там, во вражьем стане,
Был Красный Рыцарь уязвлен
Тем, что король его пленен
И в правый локоть ранен,
106
Шаут – так звали отца Мелианца.
А дерзкий горожанин,
Который перед ним дрожал,
Над ним победу одержал
И, начатый совсем недавно,
Бой завершился столь бесславно
Но, впрочем, он не забывал,
Что сам он честно воевал
И взял немало пленных -
Рыцарей почтенных...
И Красный Рыцарь молвил им:
"Клянитесь господом святым,
Что вы, едва покинув плен,
Добьетесь, чтоб Липпаут в обмен
Мне Мелианца возвратил
И этим распрю бы прекратил.
Но будут тщетными усилья
(Как бы вы князя ни просили),
То вы тогда за мной пойдете
И мне святой Грааль найдете!.."
И рыцари сказали:
"Поверьте, о Граале
Мы не слыхали никогда!"
"Ах, не слыхали? Ну, тогда
Другой есть выход. Например,
Явиться в город Пельрапер,
К Кондвирамур прекрасной,
И молвить: "Рыцарь Красный,
Тот, кто Кламида одолел,
Вам низко кланяться велел.
Живет он, лишь о вас заботясь,
И верит: вы его дождетесь!
Он молит его не забывать:
Грааль он жаждет завоевать..."
...Сии он произнес слова
И – божья воля такова -
С князьями распростился
И снова в дальний путь пустился,
Куда вела его мечта...
...А в это время со щита
Герой Гаван снимал рукав.
Его Клаудите передав
Для благородной Обилот,
Он ей поклон нижайший шлет...
Рукав был сильно продырявлен,
Но, как сокровище, доставлен
И, украшавший славный щит,
К платью девочки пришит...
. . . . . . . . .
И вот за стол герои сели.
О, как там пили! Как там ели!
Гаван счел нужным попросить
И Мелианца пригласить
К столу, чтоб побежденный
Изведал, переубежденный,
Что значит благо истинного мира!..
Вдруг посредине пира
Те пленники вступили в зал,
Которых Красный Рыцарь взял,
И все, кто были в зале,
Явившимся внимали,
Как Рыцарь Красный их пленил,
Затем на милость гнев сменил,
Доспехи и коней оставил
И в город Пельрапер направил,
В далекую дорогу...
...Гаван в душе молился Богу.
Давно уж он сообразил,
Кем этот Красный Рыцарь был...
О, по Господней воле
Ему не пришлось на бранном поле
Вступить в кровавое единоборство
С тем, кто такое явил упорство -
С любимым другом своим Парцифалем.
(И мы Всевышнего восхвалим!..)
Так жизнь друзей была спасена...
Заметим, что их имена
Здесь, в крепости, не знали...
Ни о прекрасном Парцифале,
Ни об отважнейшем Гаване
Не слыхивали горожане...
...Нет в мире худа без добра.
Гавану тоже в путь пора:
Цель у него одна ведь!..
Барош он вынужден оставить.
К прелестной, дивной Обилот
Он короля Мелианца шлет,
Причем с таким наказом:
Внимать любым ее приказам,
Знать, что ее слова – закон,
Не забывать, что пленник он,
По воле провидения,
И неповиновения
Ни в чем не смеет проявлять,
Чтоб рыцарство не оскорблять!..
. . . . . . . . .
Но Мелианца Обилот
К Обийе, сестре своей, ведет
И молвит без гордыни:
"Служите ей отныне!
Я Обийе вас отдаю!
А волю выполнить мою
Вас в этом самом зале
Недавно обязали.
Так исполняйте ж мой приказ!..
Ведь Обийе любила вас,
И знаю я, что вскоре
О вашей глупой ссоре
Забудете вы оба,
Друг друга полюбив до гроба!..
Итак, сестра вам – госпожа!.."
Обийе, от счастья вся дрожа,
В объятья заключила,
Кого судьба ей возвратила, -
Храбрейшего средь королей!
Ах, Мелианц был дорог ей!
Она давно жалела,
Что так его задела,
В нем справедливый вызвав гнев...
Однако, все преодолев
И не утратив чести,
Они отныне вместе!..
Она к его прижалась ране -
Мелианц был как в тумане.
Он приложился к ее глазам,
И волю дала она слезам,
Охвачена порывом
Воистину счастливым!..
...К вам обращаюсь я с вопросом:
Кто это принес им
Вдруг столько счастья и добра?
Та, что, как этот мир, стара
И молода навечно!
Вы поняли, конечно,
Что это – госпожа Любовь,
Которая вернулась вновь,
Вся в солнечном сиянье,
В мое повествованье...
...Князь Липпаут в сие мгновенье
Влюбленным дал благословенье
На вскоре предстоящий брак...
А что Гаван?.. Он как-никак
В сию историю замешан.