Чтение онлайн

Я ничего не расскажу,

Страшась обидеть госпожу,

Открою лишь, что благотворен

Был истинно целебный корень,

Который все недуги снял...

(Кто этот корень принимал,

Сам по себе наверно знает:

Сие лекарство помогает!

Умей лишь пользоваться им!..)

...Итак, скорее поспешим

С героем нашим утро встретить,

Но предварительно заметить

Считаю здесь необходимым:

Ночные бдения с любимым

(Хоть тысячу ночей подряд!..)

Ничуть здоровью не вредят!..

. . . . . . . . .

Так безо всяких забот пролетели

Две распрекраснейшие недели.

Шла ночь за ночью, шел день за днем,

Мешаясь в празднике одном.

Конца нет играм да гуляньям!..

Но вот однажды, утром ранним,

Когда, влекомые покоем,

Все разбрелись по своим покоям,

Сидели в нише у окна,

В которое была видна

Река в подножии обрыва, -

Гаван сидели и Арнива,

И рыцарь королеву-мать

С почтеньем просит рассказать,

Как замок сей Клингсор построил,

И как он это все подстроил,

И главное, – о том и речь!
–

Как смог он стольких дев завлечь,

Не дав им выбраться отсюда?

Как совершил он все это чудо?..

Арнива, хоть и была седой,

Дух сохранила весьма молодой

И непосредственность девичью,

Что не пошло во вред величью...

Она промолвила в ответ:

"Ну, чуда тут большого нет

В сравнении с чудесами теми,

Что происходят в наше время,

И что свершал Клингсор не раз,

Как у других, так и у нас...

Во многих землях он известен...

Конечно, твой вопрос уместен:

Как он нас всех завлек сюда?..

Но такое случается иногда:

И сманивают, и уводят,

И до безумия доводят,

И держат хуже чем в плену

Даже законную жену!

Любовь порой приносит горе...

Но расскажу тебе о Клингсоре...

В самом Неаполе рожден,

В Терра де Лабур 145 он сел на трон...

Он – отпрыск вполне знаменитых фамилий.

Дед его – неаполитанец Вергилий 146–

Чуть ли не с детства волшебником слыл,

Да, он великим кудесником был...

Клингсор же в Капуе 147 был князем

Благодаря своим тайным связям...

Но князя юного манила

Не власть, не рыцарская сила,

А лишь объятья баб дурных...

Он сутки проводил у них...

За кем он только не волочился?

У него рассудок помрачился!..

Когда бы видел ты его!

Хотел он только одного,

Считая это высшим благом!

И ради этого стал магом,

Чтоб не было ни разу

Его домогательствам отказа...

Гнев всех мужей Клингсор навлек...

Но тут содержится намек

На некое его отличье.

Однако требует приличье

Нам этот обойти предмет...

А впрочем, почему бы нет?..

Я расскажу тебе все, что знаю...

В Персиде, 148 я припоминаю,

Нет, нет, не в Персиде, а в Калот-Эмболот 149

Один король принес ему много хлопот.

Клингсор спал с его женой!

И король, явившись в час ночной,

Застал любовников в постели.

Те и подняться не успели,

Как сталь сверкнула и – долой

То, чем любовник удалой

Пред женщинами похвалялся!..

С тех пор Клингсор скопцом остался

И сделался безмерно зол!

О, сколько он понаделал зол!

Лишь злом душа его дышала,

Все доброе ему мешало.

Став непригодным для любви,

Он, с жаждой мщения в крови,

Употребил свое искусство

На убиенье в людях чувства,

И в заточенье держит он

Тех, кто любим и кто влюблен.

И в этом для него едины

Как женщины, так и мужчины.

Средь наших бедных полонянок

Язычниц ты и христианок

Одновременно встретить мог...

Да, всех он запер на замок,

И мы надеемся отныне

Сказать «навек прощай!» чужбине

И разбежаться по домам...

Отчизна греет сердце нам,

А на чужбине сердце стынет...

Тот, кто родину покинет,

Найти обратный должен путь!..

Прекрасна возвращенья суть!..

О, тот, кто землею и звездами правит,

Пусть нас, идущих домой, не оставит!..

Любимую дочь рожает мать,

Дабы дочери матери матерью стать.

Льды происходят от воды,

И опять водой становятся льды.

Была я в радости взращена

И к радости буду возвращена.

Так плод всегда порождает плод,

К брегам отрады ладья плывет,

И кто понимает мой намек

От брега блаженного недалек...

. . . . . . . . .

Давно когда-то выпал мне

Счастливейший жребий... В моей стране

С дочерью моею вместе

Была я большой удостоена чести,

Любви и верности благородной...

Была королевою я народной:

Ко всем справедлива, со всеми добра,

Любому страждущему – сестра...

Одною мыслью теперь я живу,