Чтение онлайн

— За сколько ты готов выкупить мою долю?

— Я уже сказал — я не собираюсь ничего покупать. Хотя глядя на бедственное положение «Гринтек», правильнее было бы называть это благотворительностью. Эти акции уже ничего не стоят. Я не скупаю металлолом — эта не в сфере моих финансовых интересов.

— «Гринтек» еще не пошел на дно, — пытаюсь удержать разговор, потому что и ежу понятно — Лекс просто ищет повод меня отфутболить.

А вот дудки ему!

— Это просто вопрос времени, Вик. Крупные гиганты не падают сразу в могилу — это басня, придуманная любителями нагнать страшилки на начинающих бизнесменов. Обычно, большой бизнес сначала ломает ноги, потом опускается на колени, а потом просто тухнет и гниет, но уже безвозвратно. «Гринтек» уже начал тухнуть. И если бы ты, владелица целых двадцати процентов, интересовалась, как обстоят дела, с таким же рвением, как сейчас пытаешься всучить мне дырку от бублика, то знала бы, что «Гринтек» в полной жопе.

— Я не пропустила ни одно собрание акционеров! — гордо говорю я.

Но в ответ на это Лекс только безобразно громко смеется. Но хотя бы не пытается сбежать. Значит, я выиграла немного времени. Нужно хотя бы сейчас не потратить его впустую, а придумать, как заставить его сделать по-моему. Хасский говорил, что я должна сделать все, чтобы выкупить акции. Что это — единственные деньги, на которые я могу рассчитывать. Значит, нужно из шкуры вылезти, но сделать так, чтобы Алексей заплатил.

— Хорошо, Вика. Ты уже один раз поразила меня своими энциклопедическими знаниями, и я, признаться, очень этому удивился. Сыграем еще раз? Какой была процентная ставка…

Дальше он говорил длинное предложение, которое звучит для меня примерно так же «понятно», как песенка Винни-Пуха: «Трум-пурум-карам-сопилки-труп-пурум-карам-вопилки…»

— А можно еще раз и помедленнее? — хлопаю глазами, заранее зная, что даже если Лекс сделает одолжение и повторит, я все равно ни черта не пойму.

— Проехали, Вик. Разговор окончен, наконец?

— Нет, — упрямо стою на своем.

Мозг как будто напрочь отказывается думать, потому что вместо того, чтобы искать выход из безвыходного положения, я продолжаю размышлять, где растут те чудо-ягоды, благодаря которым Лекс стали таким чертовски… классным?

— Я готова… уступить. — Стараюсь выглядеть серьезной и уверенной, хотя после его клоунады, чувствую себя порядком растерянной. — Какой-то разумный процент, само собой.

— Урок математики средней школы — любое число, помноженное на ноль, дает ноль, — голосом занудного учителя, говорит Лекс, и снова нервирующе глазеет на часы. — Я не куплю то, что ничего и не стоит. И тем более не куплю то, что мне в принципе не нужно.

— Это ведь твой «Гринтек»! — Не могу поверить, что он действительно собирается дать своей мечте просто пойти на дно, как «Титаник». — Ты столько сил в него вложил. Так мечтал, что однажды…

— Очень приятно что ты помнишь, что для меня значил «Гринтек», — грубо перебивает Лекс. И по тому, каким максимально раскатистым становится его фирменное «р» я понимаю, что ни только не помогла ситуации, но сделала еще хуже. — Может заодно вспомнишь, по какой причине ты подарила моему брату жирный кусок моей мечты? А, Вик?

— Это к делу не относится!

Еще одна сказанная абсолютно зря фраза.

Кажется, уже пора заказывать похоронный реквием по моей золотой мечте жить в домике у моря и купаться на закате.

— Ты продала и мою мечту, и меня, — на удивление спокойно говорит Лекс, и даже как будто улыбается. — Потому что так было сытнее и безопаснее. Поступила целиком рационально.

Он даже лениво хлопает в ладоши.

— Я, как видишь, в отместку за это даже не стал срать тебе в кашу. Да мне вообще все эти годы было на тебя глубоко плевать. Или напомнить, кто из нас первым вышел на связь? И с какой целью?

— Лекс, я просто…

— … ты просто снова ищешь безопасный и сытый вариант сбежать с тонущего корабля. Так вот, солнце мое — ты очень конкретно не по адресу. Теперь ебись с Маратом и всем этим дерьмом сама, как хочешь. Но если тебе все еще нужна моя помощь, то у меня есть один весьма состоятельный приятель, которому как раз нужна…

— Да пошел ты! — выкрикиваю вне себя.

— … домработница, — спокойно заканчивается Лекс. — Но я понял — это работа не для королевишны! Вопросов нет. Вик, все, баста. Ничего нового ты все равно не скажешь. А у меня есть более интересные перспективы провести этот вечер, чем слушать твое тупое блеяние.

Он вызывает охрану по телефону и я от отчаяние даже сую в рот большой палец. Только воспоминания о свеженьком маникюре не дают вонзиться в него зубами.

Если я срочно ничего не придумаю, то второго шанса у меня уже не будет.

И еще не хватало, чтобы его дуболомы вышвырнули меня отсюда как пьянчужку!

Почему-то в памяти всплывает старая притча про двух жаб, одна из которых просто сварилась в молоке, а другая так усердно работала лапами, стараясь выбраться, что в итоге взбила масло и по нему смогла выскакать наружу.

Вот, Вика! Шевели лапами!

Будь жабой!

— Ты купишь акции если «Гринтек» продержится на плаву еще… три месяца?!

Лекс, уже открывший рот, чтобы в очередной раз меня поторопить, внезапно его закрывает. И даже как будто озадаченно хмурится.

Ну, я хотя бы привлекла его внимание.

— Алексей Эдуардович?

В дверях появляется квадратная морда верзилы, от одного вида которого меня мутит. Как вспомню, что он с напарником чуть не пинками пытались отогнать меня от входа — хочется взять стакан с Лекса и зарядить ему в голову, чтобы прошла навылет.

Лекс смотрит на меня, потом на охранника, а потом — снова на меня.

— Гриш, иди пока. Если что — я сам провожу… гм-м-м… гостью.

И возвращается на диван.

— Лекс, а ты не мог бы попросить принести мне коктейль? — Я морщусь от неприятного царапающего ощущения в горле. — Во рту пересохло страшно.

Он вызывает какую-то девицу, и когда она приходит, я разворачиваюсь спиной, делая вид, что что роюсь в сумочке, и нарочно сажусь так, чтобы волосы закрывали мое лицо.

— Можно мне повторить, а девушке стакан сока? — слышу, как говорит Лекс, и мысленно показываю ему фигуру из трех пальцев.