Чтение онлайн

Джакс машет мне на прощание и уходит, оставив висеть в воздухе свой вопрос, словно неподключенный кабель. И, правда в том, что у меня нет ответа.

Покатавшись еще немного на волнах, я тоже собрался уходить. Моя машина стояла, освещенная солнцем и потому, я не сразу заметил высокую фигуру, прислонившуюся к моему джипу.

Я мгновенно узнаю ее, несмотря на маскировку огромной соломенной шляпой и больших солнцезащитных очков в стиле Одри Хелберн. Она в черном бикини, дразнящая своим кружевным саронгом. Она единственная девушка с такими идеальными пропорциями.

Лекси.

– Я всегда знала, что ты очарователен, когда занимаешься серфингом. Эти капельки, стекающие по твоим мышцам…

Я нахмурился, искренне желая, чтобы меня раздражало ее присутствие.

– Где Дэвис? Его сегодня не выпустили из музея восковых фигур?

– Я пришла одна. Я смотрела на тебя, - говорит она, снимая очки, чтобы продемонстрировать свой серьезный взгляд.
– Мне захотелось приехать и поговорить… но я ненавижу разбивать счастливые пары.

– Мы с тобой были счастливой парой, - говорю я, не успев остановить свой мозг, чтобы он не говорил эти жалкие слова.

– Почему были?
– спросила Лекси.

Я отворачиваюсь, пытаясь игнорировать глубокую боль от того, что слишком много стало ее в моей жизни. Сосредотачиваюсь на волнах, надеясь, что они помогут мне унять воспоминания.

– Если ты пришла что-то спросить, - говорю я, начиная загружать холодильник и доску в багажник джипа, - валяй, задавай.

Она обиженно надувает губки, перед чем я никогда не мог устоять.

– Может, присядем где-нибудь и поговорим?

Я знаю много ответов на этот вопрос. Нет. Да пошла ты. Может позже. Как насчет следующего вторника? Но мой мозг выбирает свой ответ и выдает:

– Конечно.

Мы в кафе Пиеридис, у которого один из красивейших видов. Кроме того, я лично знаю владельца кафе, и он позаботится о том, чтобы держать столики вокруг нас пустыми.

Лекси смотрит на океан, будто видит его впервые, или же она прекрасно знает, что я не могу устоять, чтобы не посмотреть на красивый изгиб ее шеи, когда она поворачивается. Мы молчим, ожидая, когда нам принесут капучино, будто нам нужно время, чтобы снова привыкнуть друг к другу. Затем Лекси вынимает сигарету, закуривает, и я знаю, что это знак, что все просто дерьмово. Такие звезды никогда не курят публично. Я всегда считал отвратительной эту привычку, но сейчас я все прощаю Лекси. Почти все.

– Все пошло не так, - говорит она и выпускает облако дыма.

– Забавно, - говорю я, - почему-то в последний раз, когда я видел тебя, ты казалась весьма довольной собой.

– С тех пор прошла неделя. А это сейчас. Неделя - огромной срок в мире музыки - ты знаешь это.

– Твой альбом до сих пор на вершине чартов. Не вижу никаких проблем.

– Был на вершине. Теперь он падает, как камень.

Она держит сигарету кончиками пальцев и склоняется над чашкой кофе. Что-то в этом жесте заставило меня сжаться, и внутри застучал молоточек басовыми нотами. Внезапно мне показалось, что мы не здесь, не в этом шикарном пляжном кафе, распивающие капучино за десять долларов из огромных чашек. Я вновь оказался в самом начале, когда мы с Лекси сидели в захудалом бруклинском кафе, пили горький черный кофе из пластиковых стаканчиков, и раздумывали, как вывести ее на вершину чарта.

– Как, черт возьми, это случилось?

Лекси грустно смеется, прежде чем затянуться сигаретой еще раз, оставляя на окурке розовый след от помады.

– Дело не в музыке, а в Дэвисе. Музыка - просто инструмент, а настоящий товар - это я. Все было сделано, чтобы получить лучший альбом. У него был грандиозный план. Множество мероприятий по всей территории США. Проделана работа в соцсетях. Выдуманы всякие скандалы, чтобы попасть в новостные сайты. Мне кажется, он даже нанял компанию, чтобы накрутить просмотры и оставлять различные комментарии. Все было спланировано. Как военная операция. Пропаганда.
– Лекси берет паузу, и в очередной раз начинает рассматривать пену в своей чашке.
– А музыка отстой. Музыка всегда полный отстой. Все, что он делал, это засовывал меня в какой-нибудь горячий клип. Или выпускал песню с противоречивой лирикой, которая продвигалась чуточку дальше, чем песня последней пустой поп-звезды. Ты случайно слышишь ее - и уже начинаешь подпевать. Но сейчас, когда альбом вышел - и люди могут его послушать целиком и начнут его судить сами… Я не знаю, куда мне спрятаться от всего этого.

Я медленно пью кофе, не сводя с нее глаз, и чувствую, как во мне нарастает буря, которая вот-вот выйдет наружу.

– Так что ты хочешь от меня?
– проговариваю я.

– Мне нужен друг. Совет. Я не знаю.

Я смотрю на нее и делаю глоток.

– Можешь мне не верить, но я не хочу, чтобы мы стали чужими, Брандо. Я слышала, что у тебя новый проект - и я действительно рада за тебя. Честно. Я хочу, чтобы у тебя все получилось. Серьезно, твоя последняя подстилка достаточно мила, и я уверена, что, приложив должные усилия, у тебя получится сделать из нее хотя бы наполовину что-то приличное, так ведь?

Я не в состоянии вымолвить ни слова. И знаете, что самое худшее? Он говорит все это без тени злорадства. Она действительно все так и думает. По ее мнению, она просто сделала мне комплимент.

Я допиваю остатки кофе и достаю бумажник, чтобы расплатиться.

– Что ты делаешь?
– спрашивает Лекси, удивляясь моим действиям.

– Я расплачиваюсь за кофе.

– Куда ты собираешься? Мы даже еще не поговорили…

– Мне раньше казалось, что ты идеальна, - прерываю я ее, кладя деньги на стол и глядя ей прямо в глаза, - поэтому, когда ты ушла, я изводил себя, думая, что проблема во мне. Я думал, Дэвис знал то, чего не понял я. И что, у меня никогда не получилось бы сделать из тебя звезду, как у него. Но теперь-то я понял, все это время я был прав.

– Это совсем не так…

– Ты хотела этого, Лекси. Тебе всегда хотелось нечто бОльшего, чем просто музыка, - рычу я, сдерживая свой гнев, - так вот - получай!

– Брандо, - умоляет Лекси, кладя свою руку на мою, когда я встаю, - не уходи. Пожалуйста. У меня сейчас никого нет.

– Слишком поздно, - говорю я, отбрасывая ее руку, - я уже ушел.

Это предчувствие. Она не должна быть в студии как минимум еще пару часов, и сейчас должна быть ее смена в кофейне. Тем не менее, Джош уже в студии, и, по крайней мере, мы успеем выпить по пивку, ожидая ее. Однако, по мере приближения к студии, я слышу, что моя догадка верна.

Что-то гремит и стучит. Быстро и энергично. Доносятся звуки гитары и барабанов. Я выхожу из машины и, чем ближе подхожу к студии, тем отчетливее и громче становится звук.

Она первое, что я замечаю, когда вхожу в студию, и она первая, кто замечает меня, несмотря на то, что она уже поет под гитару, отбивая ритм ногой. На ней была обтягивающая майка, и рваные джинсы, демонстрирующие ее стройные бедра. Я смотрю, как она извивается, пританцовывая, и начинаю ощущать, как сильно меня это возбуждает.