Пароград
Шрифт:
Шаруан тем временем все ещё не мог отвести руку от груди, и шел с гордым боевым настроем, смотря вдаль, как орел. Сам Шаруан по характеру был человек довольно надежный и справедливый. Он был, так сказать, на «голову выше» братьев, причем во всех смыслах слова.
– Ну что?! – приобнял Шаруана Касым- Еще немного и станешь новым главой аула?!
– Ну, я…
– Как будто ты сам не осознаёшь этот маленький шаг…
– Да брось. – отнекивался по дороге Шаруан – Я просто веду вас на перекочевье по новому маршруту, стараясь не попасться джунгарам. Вот и всё.
– Сегодня ведешь нас один раз, через неделю ведешь нас уже десять раз по новым маршрутам, все тебе повинуются… Практика рождает всё: опыт, знание, умение, харизму и так далее.-продолжал весёлым тоном говорить Касым.
– Ну, возможно, ты и прав, немножко.
– В его словах присутствует частичка правды. – подтвердил Углык.
– Да, да, да, да.
– Слушай…, а как нам теперь тебя называть? – воскликнул шутливо Касым.
– Касым… – улыбнулся Шаруан.
– «Абдула младший»…
– Касым…
– «Папа два», «Шаруан вождь». Звучит?! А?!
– Я смотрю: шутить ты так и не научился. – усмехнулся Шаруан.
– Ладно, ха-ха, смущать не буду, братец. Вон уже твоя юрта. – тут братья стали провожать Шаруана.
– Удачи, брат. – говорил, подбадривая Углык.
– Иди работай, первопроходец ты наш! – добавлял Касым- Мы на тебя надеемся!
– Непременно, ребята, непременно! – отвечал им Шаруан.
Углык и Касым пошли дальше.
– Любишь ты, Касым, не в свои дела лезть все-таки- сказал Углык – Аукнется тебе это еще.
Касым улыбчиво ответил:
– Если и аукнется, то мне с моими хорошими делами и поступками ничего не грозит. Ты, видимо, братец, не слышал от знакомых о том, что такое карма. Вмешиваюсь, когда считаю нужным. Да и сейчас это просто шутка для того, чтобы подбодрить Шаруана. А то ходит весь какой-то зажатый, несобранный. Волнуется. Ты, братец, лучше про себя расскажи: как жена, дети? Чего нового?
– С Жансаей мы все еще живем душа-в-душу; что касается сына: Ануру нынче не сидится на месте. Его постоянно тянет к приключениям и ко всему такому, «неизвестному». Впрочем, как и всегда.
– Ну, ничего не поделаешь. Да и потом, разве мы в его возрасте не были такими, а?
– Вот именно что не были. – вздохнул Углык – Это другой случай: видим мы зайца непропорциональных размеров- он приписывает это к замаскировавшимся троллям; для нас падает звезда – для него это сгусток пыли с «невероятной силой, которую прежде не видывал человек». Парню четырнадцать лет. Даже не знаю, что мне делать с его фантазиями?
Братья шли медленно, продольными тропами. «Лагерь» их располагался на группе из небольших холмов. И если некоторые юрты находились на вершинах этих холмов, то основной части «домов-палаток» приходилось ютится в два ряда полукругом у их подножий. В основном здесь была пустыня с кучей солончака и полыни, и можно было наблюдать пару деревьев. Но в целом дороги были: и ходить и ездить можно было. Не так далеко пасся скот, а рядом играли местные ребятишки в подобие то-ли асиков, то-ли гольфа.
– Посмотри туда, Касым. М-да, хотел бы я видеть своего сорванца там почаще, с другими нормальноиграющими детьми.
– Он прям так мало с ними играет? – спросил Касым.
– Нет, играет. Но бывают у него дни, когда он шатается где-то, находит какую-нибудь штуковину ненужную, приносит ее домой, начинает плести какие-то небылицы про нее…
– А помнишь…?
– …как он уговорил нас пойти на поиски «драгоценного камня счастья» и завел нас и еще пять человек в змеиную яму? Помню. Как тут такое забудешь?
– Но не пострадал же никто: все тогда выбрались целыми, пусть и с трудом.
– Ну, ключевое слово здесь «тогда». И не менее ключевое «с трудом». А что же будет потом?
Анур действительно верил постоянно во всякую мистику, загадки и «вещи не естественного происхождения». Много на что велся сын Углыка. Например: однажды сельские мальчишки нарисовали на камне всякие символы обуглившимися веточками из костра, а Анур нашел его, и принял за сверхъестественное происхождение его появление здесь. Обрадовался. Притащив камень домой, он начал всем хвастаться, что мол он нашел следы древней цивилизации или инопланетян. Как над ним все смеялись, когда выяснилась правда. Анур, конечно, не растерялся, и посмеялся за компанию, хотя в душе он плакал. Но найти что-то невероятное попыток он не бросал, и все еще верил, что «Мы не одиноки во вселенной».
Истории из жизни
– Папа, папа! – раздался вдруг звук со стороны юрты Углыка- Папа, послушай, что сейчас…
– Приготовься, – шепнул Углык Касыму- сейчас начнётся. – и, вздохнув, добавил- Ещё пара таких историй, и по ним можно будет целый роман написать.
«Ты так говоришь, как будто умеешь писать»– подумал Касым.
– Может зайдешь к нам на дастархан?
– Что? Нет, нет, я нормально поел утром. – отказался Касым.
– Ну как знаешь. Тогда подожди меня. Я поем, а потом начнем собирать вещи в путь далекий.
– Жду, брат. Я пока посижу здесь, подышу свежим воздухом.
Углык кивнул головой и зашел в юрту.
Юрта Углыка мало чем отличалась от отцовской, разве что узоры на стенах более золотистые, и было больше стопок вещей вне сундуков; ну и стол был накрыт, а в остальном все точно так-же. За столом уже сидел Анур.
– Папа, слушай, сейчас такое расскажу! В общем…
– Да-да, да, сынок, с наслаждением выслушаю тебя; но сначала папе надо поесть, рассказывать будешь по ходу событий… то есть дела.
Касым уселся на скамью рядом с юртой Углыка, закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Но не успел он задуматься, как со стороны послышалось:
–Касым? Ты почему не сказал, что придешь? Я бы приготовила побольше.
Касым обернулся. Рядом с ним стояла женщина в длинном одеянии, без головного убора, с чёрными волосами, с маленьким носом и пухловатым рельефом вокруг него, и в целом узким лицом. В руках она держала таз с мокрыми вещами. Это была жена Углыка.
– А, Жансая. Нет, спасибо, я не голоден. Я жду Углыка.