Чтение онлайн

— Мы не размножаемся, мы возникаем в первичной нереальности как эволюционный артефакт связанный с эволюцией человеческих женщин. Мы чистая хищная женская меметика, ты же все знаешь.

— Хорошо, тем более, вас трое. Как бы то ни было, вы не имеете право враждовать друг с другом. Вас для этого слишком мало. Нужно думать, о восстановлении популяции.

— Этого не нужно Рейчел. Не нужно восстанавливать популяцию. Мы не те существа, чтобы шла речь о многочисленной популяции. Мы не люди, не насекомые не мыши. Мы другое.

Рейчел посмотрела на Клэр, та, в свою очередь, смотрела на нее «просящим» взглядом.

— Рейчел, помоги мне убедить Кобру Фохт, что я не виновна. Будь на моей стороне. Я буду благодарна. Просто повлияй на ситуацию. Я не хочу, чтобы она была мне врагом. Как, впрочем, и Моранта. Если она узнает, что я жива.

— Клэр, я со своей стороны, сделаю все, чтобы оставшиеся демоницы сохранились и не погибли бы. Не допущу этого. Я ученый, в конце концов. Моя задача сохранить вам жизнь.

— Хорошо Рейчел, тогда до связи, — сказала Клэр. — Постарайтесь успеть до следующей гостиницы, уже на территории Белоруссии. После Белоруссии езжайте в Россию. Там будет поспокойнее.

Лючифера исчезла, и появилось лицо Зины.

— Ну и что вы думаете, доктор Рейчел? — спросила Зина.

— Я думаю, что нужно не допустить их вражды, вот что я думаю. Нельзя им враждовать.

Мистер Шин вылез из мусорного контейнера и своими тонкими длиннющими ногами стал слезать с грузовика. Вокруг стояла вонь, неподалеку виднелись кучи мусора. Двое мужиков шли принимать контейнер и остановились как вкопанные. Какой-то длинноногий китаец, своими длиннющими ногами перешагнул через бортик, и встал перед ними, глядя злыми раскосыми глазами.

— Прочь с дороги, — гнусаво сказал мистер Шин.

Мужики не отвечали, а просто стояли в недоумении и не знали что сказать. Мистер Шин, тем временем перешагнул через кучи мусора и взобрался на забор. Запрокинул длиннющие ноги и был таков.

— Прямо как кузнечик… — сказал один из мужиков.

— САМИ ВЫ КУЗНЕЧИК!!! — донесся из-за забора гневный, переполненный возмущения возглас.

Неприметный автомобильчик ехал на средней скорости по живописной весенней трассе. Лучи солнца весело купались и играли на его поверхности. Вокруг все ближе и ближе подбиралось лето, хотя деревья все еще стояли в дымке. Сара Мессмэр сидела за рулем и лениво, одним пальчиком в черной перчатке, держалась за пухлый руль, второй рукой она подпирала свою щеку. Рядом, обхватив свои колени, сидела лаборантка Кэт. Уже пятнадцать минут они не разговаривали друг с другом. В конце концов, молчание прервала Сара Мессмэр.

— Кэтрин, — сказала она. — Послушай меня внимательно. Ведь достаточно подключить логику. Просто логика. Ты же человек логичный, я надеюсь.

— Говори Сара, — ответила лаборантка Кэт. — Мне нужно, чтобы ты говорила.

— Хорошо, говорю. Давай вернемся к логике. Если доктора Кэролайн не убить, то она убьет Кобру Фохт ведь так?

— Так. И она действительно убьет ее. Я в этом не сомневаюсь.

— Вот, этот факт мы с тобой уже установили. Едем дальше. Если она убьет Кобру Фохт, то мы лишимся самых дорогих товаров во вселенной. Товаров из первичной нереальности. Ты согласна с этим?

— Согласна, — ответила лаборантка Кэт, посмотрев на Сару тусклыми глазами.

— Значит твоя мечта, избавиться от суспензии, что сидит в тебе, будет уже не осуществима. Потому как технология по переносу твоего сознания обратно в тело двадцатитрехлетней девушки, как ты этого хочешь, стоит диких миллиардов межпространственных кредитов. Нет Кобры Фохт — нет ее товаров — нет кредитов. Логично?

— Более чем логично, — грустно ответила лаборантка.

— Ты мне скажи вот что, — сказала Сара, взяв руль обеими руками и увеличив скорость, так как пошла удобная ровная трасса, и можно было разогнаться до ста сорока, что Сара и сделала. Правда, она посматривала на маячок, и слишком близко к девушкам не приближалась. Все время сбавляла скорость, чтобы быть не обнаруженной. — Скажи мне такую подробность, тогда в 1801 году Кобра Фохт напала на вас обеих сразу?

— Да. Мы были очень близкими подругами. Мне было двадцать два года, а ей было двадцать пять. Мы шли вместе, держались за руки. И она напала на нас. Заставила пойти в книжный магазин и купить ее книги. Она тогда охотилась на девушек под видом знаменитой писательницы женских любовных романов Кобры Фохт. Мы купили ее книги. Стали этим же вечером читать и она нас стала готовить к пожиранию. Красная Черепаха сделала двоих супервоинов при помощи суспензии. Меня и Кэролайн.

— Значит, в отличии от Кэролайн, ты не хочешь смерти Кобры Фохт?

— Я хочу вернуть себе тело двадцатитрехлетней девушки. Я хочу быть живой. Я не хочу быть ужасным мертвецом с суспензией внутри. Я ведь просто девушка. Мне до сих пор двадцать два года. Хоть и прошло уже время, но я просто девушка. Я не убийца, не кровосос не палач. Как это ужасно существовать мертвой. Ты даже себе представить не можешь.

— А Кэролайн?

— Кэролайн обезумела. Она хочет мести. Она все время говорит, что уйдет в бездну только вместе с последней хищницей. И что она отомстит ей за каждую съеденную девушку. Она не хочет больше ничего. Она хочет только мести.

— А ты хочешь вернуть себе живое тело?

— Я хочу вернуться в живое тело и хочу любить, хочу родить ребенка. Я хочу познать мужчину в постели. Я хочу быть женщиной. А не этой гадкой суспензией.

— Ты не успела переспать с мужчиной до того как напала тварь?

— Нет. Не успела. Я даже не целованная. Я тогда, когда она напала на нас, шла и несла ему полевые цветы. Сама нарвала. Хотела признаться ему в любви.

— Как его звали?

— Кристиан… я любила его. Он так и не познал меня. Хищница на меня напала. Потом Красная Черепаха превратила меня в мертвое чудовище.