Чтение онлайн

– И что ты предлагаешь? – скривилась Зочи.

– Надо помочь Сэмму выбраться из больницы и с острова, – ответила Кира. – Собирайте вещи, походные принадлежности, оружие. Встретимся через час на углу шоссе и проспекта. Изольда, – Кира расстегнула кобуру, – твой пистолет у меня…

– Я не могу поехать с вами.

– Ты же согласилась участвовать, – удивилась Зочи.

– Я помогу, чем смогу, здесь, – пояснила Изольда. – Но уехать не могу.

– Нам нужно как можно больше людей. А вдруг что-то пойдет не так? – проговорила Кира.

– Не могу, и все, – уперлась Изольда. – Дело не только во мне. Я бы с вами поехала, но… – она остановилась. – Я беременна.

У Киры отвисла челюсть.

– Что?

– Я беременна, – повторила Изольда. – Только сегодня утром об этом узнала. Я с вами, но не могу… рисковать, – она посмотрела Кире в глаза. – Прости.

Кира покачала головой: новость ее ошеломила. Девушка скользнула взглядом по животу Изольды, плоскому, как у супермодели, потом посмотрела в лицо.

– Это… искусственно?

Изольда покачала головой:

– Сенатор Хобб.

Кира ахнула.

– По обоюдному согласию? – спросила Зочи. – Если нет, то я по дороге из города заверну в палату Сената и пристрелю этого гада.

– Нет-нет, – быстро проговорила Изольда, – ничего дурного… ну то есть он мой начальник, и это, конечно, не очень хорошо, но он меня не принуждал. Я сама его хотела. Мы засиделись допоздна на работе, и я…

– Ты выпила? – поинтересовался Маркус.

– Это личное дело Изольды, – ответила за подругу Кира. – Она сказала, что сама этого хотела, – Кира бросила сердитый взгляд на Зочи. – Пристрелим его по пути назад. Изольда останется в городе и прикроет нас. В прошлый раз ей это прекрасно удалось.

– А как мы поедем? – спросил Маркус. – Даже если удастся вызволить Сэмма из больницы, что дальше? Отправимся в Бруклин, как вы в прошлый раз?

Кира покачала головой:

– Когда они поймут наш замысел, выставят на той дороге патрули. Нам надо уйти на север и переплыть пролив.

В комнате повисло молчание: сама мысль о подобном путешествии пугала. Никто не знал, как управлять лодкой, а плавать умела только Зочи. К тому же в тех краях орудовали многочисленные шайки Голоса.

– Она права, – медленно проговорила Зочи. – Между нами и Манхэттеном слишком много солдат Сети обороны, так что разумнее направиться на север, – она забарабанила пальцами по столу. – Но поможет ли нам партиал? Знает ли он, где найти лодку?

– Лодок на северном побережье полно, – заверила Кира. – Мы их постоянно видели во время вылазок. Остается лишь найти с полным баком бензина. Он, конечно, старый, испортит двигатель, но мы успеем перебраться на другой берег.

– Если мы вообще дойдем до побережья, – усомнился Маркус. – Обстановка сейчас такая, того и жди, что Голос нападет, тем более что мы из Ист-Мидоу.

– Не станут они нападать на кучку безоружных подростков, – возразила Зочи.

Кира покачала головой:

– Оружие у нас как раз будет.

– Ну все равно, – не сдавалась Зочи. – Они же революционеры, а не убийцы.

– Не загадывайте так далеко, – осадила подруг Изольда. – Если вам не удастся вытащить Сэмма из больницы, ничего не понадобится. Или если вам вообще не удастся пробраться в больницу.

– Это самое сложное, – согласилась Кира. – Они держат его в укрепленном помещении на первом этаже. Я видела, когда выходила. Там полным-полно охраны. Если нам удастся их как-то отвлечь…

– Вообще-то его держат не там, – перебил Маркус. Кира удивленно приподняла брови. Маркус наклонился к ней и зашептал: – Комнату на первом этаже Мкеле придумал для отвода глаз. Сэмма держат наверху в переговорной, там всего два охранника.

– Откуда ты знаешь? – спросила Зочи.

Маркус улыбнулся и посмотрел на Киру.

– Знаешь нового торговца рыбой, который работает на больничной стоянке? Один из охранников обожает его устрицы и попросил меня принести сегодня на ужин. Их там всего двое, – Маркус ухмыльнулся. – Хорошо, когда умеешь найти подход к людям.

– Войти-то мы войдем, – сказала Зочи, – но стоит прорваться в переговорную, как они позовут подкрепление, и все, нам уже не выбраться.

– Как насчет диверсии? – предложила Изольда. – Раз меня с вами не будет, может, я смогу завладеть вниманием солдат?

– Пожалуй, диверсия сработает, – согласился Маркус. – Но только она должна быть масштабной. Мы не можем просто ненадолго отвлечь солдат: нужно, чтобы они полностью переключились на что-то другое, а мы тем временем под шумок улизнем. Заваруха должна быть серьезная.

Кира кивнула и молча уставилась в пол. Идти, так до конца.

– Давайте поднимем городское восстание, – медленно проговорила девушка.

Кира стояла на углу шоссе и проспекта – в квартале от больницы, в тени старого разрушенного ресторана «Аладдин». Судя по виду, когда-то здесь подавали кебаб; сейчас же здание развалилось и заросло кудзу. Прячась за плотной стеной растений, Кира могла незаметно высунуться из-за угла и посмотреть на больницу. Там уже начала собираться толпа. Слухи разлетелись по городу.

– Молодчина Изольда, – пробормотала Кира. – Когда помощница сенатора рассказывает о чем-то секретном, ей сразу верят.

– Сенаторы догадаются, что это ее рук дело, – заметила Зочи. – И убьют за это.

– Даже если и узнают, ничего не будет, – возразила Кира. – Она же беременна. Даже Мкеле не рискнет причинить ей вред.

– Чтобы не испортить репутацию? – хмыкнула Зочи. – После того, что случилось, ему нечего беспокоиться. Убийство младенца и то выглядело бы лучше.

– Ничего с Изольдой не случится, – повторила Кира и прошлась немного, чтобы проверить, как нога; та по-прежнему сильно болела, и Кира поморщилась при мысли о предстоявшем походе. Девушка остановилась и, подумав, достала из рюкзака аптечку.

Зочи хмуро наблюдала, как Кира достает шприц и пузырек налокса:

– Наркотик?

– Я едва хожу, – пояснила Кира, надевая иглу. – И если мне всю ночь предстоит убегать от вооруженных солдат Сети безопасности, надо принять обезболивающее.

Зочи ухмыльнулась:

– Надеюсь, ты захватила на всех?

– Заткнись.

Кира сделала укол в ногу и заклеила пластырем выступившую капельку крови. Лекарство подействовало практически моментально, причем больше на мозг, чем на ногу: в голове загудело, движения стали медлительнее. Морфин оказался сильным. Может, я слишком много приняла?