Шрифт:
В бесконечном пространном эхо давит на уши крик. Этот крик – ножи, хирургически или…нет, беспорядочно маньячно изрезающий ушные перепонки, а к области головы он переходит в состояние многотонных гирь, сжимающих черепную коробку всей силой всего материального. Ну а давление, тем временем, всё усиливается и усиливается. Терпеть скоро станет невыносимым, но куда подеваешься? Это не смертельно: никакой орган из строя не выйдет, а мучения продолжатся. Страх, судорога, и снова глобальная волна криков уносит все надежды на жизнь и покой. Звон в голове достигает тысячи децибел, и все они, все до единого не выходят за контур черепа. Ему уже становится совсем тяжко всё это чувствовать, поэтому он решает покинуть сознание пациента
– Вот это, конечно, мощь, мой разум и сам мог пострадать от увиденного – слегка удивленно и с интригой заявляет пациенту психиатр
– С тех пор, как Вы научились залезать в сознание, много Вы повидали?
– Всё то же. Человеческая природа, к сожалению, ну а может и к счастью – не мне судить – остаётся неизменной. В том числе и тут я ничего нового не получил. Вот только…
– Вот только?
– Как можно это выносить и вообще адекватно и совершенно спокойно жить?
– Меня это питает
– Как понимать?
– Вы можете влезать в сознание, но, доктор, Вы не один имеете какую-то особенность -
вставая и медленно подходя к врачу и гладит по пути мебель
– Зачем Вы подходите?
После вопроса пациент стремительно и незаметно докасается указательным пальцем до лба психиатра, и с того мгновения вся боль и невыносимое напрочь убитое восприятие было передано врачу. Снова эти невыносимые жесточайшие образы: визуализированные страхи, сцены убийств, мучений и истошные никогда не покидающие этот набор крики – всё это перетекло по пальцу в полном объеме прямо в голову. От настолько сокрушительного напора, в силу отсутствия адаптации к подобным переживаниям, врач схватился за сердце и съехал с дивана, валяясь и изредка подрагивая всем телом.
Конец ознакомительного фрагмента.