Чтение онлайн

– И сказал Господь: не по одеждам судите о человеке, а по делам его, – словно фокусник, эффектно извлёк из широкого рукава монашеской рясы потёртые бумажки Алексей и положил на свободное поле шахматной доски.

Полковник вначале развернул справку с церковной печатью, усмехнулся:

– Легенда у вас, батенька, так себе. Не похожи вы на смиренного инока, а подобную бумажку любой монастырский писарь состряпать горазд – дорого не возьмёт.

Отложив липовую справку, полковник взялся листать странички потрёпанной книжицы загранпаспорта. Изучал придирчиво, даже рассматривал на свет.

– А вот этот артефакт редкий умелец создал, – восхитился произведением эпистолярного жанра штабной офицер. – Лишь первая печать русской погранслужбы чуть размытой выглядит, остальные оттиски как настоящие. И у кого это так фантазия разыгралась, что в паспорт влепили сразу печати двух дальневосточных империй и отдельного административного округа Макао? Я ведь правильно понял – это португальский герб?

– Оттиски печатей и записи подлинные, – скромно склонил голову странник. – В Японии, Китае и Макао я действительно жил продолжительное время.

– Мне тоже довелось несколько лет нести службу в Порт-Артуре, но я не встречал на документах вот эту странную печать, – показав разворот страниц паспорта, произнёс на плохоньком китайском языке полковник и выжидающе посмотрел на путешественника.

– Это отметка в таможенном пункте Тибета, – на сносном китайском языке пояснил происхождение знака Алексей.

– Вы, молодой человек, и в Тибете успели побывать? – вновь перешёл на русскую речь удивлённый похождениями гостя полковник.

– Ходил с торговым караваном, – скромно пояснил юноша.

– Подозреваю, что «поручик Ронин» – это тоже рабочая легенда, – догадался опытный офицер. Так как прикажете вас называть?

– Действительно, я не странствующий инок, не поручик в отставке и даже не Ронин, – откровенно признался гость. – Но Алексей – моё настоящее имя.

– У вас фантастический паспорт, Алексей, – с хитрым прищуром глянул в глаза парню полковник. – Однако с таким и немецкий шпион может путешествовать по русским тылам. Кто сможет за вас поручиться?

– Судите по делам моим, – смиренно склонил голову ряженый инок.

– Да уж, наслышаны, – хлопнул ладонями по коленкам боевой офицер. – Устроил ты в Александровске ночь длинных ножей. С ротой безоружных дезертиров ухитрился гарнизон местной милиции в плен взять.

– Зря поганые нехристи на доброго человека напраслину возводят, – зажал в кулаке медный крест смиренный инок. – Ведь не единой грешной души не загубил.

– А домов сколько пожёг? – двумя пальцами вытащил из-под шахматной доски примятый лист густо исписанной бумаги полковник.

– Одни лишь подпалины под окнами, – разведя руками, отверг наглый оговор добродетельный батюшка Алексей. – Ну, кое-где чуток крышу порушили для острастки супостатов.

– Гранатами, – усмехнулся полковник.

– Что Бог под руку послал, – пожал плечами невинный божий агнец. – Я в ворогов лихих даже картошкой бросался.

– Результативно? – удивлённо поднял брови офицер.

– Ни одного насмерть не зашиб, – улыбаясь, похвалился богатырь, и лишь потом, вспомнив «случайную» гибель несговорчивого главаря банды, погрустнел и перекрестился. – А что до блатного авторитета, так богохульник сам решил долготерпение Господа нашего испытать. Шумнул под сгоревшей балкой, ему по башке привет сверху и прилетел. Упокой, Господи, душу окаянную.

– Чего от меня-то хочешь, батюшка? – с прищуром глянул в глаза ряженому иноку начальник эшелона.

– Прошу взять под своё покровительство раскаявшихся грешников, – опять удивил батюшка Алексей.

– Дезертиры решили искупить вину на полях сражений? – не поверил в поднявшуюся волну патриотизма офицер.

– Да, только они пока не знают о своём горячем желании записаться в рекруты, – продолжал удивлять хитрый батюшка. – Но я обещаю сагитировать заблудшие души. Думаю, парочку пехотных рот можно будет сформировать.

– У тебя, прапорщик Ронин, что, солдаты делением умножаются? – обратил внимание на парадокс в математических действиях счетовода в рясе обескураженный полковник. – Ведь, по моим сведениям, на станции только одна рота потеряшек была.

– Так я не о застрявших на станции солдатах речь веду, а об отряде самозваной городской милиции. Оружием все владеть обучены, азы службы прошли. Чем вам плохи такие бойцы?

– Дезертируют при первом удобном случае, – презрительно скривил рот полковник.

– Времена такие, – горестно вздохнул деятельный инок. – Остальная окопная братия тоже охотнее в тыл смотрит, чем на позиции неприятеля. Однако при должном умении можно и со слабыми фигурами партию выиграть. Вчерашний день тому пример.

Опытный офицер понял, что отправкой на фронт пленённого гарнизона Ронин ловко избавляется от сил противника в городе. Даже если часть дезертиров сумеет вернуться назад разрозненными группками, у Ронина будет время основательно укрепиться в Александровске.

– Эх, Ронин, мне бы в полк побольше таких гроссмейстеров, – с улыбкой глядя на чернявого молодца, помечтал командир.

– В мирские дела смиренному иноку влезать не положено, – скромно опустил глаза баламут в рясе и виновато покаялся: – Восхотелось помочь бывшим однополчанам, вот нечаянно и нарушил устав строгой службы. Я ведь проездом в городе, у меня миссия иная.

– Так ты не останешься хозяйничать в Александровске? – Опять сумел удивить полковника странный агент секретной службы.