Патриот
Шрифт:
— Что? — наконец нарушил долгое молчание Ваймс.
— У господина Вазира на Петлевой улице лавка, торгующая книгами, — объяснил Моркоу. — Я попросил у него почитать что-нибудь про Клатч, и он дал мне несколько книжек, среди них «Душистая Доля, или Сад Услад». Я сразу принялся читать эту книгу, сэр, ведь именно клатчцы изобрели сады, так что я подумал, это будет прекрасная возможность приобрести ценные знания о клатчской культуре. Так сказать, проникнуться клатчским мировоззрением. Только книга, э-э, она… в общем… не про садоводство… вот так… — Он залился свекольным румянцем.
— Да-да, само собой, если хочешь, ты можешь вернуть ее, — слегка смущенно предложил господин Вазир.
— Я просто подумал, ты должен знать, на случай, если ты не… если ты вдруг продашь… ну, в о-общем… книга вроде этой может слегка шокировать неподготовленного человека… и…
— Да-да, конечно…
— Капрал Ангва была настолько потрясена, что очень долго хохотала, никак не могла остановиться, — продолжал Моркоу.
— Я верну деньги за книгу незамедлительно, — ответил Вазир. Его глаза опять засверкали жаждой мести. Он воззрился на Ваймса. — Но что книги — в такой-то момент?! Мы требуем незамедлительного освобождения нашего соотечественника!
— Детрит, какого черта ты посадил их в камеру? — утомленно осведомился Ваймс.
— А что мы еще могли предложить, сэр? Дверь-то я не запер, даже чистых одеял принес.
— Вот и объяснение, — Ваймс повернулся к Вазиру. — Они наши гости.
— В камере! — Клатчец произнес это слово так, как будто оно было змеей, которую он держал на расстоянии вытянутой руки и рассматривал со всей возможной гадливостью.
— Они свободны идти, когда и куда им заблагорассудится, — заверил его Ваймс.
— ТЕПЕРЬ-ТО они, конечно, свободны! — всем своим видом Вазир демонстрировал, что только благодаря его вмешательству было предотвращено официально санкционированное кровопролитие. — Смею заверить, патриций будет поставлен в известность об этом происшествии!
— Не сомневаюсь. Он в курсе всего происходящего в городе, — усмехнулся Ваймс. — Но если они уйдут отсюда, кто их защитит?
— Мы! Соотечественники!
— И как же?
Вазир едва не вытянулся во стойке «смирно».
— При необходимости — с оружием в руках.
— О, ПРЕКРАСНО, — ответил Ваймс. — Теперь у нас будет ДВЕ толпы…
— Дзынь-дзынь-подзынь!
— Проклятье! — Ваймс хлопнул по карману. — Я НЕ ЖЕЛАЮ знать, что на сегодня встреч у меня нет!
— Есть, в одиннадцать ноль-ноль. Во дворце, в Крысином зале, — сообщил Бес-органайзер.
— Не валяй дурака!
— Как угодно.
— И заткнись.
— Я просто хотел помочь.
— Заткнись. — Ваймс вновь повернулся к клатчскому книготорговцу. — Господин Вазир, если господин Горифф пожелает отправиться с тобой, мы не станем ему препятствовать…
— Ха! Только попробуйте!
«Люди всегда люди, — попробовал успокоить себя Ваймс. — Почему бы клатчцу не быть надутым, высокопарным скандалистом?» Но все равно было слегка тревожно, как будто двигаешься маленькими шажками вдоль края очень глубокой пропасти.
— Сержант Колон?
— Да, сэр?
— Проследи за выполнением!
— Да, сэр!
— Будь дипломатичен.
— Есть, сэр! — Колон многозначительно постучал себя по носу. — Здесь замешана политика, сэр?
— Просто… просто пойди и выведи семью господина Гориффа, и пусть они… — Ваймс неопределенно взмахнул рукой. — Пусть делают что хотят.
Повернувшись, он двинулся вверх по лестнице.
— Кто-то должен защищать права моего народа! — выкрикнул Вазир.
Все услышали, как Ваймс остановился посреди лестницы. Секунду доска скрипела под его весом. После этого он возобновил подъем, и стражники вновь задышали.
Ваймс плотно прикрыл за собой дверь.
ПОЛИТИКА! Усевшись, он принялся шуршать бумагами. С преступлениями гораздо проще. Старое доброе преступление — это да, это понятно и привычно.
Он попытался мысленно отгородиться от внешнего мира.
Кто-то обезглавил Снежного Склонса. Это ФАКТ. Несчастным случаем во время бритья и чересчур сильнодействующим шампунем ТАКОЕ не объяснишь.
А сам Снежный пытался убить принца. Так же как и Осей, но Осей был убийцей лишь в СОБСТВЕННЫХ глазах. Все остальные смотрели на него как на чудака и простофилю, податливого, как влажная глина.
Однако сама идея, надо признать, не лишена изящества. Дело делает НАСТОЯЩИЙ убийца, этакий тихий профессионал, а вина ПАДАЕТ — Ваймс невесело усмехнулся — на кого-то другого. И не упади бедняга вместе со своей виной с очень высокой стены, он бы так и считал себя настоящим убийцей.
А Стража, согласно сценарию, приходит к выводу, что все это клатчекий заговор.
Песок на клатчских сандалиях… КРАЕУГОЛЬНЫЙ КАМЕНЬ клатчской версии! Они что, считают его идиотом? Жаль, Фред не догадался собрать тот песочек в совок, потому что он, Сэм Ваймс, рано или поздно выяснил бы, кто такое придумал, а потом заставил бы умника сожрать весь этот песок до последней песчинки. Кому-то выгодно натравить Ваймса на клатчцев.
Человек на полыхающей крыше. Замешан ли он в этом деле? И ДОЛЖЕН ли он быть замешанным? Что Ваймс может вспомнить? Человек в плаще, лицо закрыто. И еще голос, голос человека, не только привыкшего приказывать — Ваймс и сам такой, — но привыкшего еще и к тому, что его приказы беспрекословно выполняются, в то время как в Страже к приказам традиционно относятся как к дружеским пожеланиям.
И все же некоторые вещи выпадают из общей картины. Как раз тот случай, когда «улики» не работают. И еще проклятый блокнот. На сегодняшний день эта деталь — самая странная. Кто-то аккуратно вырвал несколько страниц, после того как Снежный написал то, что написал. Кто-то очень умный и знающий, что на нижних страницах может отпечататься написанное.