Чтение онлайн

— Зачем? — выкрикнул кто-то.

— Хороший вопрос, — согласилась Эми. — Наверное, для того, чтобы этот «кто-то» не смог избежать наказания за свои деяния.

— Капитан, вы не боитесь, что если обвините действительно влиятельного человека и из-за вашего демарша, мы же в прямом эфире! Вы будете убиты?

— Это определенные сложности, которые всегда сопровождают жизнь сотрудника патруля. К тому же, меня пытались убить сегодня ночью. Даже трижды. Как видите, не получилось.

— Капитан! Тот, за кем вы пришли, в чем он обвиняется?

— Во многом. С чего начать с малого или большого? Давайте с малого, что ли. Пойдем по нарастающей. Укрывательство от налогов, но кто этим не грешит из высокостоящих? Мошенничество. Тоже простительно. Воровство. Личное и отдание заказа на отъем понравившихся ему вещей. Около сорока эпизодов избиения, в семи случаев из них от полученных ран люди скончались на месте. Еще в четырех навсегда остались инвалидами.

В своем кабинете Котик смотрел широко раскрытыми глазами на информационную ленту. Его собеседник, который разорялся в трубке, требуя «немедленно заткнуть эту гадину», замолчал сам.

Сотрудники русского патруля метались по офису, не зная, что делать, то ли бежать спасать эту идиотку, то ли готовить документы и улики.

А Эммануэль отлично зная, какую машину только что привела в действие, продолжала:

— Три изнасилования. Из них одной партнерше на момент совершения преступления не исполнилось даже четырнадцати лет. Позднее ее нашли без сознания на улице, и она долгое время была в коме.

По залу пролетели тихие шепотки. Журналисты недоумевали. Такой букет преступлений?! И преступник до сих пор не только не пойман, но еще и не назван? Или может быть, это были заказы?

Эми спустилась еще на несколько ступеней.

— Да, обратите внимание, что это всё прямое дело его рук. Не косвенное! Итак, я продолжу. Шестнадцать погибших от руки этого человека. Из них трое детей и две семьи были убиты особо жестоким способом. Все прониклись? Ну и ладно. Тогда перейду к тому, что я оставила напоследок. Вы, господа журналисты, в основном по политической хронике работаете, но всё же должны знать. Прохожие — талантливые воры под управлением некой Троицы.

— Кто ж о них не знает. Они столько нервов успели потрепать всем и вся!

— Прямо как некая капитан Лонштейн уклонителям от ответственности!

В зале всколыхнулся смех. Эммануэль благосклонно улыбнулась.

— Я продолжу? Этот человек — крупная рыбка. Он один из трех основателей Прохожих.

Кто-то присвистнул, кто-то, не веря, распахнул глаза, кто-то засмеялся. Защелкали быстрее камеры. Журналисты были в восторге. Обыденное открытое политическое совещание перерастало не только в дело с душком, но во что-то исключительно жареное. Насколько жареное — они даже себе представить не могли. До тех пор, пока Эми не улыбнулась и не остановилась на последней ступеньке.

— Ну, и скажите мне, пожалуйста, кто у всех на слуху сейчас? Кто собой мировое зло воплощает?

— Что за странные вопросы! Гюрза, конечно, — секретарь Дюпре поднялась с места. — Капитан Лонштейн, хватит этого цирка. Я вынуждена просить вас покинуть открытое совещание.

— Минуточку! — улыбнулась Эми. — Сейчас покину. Но в данный момент я нахожусь вне юрисдикции вашего французского патруля. По той простой причине, что я во главе приоритетного расследования, касающегося Гюрзы.

Секретарь опустилась на место. Губы женщины побелели.

— Подайте леди что-нибудь от сердца, пожалуйста, — попросила Эммануэль. — А теперь, думаю, прошло достаточное время, и все желающие успели подключиться к информационной ленте? Итак, я делаю официальное объявление. Я, капитан Борисова-Лонштейн, сотрудница русского патруля, сообщаю о том, что присутствующий здесь Гарри Дюпре арестован по статье один нового уголовного кодекса, как лицо, возглавляющее террористическую организацию Гюрза. Обвинения будут также предъявлены по следующим статьям: второй, шестой, девятой, тринадцатой, четырнадцатой, семнадцатой, двадцать седьмой, сорок третьей, пятьдесят четвертой. По всем пунктам обвинений собран пакет доказательств, и дело будет передано в суд в течение нескольких часов. Гарри Дюпре. Прошу добровольно следовать за мной.

Звуковая буря, которая поднялась после этих слов в зале, была неимоверной. Эммануэль стояла посреди нее, как одинокая скала. Не пошатнувшись, не изменившись в лице. Гарри поднялся со своего места, глядя на нее снисходительно. Но сказать он ничего не успел. Эми нанесла финальный удар:

— А ваша коллекция картин будет передана в государственный музей, господин Дюпре. Я лично об этом позабочусь. Хм, вы мне кажется, не верите? Ну, да ладно. Я докажу. Ваши картины в миленьком домике, одни окна выходят на море. Вторые — на горы. Умеренный климат круглый год. А! Да! Когда дизайнер оформлял вашу кухню в этом домике, он на холодильнике написал: «Не влезай, убьет». Странное, конечно, оформление, но смотрится стильно.

Звук, с которым сломался внутренний стержень преступника, слышен был всему залу. Потому что с тихим воем Дюпре осел на пол.

Эми повернулась, задорно подмигнула на камеры.

— Троица минус один! И до остальных еще доберусь!

И пока журналисты от восторга чувств колотили в ладоши, девушка исчезла из зала, прихватив с собой клиента…

В кабинете Котика царила тишина. За стенами почти все сотрудники русского патруля носились подстреленными зайцами. Гарри Дюпре был на нижних этажах камер. «Дозревал». К его допросу готовились сразу четверо оперативников.

Эми было решено до мужчины не допускать. Боялись, что состояние Дюпре сделает его психически невменяемым. К сожалению, такой исход был вероятен.

Сама Эммануэль сейчас была в кабинете начальства. Причем, Иван Валерьевич занимал маленький диванчик для посетителей. А за его столом сидели высшие чины, в количестве четырех голов. Этих типов Эммануэль не любила.

Соблюдала субординацию, поскольку так положено, но не церемонилась.

А уж когда от нее потребовали ответа, что за цирк она устроила, и девушка, уточнив, что господа генералы действительно хотят знать ответ, начала рассказывать… В общем, господа генералы ушли в астрал на пятьдесят девятой минуте сухих цифр и витиеватых метафор. А ведь Эми не описала еще и год проведенного расследования.