Чтение онлайн

 Везде и всюду рядом с Анечкой была Лана. Она как могла поддерживала подругу, старалась развлечь, заставляла делать уроки, не оставляя ее ни на секунду одну. Но та совсем сникла, потускнела, словно треснувший хрусталь…

 Поздними вечерами, оставаясь в долгожданном одиночестве, Анечка пролистывала его тетради со скупыми записями, скорее, пометки основных мыслей. Буквы ровные, с замысловатыми завитушками. Иногда на полях попадались какие-то странные знаки. Зато в тетрадке по литературе на последней страничке написано ее имя: «Анечка-Анюта» — и нарисовано сердечко. И она вновь начинала плакать, прижимая холодную бумагу к мокрым щекам…

 В комнату вошла Лана. Сегодня она выглядела удивительно счастливой. Анечка угрюмо глянула на подругу и отвернулась к стенке.

 — Мальцева, танцуй! — заулыбалась Лана. — Оксанка меня надоумила, что можно сделать!

 Анечка даже не шелохнулась.

 — Где его письмо? — она бесцеремонно порылась у нее на столе. Залитый слезами мятый лист нашелся под стеклом. Лана пробежала его глазами и авторитетно заявила: — Я знаю, где его искать! Смотри, тут написано, что он из другого мира, значит, где-то должен быть переход! Это из всех книжек известно. Что Андрюшка еще тут накарябал? Он пишет, что путь укажет хищная птица. Помнишь, мы смеялись, что он изучает атлас птиц? Где он?

 Анечка повернулась на Ланины слова. Впервые за многие дни в ее глазах появилась заинтересованность. Потом вскочила и принесла атлас. Лана облегченно вздохнула. Все-таки Оксанка — молодец, придумала, как вывести подругу из депрессии! Хоть поиском мифического перехода между мирами ее отвлечь. Нет, конечно же, это тоже бред несусветный. Странно, что Анечка так быстро согласилась.

 — Вот смотри, страницы особенно замусолены на разделе «Хищные птицы»… То есть он искал что-то, что может быть как-то связано с птицей. А что у нас в Москве связано с птицей?

 — Район «Сокол»! Метро «Сокол»! Он там пропал!

 — Я тоже так подумала. Таким образом, переход, через который он ушел, должен быть где-то в районе «Сокола». И значит, мы его найдем! Мальцева, мы его найдем! Ты мне веришь?

 — Верю! Но как мы его найдем?

 — Не знаю. Но мы обязательно найдем переход и вернем Андрея сюда!

 — А если он не захочет?

 — Тогда я скажу ему, что он самый неблагодарный человек на свете! Что мы все сделали для него так много, и он мог хотя бы объявиться для приличия, чтобы попрощаться по-человечески! Если его не учили быть вежливым, то он негодяй, который не заслуживает ни одной твоей слезинки! — Лана грозно стукнула по столу кулаком.

 — Почему это я негодяй?

 — Потому что нормальные люди… — Лана запнулась и повернулась к дверям. Анечка вздрогнула и побледнела, уставившись на стоящего в нескольких метрах от нее молодого человека.

 Андрей изменился так, словно его не было не две недели, а как минимум год. Он загорел и поправился, стал шире в плечах. Бицепсы четко выделялись под тонким льняным полотном рубашки, расшитой этническими узорами. Кожаные брюки обтягивали стройные бедра и ноги. Изрядно отросшие челка и височные волосы собраны в небольшой «хвост» на затылке, остальные иссиня черные волнистые локоны свободно рассыпались по плечам. Мягкий бархатный взгляд из-под чуть опущенных ресниц скользнул по открывшей рот Лане и остановился на Анечке. Девчонки завизжали и вдвоем бросились ему на шею. Он обнял их, рыдающих от счастья, расцеловал каждую.

 — Как ты мог? Ты ушел! Бросил меня, родителей! Никому ничего не сказал! Бросил нас всех! — били его кулачками по груди девочки.

 — Я же оставил записку. Чтобы вы не волновались, — смеясь, оправдывался он.

 — Тиас, может, ты все-таки представишь меня?

 Девочки так обрадовались возвращению Андрея, что не заметили его спутника.

 — Извини, Фей. Это мой брат Фейралисе, познакомьтесь, пожалуйста… — беспечно махнул рукой Андрюшка на стоящего рядом парня.

 Мир закружился перед глазами. Вспыхнул яркими искрами, рассыпался разноцветными брызгами. Еще никогда Лана не видела никого красивее этого мальчика! Он был немного старше Андрея, лет шестнадцать-семнадцать, и повыше на полголовы, пошире в плечах. Огромные глаза ярко-синего цвета на загорелом лице выглядели как два неба в летний полдень после дождя. Каштановые волосы до плеч полностью собраны в «хвост». Идеальные черты лица. До такой степени красивые, что казалось, таких красивых лиц в природе существовать не может. Черная водолазка и кожаные брюки делали его стройным и чрезвычайно привлекательным.

 — Вау… — только и смогла вымолвить Лана, застыв на месте с широко распахнутыми глазами.

 Фей смущенно улыбнулся. Он и не думал, что может производить такое сильное впечатление. Лана едва не потеряла сознание от восхищения. Эта улыбка невинного младенца окончательно заставила разум сгинуть в недрах головного мозга.

 — Фей происходит от слова «фея» только в мужском роде? — съехидничал ее рот.

 Он лукаво усмехнулся. И Лана поняла, что разум окончательно покинул голову. Она задрожала всем телом. Челюсти начало сводить от дикого, неудержимого восторга. Теперь она будет говорить только глупости, нести абсолютный вздор.

 — Нет, Фейралисе в переводе с древнемагического языка означает Умеющий Творить. Но друзья называют меня просто Творцом. Если вас, сударыня, что-то смущает, то вы можете называть меня по полному имени.

 — А как ваше полное имя? — Лана томно посмотрела на парня.

 — Фейралисе Ие Рониму Босхе Арджу, — гордо ответил он.

 — Упс! Пожалуй, короткое имя тоже звучит неплохо, — девочка кокетливо захлопала ресницами. — А меня зовут Светлана. — Фей учтиво поцеловал изящно протянутую ручку. — Это имя славянского происхождения и означает Светлая. Но друзья зовут меня Ланой. К сожалению, ваш друг несколько занят, чтобы нормально всех представить.

 Анечка и Тиас так и стояли обнявшись посреди комнаты, не обращая внимания на присутствующих. Парень крепко держал ее за талию и что-то шептал, шептал, шептал…

 — Предлагаю оставить их наедине, — сконфуженно посмотрев на Фея, растянула губы в глупой улыбке Лана. — Вы уже познакомились с Аниными родителями?

 — Да. Это, пожалуй, единственное, что успел сделать Тиас до встречи с Анечкой.

 — Вы тоже пострадали от этой ненормальной любви? Анька мне все уши прожужжала «Андрей, Андрей, Андрей!» — и, словно спохватившись, ахнула: — А как вы его назвали?

 — Тиас. Моего брата зовут Тиайленс Асгорун.

 — Какое замечательное имя! — хихикнула Лана и мрачно добавила: — То-то мы никак не могли его угадать. Такое не то, что угадать невозможно, такое даже запомнить тяжело. Ничего удивительного, что он его забыл.

 — К сожалению, в нашем мире имена имеют несколько иное звучание. И это нормально. Для нашего уха имя Андрей тоже звучит коряво и незвучно за счет трех идущих подряд согласных. В этом отношении наш язык гораздо более мелодичный и красивый, так как в нем много гласных, а согласные всегда идут в паре с гласными, что добавляет певучесть речи.