Паутина
Шрифт:
Лекс вздохнул, глядя ему в спину.
В центре стола стояло какое-то плоское устройство с динамиками по бокам и экранированной поверхностью. Один из парней поставил на поверхность стакан с водой, рядом пепельницу и молча любовался этой композицией.
Сели втроем, чуть особняком от остальных. Лекс кивнул поляку, тот сразу подал маяк французу и еще двум перцам.
Цыган, сопровождавший новоприбывших, молча выдал им точно такие же наушники, как у остальных. Раздавал в соответствии со списком на клочке бумажки и серийными номерами, выбитыми на ободке наушников.
Закончив выдачу, осмотрел всех присутствующих. Снял с экрана плоской штуковины стакан и пепельницу, свирепо посмотрел на виновника и отошел в сторону. Не ушел. Встал возле входа, достал телефон, принялся кому-то звонить.
За столом снова начался шумный разговор на всех языках мира. «Строители Вавилонской башни», – подумал Лекс, надевая наушники.
Щелкнул переключателем, в уши сразу ворвался сонм из десятка механических голосов разной тональности – и, о чудо, все голоса звучали на русском языке.
Перевод, правда, немного хромал, скорее всего из-за перегруженности сленгом и ненормативной лексикой. Было совершенно непонятно, почему один говорит про каменные стены, второй про собачьи бега, а третий про жареное мясо и вебмани.
Ну и небольшая, секундная десинхронизация мешала понять, кто какие слова говорит.
И тем не менее результат работы переводчика впечатлял.
– Это прототип, сто пудов, – прошептал Андерс, тыкая в наушники. – Еще не доведен до ума, но нам специально дали, чтобы свою крутость показать.
Он был прав, наушники в качестве переводчика действительно были далеки от идеала. В них быстро вскрылось еще несколько минусов – левый наушник, в котором, видимо, находился процессор, быстро перегревался, и приходилось постоянно поправлять его. Кроме того, крохотный кулер все в том же левом ухе издавал еле слышный, но тем не менее слышимый шум, который изрядно раздражал.
Ну и сам перевод, едва за столом начинали говорить более четырех человек, превращался в мешанину неразличимых слов, и было непонятно, кто какие слова произносит.
И все же в целом спор был понятен.
Народ обсуждал предстоящую работу. Никто толком ничего не знал, задача была ясна только приблизительно – делать модификации «Стакса», лучшего вирусного оружия на сегодняшний день.
Все они пообщались с Эйзентрегером и согласились заключить контракт на полгода, с еженедельными выплатами. Как понял Лекс, у всех суммы контракта были разными, но очень высокими.
Параллельно вспоминались какие-то взломы. Послушав эти воспоминания, Лекс сделал вывод, что здесь, кроме Словена, присутствовали хозяева многих известных виртуалов: Индевять, Торквемада, еще несколько завсегдатаев закрытого форума для спамеров «Да Порт».
Они были между собой знакомы, шутили на какие-то только им известные темы и постоянно поправляли друг друга в мелочах, дабы подчеркнуть свою значимость и осведомленность.
Француз, поляк и двое других приподнялись было, намереваясь, видимо, перебраться поближе к Лексу и его друзьям, но в это время над столом появилось голографическое изображение красного полотнища, на котором в центре белого круга чернела свастика.
Голоса быстро стихли, все уставились на голограмму. Едва над столом повисла полная тишина, вместо свастики появилось лицо Лотара Эйзентрегера.
– Надеюсь, вы уже успели познакомиться и освоиться, – послышался в наушниках его голос. – Слушайте внимательно и не перебивайте, потому что трансляция идет в записи.
Перевод был четкий и отлично синхронизирован с видеоизображением. На мгновение Лекс даже подумал, что это его настоящий голос.
– Прежде всего, хочу поблагодарить вас за согласие сотрудничать. Поверьте, очень скоро вы поймете, что сделали правильный выбор. Вы находитесь на нашей временной базе, где и будете работать ближайшие полгода. Здесь вам предоставят все необходимые технические средства, а также все, что вам понадобится для максимального комфорта. Любые бытовые вопросы вы сможете решить с нашими сотрудниками безопасности.
При этих словах все инстинктивно посмотрели на цыгана, стоявшего у дверей с невозмутимым видом.
– Вы будете работать группами, отдельно и независимо друг от друга. Каждый месяц вы будете получать суммы, оговоренные вашими контрактами. Кроме того, вы будете обеспечены всеми условиями вашей прежней жизни, включая алкоголь, легкие наркотики и секс. Единственное исключение…
Тональность голоса в этот момент повысилась, Лотар сделал паузу, выделяя момент, затем повторил свои слова:
– Единственное исключение – никакой исходящей связи. Это нужно для безопасности, вы уже предупреждены, и тем не менее я посчитал нужным напомнить вам еще раз. Некоторые из вас уже работали в подобных условиях с другими корпорациями, надеюсь, поделитесь опытом со своими товарищами.
– Лучше объясните внятно, что нам делать придется, – проворчал поляк.
Словно услышав его, Лотар продолжил:
– Ваша первостепенная задача – в течение полугода разработать любую методику взаимодействия искусственного интеллекта с боевыми вирусами серии «Стакс». Каждые четыре дня руководители групп должны делать мне краткий десяти-пятнадцатиминутный доклад о проделанной работе. Группа, предоставившая в течение месяца наиболее интересные результаты, получает бонус, равный трехкратной сумме гонорара. Также возможны дополнительные задания, которые будут получать наиболее перспективные группы. Разумеется, за отдельную плату. А сейчас сотрудники службы безопасности проводят вас непосредственно на базу, познакомят с персоналом и организуют краткую экскурсию. Надеюсь, вам понравится. Спасибо за внимание. Надеюсь вскоре пообщаться с вами в режиме онлайн.
Лицо Лотара снова сменила свастика, которая исчезла через секунду.
Цыган открыл створки двери и сделал знак рукой.
– Надеюсь, нас сейчас покормят, – негромко произнес Андерс, вставая одним из первых.
– Да, человек, ты вправо, – перевели наушники возглас толстого бородатого дядьки, сидящего рядом с поляком. На нем был легкий вязаный свитер, который украшала надпись «in9». Он поднял большой палец в знак согласия и тоже встал. – Еда хорошо копыто не жевать.
Наушникам еще было очень далеко до идеала.