Чтение онлайн

Поляк обреченно отмахнулся.

– И как этот спутник можно обучить модифицировать вирус? – спросила Лиска у француза.

– Понятия не имею, – ответил тот. – Спутники, которые нам дали, уже заточены под каких-то людей. Надо для начала избавиться от заточки, получить так называемые чистые клиенты.

– А у нас сейчас грязные?

– Спутники настраиваются где-то в одном месте, – пояснил француз. – Я не знаю, где и кто их делает, там такая цепочка посредников, что даже Синдикат не разберется. И каждый спутник уникален и модифицирован под конкретного хозяина. Как он настраивается, никто не знает, но, насколько я знаю, без настройки спутников не бывает.

– Я подозревать, что первичной настройкой занимаются русский программисты, – сказал серб. – Святой Петербург, иметь вы такой город?

– Иметь, иметь, – пробормотал Лекс, у которого с Питером были связаны не самые лучшие воспоминания.

– Я думать, что можно делать защитные программы на основе спутника, – сказал серб. – Учить менять шифрование, некоторые кодировки. Про вирус не думать, но так можно тоже. Я пробовать писать скрипты в прошлый месяц. Есть на моем ноутбуке, я доработать и показать вам позже.

– Хорошо, – кивнул Лекс. – Кто-нибудь уже просматривал исходники этого… спутника?

При этих словах он мрачно посмотрел на Лиску. Этой ночью он хотел посидеть с исходниками, но пришли Лиска с Андерсом, пьяные и веселые. Лекс хотел их выпроводить, но Лиска чуть ли не на коленях уговорила его на ночные бессмысленные разговоры.

Андерс вчера пил, курил, снова пил – а сегодня сидит так, словно у него вместо головы наковальня.

– Это не искусственный интеллект, – пробормотал поляк.

– Ладно. Тогда сейчас я вам расскажу про «Стакс». А потом мы разойдемся по рабочим местам и будем думать, что со всем этим делать.

– Что ты нам можешь рассказать нового про «Стакс»? – хмыкнул поляк. – Мы же его вместе уже модифицировали.

– Расскажу как минимум то, что я сделал оригинальную версию этого вируса, – сказал Лекс.

При этих словах Андерс поднял голову и гордо посмотрел на всех, словно это он был автором «Стакса».

– Ты? – недоверчиво спросил поляк.

– Ну, вообще-то нас было трое, – признался Лекс. – Еще Симон и Тулли.

– Я всегда подозревал, что эти двое работали вместе над чем-то крупным! – Поляк хлопнул в ладоши. – Но у меня была мысль, что они – виртуалы одного человека.

– Нет, это два разных человека, – сказал Лекс. – Мужчина и женщина, по-моему, даже муж и жена.

– Точно так я и думал! – снова хлопнул поляк в ладоши.

– Но их с нами нет, – сказал Лекс, чуть повысив голос. – Поэтому рассказывать буду я, как ведущий разработчик «Стакса». Вирус «Стакс», оригинальная версия. Писалась для атаки на ресурсы ядерного проекта одной…

– А где есть они? – неожиданно спросил серб.

– Что? – Лекс, недовольный тем, что его перебили, уставился на серба. – Ты о чем?

– Они жить еще или отказались и все?

– То есть?

Все уставились на серба, явно не понимая, о чем речь.

– Ну… я просто решить, что их убивать, если они знать про нас и отказаться…

– Курва-матка-чешуя, ты боевиков пересмотрел? – выругался поляк. – Мы же не с убийцами работаем.

– А с кем? – мрачно спросил француз.

Над столом повисла долгая неловкая пауза.

Лекс откашлялся.

– Я все же расскажу вам про «Стакс». Как вы знаете, оригинальная версия использует уязвимости «Окошек», одна из которых, «нулевой день»…

– Прежде чем продолжишь, сотри, пожалуйста, «AI». – Поляк поднял руку, указывая на доску. – Это не искусственный интеллект, а удачно собранный пакет поисковых программ.

Лексу захотелось подойти к нему и отвесить хорошую затрещину. Вряд ли это троллевидное существо решится на ответку.

Все же он стер буквы. А потом около получаса рассказывал детали написания вируса, и еще почти два часа после этого они до хрипоты спорили друг с другом, пытаясь определить свои дальнейшие действия.

В этот же день вечером Лекс находился в комнате для совещаний в полном одиночестве, если не считать голографического изображения Лотара Эйзентрегера.

Вайтборд был безжалостно исчеркан разноцветными фломастерами. Надписи на нескольких языках, стрелочки, кружочки-квадратики – хаос, родившийся после споров, которые, в общем-то, ни к чему толковому не привели.

Лекс делал первый доклад. Отчитался, что провели первое совещание и приступили к работе.

Завтра раздача тасков. В течение недели первые результаты. Лозунги, цифры, термины.

Эйзентрегер явно не понимал большую половину слов, которые использовал Лекс и почти наверняка плохо переводил звуковой адаптер. Тем не менее ариец терпеливо слушал, не перебивая.

Отчет был коротким, минут на десять. Когда Лекс закончил, возникла пауза, затем Эйзентрегер неожиданно спросил:

– Кстати, ты тоже думаешь, что мы их ликвидировали?

– Что?

– Твой сотрудник, серб… Кэтчер, кажется. Он считает, что мы могли ликвидировать твоих друзей только за то, что они отказались с нами сотрудничать.

Лекс вскинул голову.

– Вы что, подслушиваете нас? – спросил он и тут же про себя выругался.

Ну конечно же, подслушивают. Переводчик в наушниках передает все куда-то на базу, где записи фильтруются и анализируются.

– Проект, над которым вы работаете, стоит очень много денег. Вам платят самые высокие гонорары в мире. Ты удивлен тем, что вы находитесь под контролем?

– В общем-то, нет, – кивнул Лекс.

– Но ты не ответил на мой вопрос – ты тоже считаешь, что мы ликвидировали Симона и Тулли?