Чтение онлайн

План созрел быстро.

Повесив на ухо джабру, Ник негромко велел Исин найти контакты этого сетевого пиарщика и связаться с ним от имени анонимусов.

– Если не поверит, скажи ему, что в течение суток «Стаксом» будут атакованы две фармацевтические фабрики в Китае, – прошептал Ник в джабру. – И скажи, что у нас есть к нему предложение.

– Нецелесообразно выдавать ему верную информацию о предстоящих акциях, – предупредила Исин.

– Тут я решаю, что целесообразно, а что нет, – прошипел Ник.

– Хочешь, чтобы я сформировала текстовый файл или звуковой?

– Текстовый. Хотя нет! Знаешь что? Найди номер его сотового и отправь ему SMS. Прямо сейчас.

– Сообщение сформировано. Зачитать?

– Нет, пофигу. Отправляй быстрее, пока он не ушел.

Тинь-тинь. Мобильник тренькнул эсэмэской, и армянин уткнулся в табло, вчитываясь в строки. Он только что получил сообщение о том, что международная группировка хакеров, известных как анонимусы, предлагает сотрудничество.

Официант принес Нику пасту. В меню это блюдо было одним из самых дорогих, почти тридцать евро. Выглядела паста гораздо дешевле и пахла не океаном, а какими-то водорослями. Впрочем, аппетит ушел вместе с официантом.

Ковыряясь вилкой в тарелке, Ник искоса наблюдал за тем, как армянин, перечитав SMS, стал набирать ответ. Конечно же, сейчас он уверен, что это какой-то розыгрыш.

Тинь-тинь. Еще одна SMS – на этот раз информация о двух китайских фабриках, на которых сегодня или завтра накроется оборудование стоимостью в несколько сот тысяч долларов. Не бог весть какая потеря для китайских олигархов, которым принадлежат фабрики, зато кроме неплохого гонорара акция послужит хорошим доказательством правдивости эсэмэски.

Теперь армянин явно заинтересовался. Засуетился, набрал номер, стал кому-то что-то тихо и очень быстро говорить. Ник подвинулся было чуть поближе, чтобы расслышать разговор, но в этот момент армянин бросил несколько мелких купюр на стол, поднялся и быстрым шагом пошел к выходу из ресторана.

– Попытка отследить номер телефона, – вполне ожидаемо ответила Исин.

– У них ничего не получится?

– Нет, номер уже заблокирован.

– Вот и пре…

В этот момент, глядя в спину уходящего армянина, Ник почувствовал впервые, что такое Паутина.

Что-то коснулось его лица, он автоматически махнул рукой, но ощущение не прошло, а лишь усилилось. По всему телу пробежали мурашки, потом появилось чувство, словно кожа вспотела от жары и покрылась пылью.

Ник поежился, потер ладони. Армянин уже покинул ресторан и, говоря на ходу, прошел мимо окна, за которым стоял столик Ника. Аура его едва-едва была видна, окутанная странным коконом.

Жертва, обмотанная нитями паутины.

Под ложечкой засосало. Страх, ничем не объяснимый…

Нет, объяснимый.

Действительность вдруг растворилась и превратилась в Паутину.

Десятки, сотни нитей, идущих от одного человека к другому. Тронь одну – и задрожит паутина, подавая сигнал хищнику, сидящему в засаде.

Паук где-то здесь. Соткал паутину и ждет жертву.

Стало страшно. Захотелось уйти подальше, Ник поднял руку и попросил счет.

Ждал, сидя как изваяние, боясь пошевелиться.

Официант принес счет. Обычный чек, клочок бумажки, лежащий на фарфоровом блюдце. На нем мраморная плашка, похожая на фишку казино, с эмблемой ресторана. А сверху кокон из сотен нитей, которые расползаются вокруг чека и расходятся в разные стороны, к разным людям: к официанту, к девушке у входа, к карабинеру, проходящему за окном, к проезжающей по дороге машине…

Сидя на месте и не шевелясь, Ник мысленно протянул руку и дотронулся до паутины.

Словно жало воткнулось в грудь, и ядовитое зелье проникло в кровь.

Вот почему ему отдали лисицу.

Потому что любое взаимодействие с пауком словно выворачивает наизнанку.

Ник взял чек.

Сумма, указанная в нем, не соответствовала той, что в меню. Вместо двадцати шести евро там стояло число сорок девять.

Паутина дрожала. Жуткое чувство.

Надо было звать администратора или официанта и уточнять у них, почему сумма завышена почти вдвое. Официант стоял у стойки, а администратор отдавал какие-то инструкции бармену.

Не было никаких темных пятен. Были коконы, от которых расходились нити в разные стороны, к другим коконам. Десятки, сотни сгустков из паутины.

Вытащив бумажник, Ник бросил на блюдце пятидесятиевровую бумажку и вышел из ресторана, сдерживая тошноту.

А вечером в тот же день его ждало новое сообщение, точнее, сразу четыре, от остальных анонимусов.

Все они касались новой темы, появившейся недавно в сети. Защита против вирусов серии «Стакс». «Касперский», а за ним «Доктор Веб», «Лозинский» и другие компании, производящие антивирусы, бодро рапортовали о том, что решение защиты железа найдено. Обновление стоило всего лишь сорок девять долларов и давало гарантию, что компоненты «Стакса» будут обнаружены раньше, чем вирус начнет действовать.

И снова вокруг Ника появились нити, обматывая его и сплетая новые коконы.

Арктика, осень 2007 года

Огонь всюду. Языки пламени обвили ноги, как змея, выползшая из черепа лошади Вещего Олега. Огонь ласкает руки, подбирается к лицу.

Странно, почему же тогда так холодно.

Люди вокруг. Много молодых девушек. В одежде, похожей на немецкую форму, как в кино… это и есть немецкая форма. Знаки отличия, символика СС, свастика. Да, это кино. Вокруг много актеров и много огня.

Пламя бьет в лицо, хлещет по щекам и пытается задушить в своих объятиях. Но оно не обжигает, зато каждая снежинка, которая опускается на лицо, подобно капле кислоты, вызывает короткую, но острую и резкую боль в месте прикосновения. Снежинки не тают в огне. Они вообще не замечают, что вокруг огонь. Ветер кружит снежинки, безжалостно швыряет их в лицо, и десятки маленьких иголок впиваются в кожу, принося новую боль.

Очень холодно.

Медведи. Белые медведи, в блестящих металлических панцирях и шлемах, они грозно рычат, но не двигаются с места. Они такие огромные, люди рядом с ними кажутся игрушками, куклами. И все же медведи подчиняются «куклам» и даже, кажется, боятся их.